Ученый, обернувшись на шум, смотрел прям на него. И не видел. Термооптический щит сработал отлично, но если… Дойл начал осторожно отступать вбок, шажок за шажком, стараясь уйти из зоны прямой видимости. Сотрудник лаборатории свободной от коммутатора рукой коснулся стены и провел пальцами по шершавому железу.
— Странно… — пробормотал он.
В тот же момент с верхнего этажа донесся странный скребущий звук и ученый явно заторопившись пошел прочь.
— Да нет, Майерс, все нормально. Просто показалось, что рядом был кто-то. Бывает. В этой лаборатории по ночам такое творится, что мурашки по коже. Да, я сегодня задержался, но нас пропускают, так что все нормально…
Дойл с облегчением выдохнул. Вот ведь из-за такого пустяка можно и залететь. Теперь надо принять во внимание тот факт, что внизу еще могут быть люди, которые скорее всего работают допоздна, так как живут здесь же. Что ж, это явно усложняет задачу. С другой стороны, проникнуть в помещение, где постоянно кто-то ходит оставляя двери открытыми намного проще.
Пока Дойл спускался по лестнице, он еще несколько раз слышал этот назойливый, повторяющийся звук, который начинал его беспокоить. То поскребывание, то вполне различимый даже без звукоуловителей скрежет, неизменно доносившийся с верхнего этажа. Впрочем, ведь если считать, что он спустился еще на один этаж, то источник звука уже в зале с емкостями… Дойл почувствовал как к нему, спрятавшись в темноте, подкрадывается пока едва заметный червячок страха. Жаль все-таки, что он не взял с собой пистолет, ведь в случае чего, от дроида молекулярным резаком не отмашешься. А просто замылить глаза машине, сбить ее с цели, куда сложнее, чем живого охранника. Тут могут даже высокотехнологичные ухищрения не помочь. Что будет в случае задержания? Да ничего особенного, вот только неприятности по службе появятся — наверняка Лейнер всего этого не одобрит.
Дойл осмотрелся, чтобы случайно не нарваться на еще одного запоздавшего ученого и проскользнул в наполовину приоткрытую дверь самого нижнего этажа. Если верить показанием сканера, глубже были только всевозможные коммуникации и именно этот этаж был наиболее глубоким. Если уж и здесь доказательств не будет, то все информ-кристаллы Грейт можно смело считать надувательством. Майкл прошелся по темным, извилистым коридорам, в надежде найти хоть что-то, что могло бы доказать или опровергнуть теорию об экспериментах над людьми. Пусто. Хотя постоянно присутствует это противное ощущение, что ты не один, что в спину тебе смотрят чьи-то глаза. Дойл неловко обернулся. Нет, никого, только снова этот противный скребущийся звук сверху. Посмотришь вперед — тоже н6и души. Да вообще какой-то пустой этаж. Лишь запертые двери без номеров и табличек, дежурное освещение, отбрасывающее на поблескивающие стены голубоватые блики, да широкий коридор, заметный на сканере, но вход в которых закрывали не только замки, но и выпущенный в замкнутое помещение газ, о наличии которого Дойла услужливо предупредил детектор вредных примесей. Пытаться вломиться в отгороженные таким образом помещения было полнейшим идиотизмом. Даже если код на двери удастся подобрать, а костюм защитит от газа, это вещество рассеется по всей лаборатории и тогда тревоги не избежать. Искать же комнату, откуда газ можно откачать просто бессмысленно.
Откровенно говоря, такого исхода своей вылазки Дойл ну никак не ожидал. Он мог предполагать что угодно — провал, успех, отсутствие доказательств, но только не преграду, к которой он не был готов. Если в любом другом случае повернуть назад было не так обидно, то сейчас его терзало уязвленное самолюбие. Столько подготовки, и все прахом из-за простого газа в коридоре. Майкл еще раз провел сканирование помещений. Все верно. Еще один этаж, находился по ту сторону газовой камеры, к которой вели накачивающие газ трубы, уходившие в соседнее здание. Сканер регистрировал сильное возмущение электромагнитных полей именно с запечатанного яруса, а это скорее всего означало и то, что все серверные терминалы находились там же. Что ж, Штайер тут неплохо обосновался. Действительно, зачем защищать секретный объект лазерами и силовыми полями, если его просто можно отрезать от внешнего мира отравленным воздухом, который накачивается из другого места?
Оставалось только признать поражение. Дойл постарался сделать это с достоинством, выругавшись лишь мысленно, и повернувшись спиной к запертой двери. И, судя по всему, ему повезло, что он сделал это именно сейчас, а не минутой позже. Визоры костюма разгоняли темноту лишь на определенное расстояние, оставляя конец коридора, залитый неровным голубым светом в густом полумраке. И тем неестественнее и страшнее был стоявший там, в серой темноте силуэт. Дойл успел разобрать, что существо имело две руки, длинные и бугристые, опускавшиеся до самого пола, многосуставчатые ноги и вздувшуюся голову с двумя лицами, вытекавшими одно из другого. Потом перед глазами все поплыло, мир стал стремительно терять цвета, то проваливаясь в небесно-голубые тона, то в угольную черноту, то в багровую муть. В голове родился жуткий вопль, зрение перевернулось, вокруг замелькали стены и пол, словно Дойла вырывало из его тела и перетаскивало в чужое, сгорбленное и уродливое. Все заслонило безглазое лицо с толстыми свисающими вокруг со щек щупальцами, завалившийся на спину раздувшийся огромный мозг. Бледно-розовую, не имеющую шерсти кожу покрывали плотные наслоения какой-то органической мерзости, слипающиеся в толстые струпья. Одно было ясно, это чудовище не могло быть биодроном. Оно росло и развивалось в чужом теле, да, вот только тело это было не искусственное, а настоящее. Живое тело, живого человека. Затем был удар, да такой, что Дойла сбило с ног, отбросив к противоположной стене. Сердце едва не выпрыгнуло из груди, в глазах двоилось, ноги не слушались, но Майкл умудрился быстро подняться и побежать прочь, в боковой коридор, не замечая, но зная, что существо последовало за ним следом. Вот уж, черт возьми, как все подгадано. На хрена нужны охранники, если на ночь можно просто выпускать в коридоры результаты опытов? Дойл оглянулся и увидел ворвавшийся в двери ослепительный пучок сиреневой энергии, похожий на щаровую молнию. Он перемещался, перебирая по стенам тонкими вспышками разрядов, а в центре облако света сложилось в уродливое подобие обросшего щупальцами лица. Сознание Майкла вновь вырвало из мозга, Дойл увидел собственное тело, медленно падающее на пол, проступающий в темноте силуэт неизвестной твари, превращавшейся из энергосгустка обратно в существо из плоти и крови, а затем наступила темнота…
