не получится, — словно умещая все эти слова в один вдох, тараторила Мария. — Так вот, чтобы не было накладно, на его содержание нужно угадай что?
— Что-то ценное.
— Верно! Мясо или шкуры. Не пойми неправильно, будь ты растителем — просила бы потат, или еще какой-нибудь фрукт. Но вы со стариком много лет снабжаете нас мясом, Юрий даже торговать начал с местными караванами! А теперь перед тем как перейти к сути твоего первого вопроса я обязана спросить, понял ли ты? А то вдруг ты такой же тугой, как и твой товарищ.
— Угу, — зажато ответил Айзек, — Я думаю мясо не проблема, старик, как придет в себя, я поставлю его в известность, да посоветуюсь.
— Старик? Ахаха! — громко гоготала женщина. — Стоит мне его так назвать, то он начинает верещать что-то вроде: «На себя посмотри, сама старуха» или «Какого черта? Мы с тобой одного возраста, ведьма!»
— Правда? Одного возраста?
— А вот этого я тебе не расскажу.
— Что ж, старик говорил мне про этикет. И говорил, что бабы возраст не называют из принципа, а я из принципа не должен спрашивать.
— Бабы? Хотя… Забудь! Я на секунду забыла, кто тебя воспитывал… — сделав большой глоток из своей кружки, Мария грустно улыбнулась и продолжила. — Вижу, ты немного расслабился, так что давай к твоему вопросу. Я не знаю до нас или после нас Юрий появился в этих краях, но Исаак, судя по говору ты уже должен был догадаться, что мы из одного с ним поселения. Вот как пять или шесть сотен лет назад начался холод, так и стоит этот славный город Восток. Он был полностью готовым к проживанию, в нем, не поверишь, даже магазины были. Одну секунду, а что вообще рассказывал тебе Юрий?
— Ничего.
— А историю его города? Может какие геополитические байки?
— Только то, что поможет выжить.
— Пиздец… Извини за выражение. Ох, блин, попробую вкратце и сначала: много лет назад началось похолодание. Люди, некогда жившие порознь, объединились и возвели городов…
— Нет, вот это я знаю.
— Это так на закуску. Суть: многие города за это время сгинули, многие обмельчали, и осталось их, не сказать, что много. Восток, что б ты понял, находясь отсюда далеко на северо-востоке, остался одним из трех крупнейших городов ближайших земель. Сателлиты-поселения, такие как наш, разбросаны по подконтрольной ему территории и добывают лес, руду и прочие полезные ресурсы не так давно, лет, может, сорок. Так вот, я, правда не знаю, как давно тут Юрий. Когда мы жили в Востоке — он был обычным плотником. Продавал то, что делал и кормил на эти деньги семью. Наверное, зря я тебе это все рассказываю, раз уж он сам не рассказал.
— Ничего, я буду держать это в секрете.
— Как знаешь… но не все из этого будет чистой правдой. Отнесись с пониманием. У него были два сына лет десяти, и хоть рождены они были не так, как ты, но содержали часть набора ДНК Юрия, и его жены Анны. Это были, самые настоящие, их дети, он добивался этого с огромным трудом. Я знаю это потому, что еще до отъезда сюда, порой заходила к нему, как и многие люди, жившие с ним в одном районе. Отличная, добрая семья…
— Ага?
— …в один не прекрасный момент умерла. В доме устроили кровавую резню, и трое погибли. Юрия заточили под стражу, как первого подозреваемого. Он надолго пропал. Говорили, что все как обычно: пытки, моральное насилие, чтобы на суде он признался и спокойно отправился на эшафот. Но похожие убийства повторились еще два раза и Юрия отпустили. Меня уже не было в городе, когда это происходило. Эту историю из слухов собрала моя мать. Так вот: только Юрия отпустили — он снова пропал. С десяток ночей он не объявлялся нигде. Из-за шумихи вокруг дела он уже был у всех на слуху, и, скажу тебе, не самом лестном. Убийства повторились один раз. А потом в складском комплексе нашли четыре замерзших повешенных трупа, мужчин средних лет, это, вроде, были местные наркоманы. Я не могу сказать тебе, кто убил этих людей, но расправы с семьями после этого прекратились. А кульминация: через пятнадцать лет, или около того, он притащил тебя в мою больницу. Где он тебя достал? Он хоть это тебе рассказывал?
— Да, говорит моих родителей убили, и он забрал меня еще младенцем, в пустошах.
— У Пан Оптикума.
— Где? Старик просто всегда говорил, что мать и отец были убиты, и когда он нашел их — я был почти что труп. Судом выжил. Он забрал меня и притащил к Вам.
— Исаак, я думаю, что эту историю он расскажет тебе сам, если ты попросишь. Думаю, она чуть более странная, чем тебе кажется.
История, собранная из слухов и переданная Айзеку, вгоняла его в тоску, хотя, на самом деле, по отрешенности от мира старик кого угодно обгонит, и для парня это было вполне ожидаемо. Юрий не перегружал парня лишней информацией о мире. Сначала он не думал, что пацан у него задержится, и рассчитывал, что его дернут к себе местные жители. Потом, после пары рваных ран на Айзеке, он думал, что малец долго не протянет. А на данный момент уже поздно учить пацана истории мира, которая, как и все истории, собрана из слухов.
Айзек постоянно чувствовал, что мир немного больше того, который рисовал его наставник. Теперь, поняв, что Юрий однажды просто замкнулся в себе, мир вдруг начал расти и расширяться, начиная с самого близкого окружения. Может, поэтому старик не хотел, чтобы пацан говорил с местными, давая ему краткую и исчерпывающую информацию по каждому вопросу, превращая его из потенциального человека в простого охотника.
Досада пронзала юношу, от понимания ущербности своего кругозора. Он знал историю мира вкратце: что люди мерзнут много сотен лет, что из исторических записей остались лишь редкие голокнижки. Одни книги со всякой дурью, другие с голыми бабами. Знал, что некогда великая цивилизация, имеющая в своем арсенале невероятные технологии, позволяющие, чуть ли не оживлять мертвых пала, перед натиском природы. Один незакрытый вопрос.
— Что значит рождены не как я?
Мария, только набрав в рот отвар, резко выплюнула его на пол, превратив в водяную пыль от удивления. — Пиздец! Да этот старый идиот совсем, что ли издевается?
— Исаак, ты никогда не думал, почему тут нет детей? Это не потому, что тут холодно или опасно. Я удивлена, что старик тебе не рассказал этого, но мы, простые люди,
