– Он называл их своими гвардейцами? Странно. А в старинном предании они именовались рыцарями тьмы, – задумчиво произнес Багет. – Противник нас опережает. У него есть темный знак, у тебя – светлый. У него полный комплект гвардейцев тьмы, у тебя пока только трое рыцарей света. К тому же вся Долина в его мраке, свет же озаряет лишь малую толику.
– Но почему с такой мощью он меня боялся? До самой полночи, – спросил я, не особо надеясь на ответ.
– Значит, ему известно что-то, чего мы не знаем, но это опять же минус нам, – подытожил князь. – Ты – хозяин семирунного меча. Может быть, в этом разгадка?
– Значит, так, мужики. Ваши разглагольствования я слушала – толку от них – как от проповеди во время шторма. Теперь говорить буду я, – важно начала ведунья. – С сего момента Сержа оберегать, как дитя малое, чтобы я, старая, о каждом его шаге ведала. По нужде, и то без разрешения ходить запрещаю. Спать теперь подле меня будешь. И не надо строить мне такие большие глазки – лопнуть могут. Я во сне не кусаюсь, к мужикам не пристаю, а коль зашибу маленько, так оно для твоей же пользы. Чтоб не расслаблялся.
Понятно, попал под домашний арест по полной программе. И главное, возразить нечего: ставки слишком высоки, и любая оплошность может обернуться непоправимой катастрофой. Однако ощущение не из приятных, когда каждый твой шаг, каждое движение контролируется двумя-тремя парами глаз. Чувствуешь себя не в своей тарелке. Да и спать (рядом!) с женщиной, которая после тысячи лет живет уже в три раза дольше тебя…
– Вставай, уже утро! – донесся до меня бабкин голос. – Да убери ты ручонки свои шаловливые. Я женщина строгая и могу разгневаться.
Сон моментально улетучился. Я вскочил и спрятал руки за спину, всем своим покаянным видом показывая, что они проявили несанкционированную самостоятельность и будут наказаны.
– А почему стоянка лагеря не освещена? – обратился я к Багету, чтобы поскорее замять деликатную тему.
– Все очень просто: ты принес солнце во мглу, но за ночь черный туман снова заполнил пространство. Ручеек высох.
– Но ведь дорога от Заросшей ямы к озеру под утро снова становится освещенной.
– Ну ты сравнил! Реку света не так просто одолеть. Она была заложена до черного тумана, а ручейки – после, – объяснил князь.
Двигаться по Маргонскому полю – удовольствие не из приятных: то крутой подъем, то спуск – ноги сломать можно. Так мы и шли около трех часов, пока не услышали странный грохот. Было ощущение, что там, вдали, работает армия чеканщиков.
Мы выслали вперед разведчика из команды Виркуса.
– Там их целое море. Пытаются разбить каменный выступ, аж искры во все стороны. Охрана солидная: около сотни серых мавров. Видел странных колдунов в красных тюбетейках, штук десять насчитал, – сообщил он.
– Похоже, мы добрались до нужного места. Не тот ли это каменный друг, которому нужно вернуть свободу? Судя по тому как его охраняют, точно в плен взяли. Только на кой им камень сдался? – рассуждала вслух Гарпина. – Да и как нам его вызволять? Черные маги тоже кое-чего делать умеют. А если у них черные кристаллы, то нам тяжко придется.
– Предлагаю опробовать трюк с сонным ларчиком. Когда еще такой случай представится: целая толпа на небольшом участке земли.
Старушка почесала в затылке, пристально посмотрела мне в глаза и сказала:
– Виркус, берешь пять человек, пойдете с Сержем. Хакиса, ступай с ними, будешь за переводчика.
– И я пойду, – заявил Эльруин.
– А вот глупостей творить не надо. Что ж ты думаешь, среди них «щупача» нет? Они вмиг учуют мага вблизи. Мы поглядим издалека. Если у вас не заладится, подсобим гуртом.
Один из воинов Виркуса хотел отдать мне свой амулет, но его остановил Эл:
– Думаю, этого делать не надо. У Сержа свой амулет есть, посильнее любого другого.
– Да, не будем ничего менять. Раз уж он из всех передряг и без посторонних побрякушек выходил, то незачем их зря цеплять, – поддержала Гарпина юношу.
– Удачи вам, – громко напутствовала ведунья, затем внимательно посмотрела на меня и добавила уже тише: – Зря не рискуй. Если с девчонкой что-нибудь случится, я тебе, паршивцу, башку оторву. Веришь?
Вместо ответа я лишь усмехнулся про себя. Если уж случится беда, отрывать будет нечего.
– Может, песню походную затянем? Чтобы не думали, что мы крадемся, – предложил бывший капитан.
Идея понравилась, и зазвучало дружное пение, отдаваясь эхом среди скал Маргонского поля. В общем, когда мы подошли к каменному выступу, тишину нарушал лишь топот ног и ор луженых глоток небольшого отряда в белых очках. Вся нечисть была настолько изумлена наглым вторжением, что временно прекратила работу.
– Кто тут за главного? – крикнул я в гущу темных личностей, а звонкий голосок Хакисы перевел вопрос на одни гласные звуки.
К нам вышел худющий маг в красной тюбетейке и, растягивая звуки, заговорил.
– Помощник грольда Иаюя, маг третьего сустава Яй, – прозвучало в переводе девушки.
Так и хотелось ему сказать: «Яй, как тебе не ай-ай-ай нарушать экологию природного заповедника», но это было бы слишком мягко.
– Я – Серж, Магистр Солнечного Света, хожу с проверкой деятельности незваных гостей. Тех, кто злоупотребляет нашим гостеприимством, приходится наказывать. А что делать? Работа у меня такая.
Дождавшись, когда сказанное дойдет до волшебника, я продолжил:
– Ты Ююая знаешь? Грольд сейчас вкалывает на каторжных работах по восстановлению разрушенного им жилища. Вы, я смотрю, тут тоже не созиданием занимаетесь. Чего вам плохого камень сделал?
На лице худого как жердь мага читалось и крайнее недоумение, и торжество по поводу крупной добычи, пришедшей прямо в руки. По его еле заметному жесту серые мавры взяли наш отряд в плотное кольцо.
– Приказы начальника у нас не обсуждаются, – кивнул Яй в сторону скалы. – А знаешь, какой главный приказ хозяина?
Можно было и не спрашивать. Наверняка он касался моей головы, причем в отдельности от тела. Но я решил подыграть мужику, ему так хотелось преподнести сюрприз:
– Неужели он решил превратить Маргонское поле в цветущий сад?
– Нет, он велел живым тебя не брать! – И темное воинство, как по сигналу, оголило свои длинные мечи.
В такой тесноте это мероприятие оказалось небезопасным. Вот уж действительно, иногда и сплоченность – недостаток. Около десятка трупов ввалилось внутрь живого кольца, а снаружи начались стихийные потасовки. Однако дисциплина в войске Черного призрака все же существовала. Маг крикнул всего одно слово из гласных звуков, и вновь воцарилась тишина.
