Ознакомительная версия. Доступно 1 страниц из 2
Во-первых, родные и близкие будут считать, что ты, зараза, ловко устроился: занимаешься какой-то фигней, а тебе за это платят. Может, не скажут прямо в лицо, но почувствовать дадут неоднократно. На такое отношение нарывается почти каждый из наших.
Во-вторых, счет людей, хотя бы единожды пожелавших тебе немедленной мучительной смерти, пойдет на десятки тысяч – если ты, конечно, стараешься быть честным автором и резать правду-матку. Тупым ржавым скальпелем.
В-третьих, однажды старшие коллеги объяснят тебе, что массовому читателю плевать, КАК написана книга: ему главное ПРО ЧТО, и желательно поменьше длинных слов. А ты уже и сам понял – да, такая вот грустная несправедливость, – только не хотел признавать это. Еще тебя будет доставать то, что ты начитаннее самого образованного своего поклонника, и хотя он весь в дипломах, а ты народный умелец, но отсылки к классической литературе и всякие культурологические фишечки, разбросанные по тексту, не работают ни-чер-та и никаких бонусов автору не дают.
В-четвертых (специфическая проблема тех, кто пишет фантастику), ты постоянно будешь сталкиваться с ошибочными дешифровками своих посланий. Зачастую тебя понимают с точностью до наоборот и именно поэтому – вот парадокс – нежно любят. Или не любят. Причем страдают этим как читатели, так и литературные критики.
И еще одна сугубо «фантастическая» деталь – люди, пишущие «современную прозу», считают тебя литератором третьего сорта.
В то же время для текстовика-профессионала, намеренного совершенствоваться, пройти огонь, воду и канализационные трубы и отточить собственную неповторимую интонацию, фантастика – отличный тренировочный полигон. Только ее любить надо искренне, и она тебе добром отплатит. У меня на глазах отличные авторы на этой ниве проросли.
Формально я принадлежу к плеяде, которую библиограф Е.Харитонов метко обозвал «поколением пограничников». Объединяет нас то, что мы родились в 1967–1970 годах и выросли в СССР, а жить пришлось уже кому где и кому как. Алфавитно: Бессонов, Васильев, Дивов, Лукьяненко, Прошкин, Тырин – сами посудите, совсем разные писатели. Хотя когда мы встречаемся, то очень мило выпиваем и говорим о литературе. Нам делить практически нечего, именно потому, что разные.
Я из нашей братии единственный «текстовик по жизни», который в 14 лет начал публиковаться как журналист и дальше ничем, кроме текстов, не кормился. Зато у меня и образования нет, в этой графе я гордо пишу «2,5 курса журфака МГУ и 2 года армии». Москвич, русский, из семьи потомственных художников-реставраторов. Занимался профессионально рекламой, когда она только становилась профессией. Осенью 96-го принес в ЭКСМО первую книгу. О чем и зачем писал до 2000 года – всех, кого интересует этот вопрос, отошлю к эссе «Как я был экстрасенсом», вышедшему в авторском сборнике «Толкование сновидений». Чем занимаюсь сейчас?.. Уже говорил, той самой оборонной фантастикой. Любимая тема – проблема выбора в нестандартной жизненной ситуации.
Когда я заявил, что лозунг русской фантастики – «Несем х…ню в массы!», некоторые коллеги посмотрели на меня косо. А зря. Дело в том, что мы работаем для людей. Кое у кого суммарные тиражи давно перевалили за миллион. У меня уже с пол-лимона напечаталось. Это, конечно, большая радость, но и громадная ответственность. И когда узнаешь, что фэны автора Д. прямо в книжном магазине (находящемся на территории государства Израиль, что придает ситуации особый цимес) подрались с поклонниками автора Л. … Каковые авторы в это время совместно выпивали и закусывали… Знаете, не испытываешь ничего особенного, кроме легкого недоверия к поступившей информации.
Потому что ты вроде бы с совсем другими целями книжки пишешь.
Но и с этим тоже приходится смириться.
Главное, не воспринимать происходящее вокруг текстов: ругань, непонимание, пренебрежение, зависть – как повод для трагического заламывания рук. Лучше наоборот: чем больше твоих книг на рынке, тем больше хороших людей их прочитает. И может быть, почувствует благодаря твоей писанине, что наш мир не так уж безнадежен.
И надо двигаться, расти, меняться. В этом году впервые мой рассказ взяли в один из так называемых «толстых литературных журналов». Впереди новые – совсем другие – книги. Новая жизнь.
Хорошо будет, если этот новый Дивов вам тоже понравится.
Июль 2003
Ознакомительная версия. Доступно 1 страниц из 2
