Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 73
Они оперативно накачали ярко-оранжевую заслуженную лодку, украшенную тремя десятками свежих заплаток. Оттащили её к Малой Мутной, спустили на воду, вставили в уключены древки вёсел. Потом перенесли на речной берег всю походную поклажу и загрузили её в надувную посудину.
– Команда первого рейса, загружаемся, – негромко скомандовал Сергей. – Молодцы, проворные…. Рыжий, греби наискосок, чтобы течение не занесло лодку в прибрежный коряжник. Ничего страшного, справишься. Здесь и расстояние-то ерундовое, от силы – метров сто с копейками. Всё, бойцы, отталкиваю…. Удачи!
– К чёрту! – браво откликнулась Натка. – То бишь, до скорой встречи…
Речное теченье только казалось умеренным и плавным, но стоило лодке отчалить от берега, как оно тут же перестало притворяться и проявило – во всей красе – свою истинную сущность. Небольшие водоворотики настойчиво закрутились-завертелись вдоль резиновых бортов, коварно сбивая лодку с выбранного курса. А речная вода оказалась на удивление вязкой и тяжёлой – деревянные лопасти вёсел, по крайней мере, ворочались в этой светло-серой субстанции с явным трудом.
– Ерунда какая-то, – работая вёслами изо всех сил, бурчал под нос Назаров. – Первый раз сталкиваюсь с такой странной хренью. Да, встречают нас здесь откровенно неприветливо. Ладно, перетерпим…
Он планировал преодолеть Малую Мутную минуты за две-три, а по факту, учитывая все вышеизложенные особенности, получилось все десять-двенадцать.
Последовал ощутимый толчок, и Наталья объявила:
– Прибыли! Стоп, машина! Рыжий, оставь вёсла в покое. Вылезаем и разгружаемся. Живее, сопли не жуём. Золотая Баба в небе нам и на фиг не нужна.
– Ага, сейчас, – с трудом восстанавливая дыхание, пообещал Пашка. – Машина остановилась. Только, блин, пальцы не разжимаются, затекли…. Всё, разжались. Готов к труду и обороне…
Когда лодка была освобождена от груза, а Женька занял освободившееся место штатного гребца, Назаров предостерёг-посоветовал:
– Ты, Петров, главное, соберись. Типа – по-серьёзному, без дураков. Сконцентрируйся, отрешись, настройся, чего-то там ещё…. Короче говоря, готовься к самым натуральным терниям. Эта Малая Мутная – та ещё штучка. По крайней мере, в этом конкретном месте…. Даже не знаю, стоит ли отпускать тебя в одиночное плаванье? Справишься ли?
– Этот паренёк справится, – заверила Натка. – И не потонет, и причалит в нужном месте. Он, конечно, хиловат. И в костях тонок. Но достойный внутренний стержень, депутатской секретаршей буду, имеется. Выгребет, короче говоря. Никуда не денется…. Всё, отталкиваю челнок. Греби, Жека! Старайся, лентяй белобрысый! Навались! Мышцами спины, в первую очередь, работай…. А ты, Рыжий, что застыл – руки в боки? Отдохнул после активных гребных упражнений? Отдышался?
– Вроде того.
– Тогда давай переносить шмотки «под густую сень деревьев», как выражается наш пират-метеоролог, который – ко всему прочему – является и «грушным» майором в отставке.
– Давай…
Пашка накинул на правое плечо лямки одного рюкзака, на левое плечо – лямки второго. А после этого нагнулся, намериваясь прихватить – свободными ладонями – ещё что-нибудь полезное. Например, карабин и чехол с удочками-спиннингами.
Нагнулся и, замерев, простонал:
– У-у. О-о. Как в пояснице-то стрельнуло….
– А ещё здоровяком прикидывался, – насмешливо хихикнула вредная Наталья. – Мол: – «Я, да мы, да весь наш славный род, ведущий родословную от самого Ильюши Муромского, богатыря незабвенного…».
– И ничего я не прикидывался. Просто…. Притомился что-то за время недавней переправы. Руки до сих пор слегка подрагивают, мышцы на спине ощущаются каменными желваками. Какая-то необычная вода в этой Малой Мутной – тяжёлая и очень вязкая.
– Ладно, Рыжий, не напрягайся, не нервничай и забей. Я же просто пошутила. Устал и устал, бывает. Хватит с тебя и двух рюкзаков. А удочки я прихвачу. Естественно, в качестве дополнения к Лизкиному рюкзаку…. Готов? Тогда, аномальщик, вперёд. Шагом – марш!
Они направились к лесу, до которого – по визуальным ощущениям – было метров двести с небольшим.
– Ничего не понимаю, – через полторы минуты признался Назаров. – Такое впечатление, что лес совершенно не приближается, словно мы стоим на месте…. Я прав?
– Не приближается. Но меня сейчас совсем другое беспокоит…. Видишь, след босой человеческой ноги? Вернее, огромной босой человеческой подошвы? А вон ещё, ещё…. Что скажешь?
– Подопригора, ведь, рассказывал, что в свой второй поход к Мутному Лесу встречался с такими отпечатками. Думаю, что это происки старой шаманки. Вырезала, допустим, из толстой осиновой доски некое подобие гигантской человеческой ступни, а теперь развлекается от души. Ну, как буфетчица Маришка в знаменитом советском кинофильме – «Полосатый рейс».
– С какой целью – развлекается?
– С профилактической, понятное дело. Мол: – «Любопытные туристы, увидав здоровенные следы-отпечатки, сразу решат, что в этих местах поселился ужасный снежный человек. А после этого обязательно испугаются и повернут назад…». Вполне логичное, на мой взгляд, объяснение. Не правда ли?
– Правда ли. Не правда ли, – недоверчиво передёрнув плечами, пробормотала Натка. – Во-первых, Сергей говорил только о двух встреченных отпечатках, причём, расположенных далеко друг от друга. А здесь всё плотно истоптано. Словно несколько весёлых йети[11] беззаботно резвились, играя в салочки. Или, например, в модный нынче пляжный волейбол…
– Что у нас – «во-вторых»?
– Во-вторых, я видела точно такие же следы на Чукотке, в далёком детстве. Мне тогда только-только исполнилось семь лет, готовилась пойти в первый класс. Так вот, они, действительно, принадлежали снежному человеку.
– Откуда, извини, взялась такая железобетонная уверенность? Мол, принадлежали, и всё тут?
– Я это видела собственными глазами. То есть, видела то, как он оставлял эти следы.
– Кто это – «он»? – недоверчиво хмыкнул Пашка.
– Снежный человек. «Алмаст», как его называл шаман Афоня.
– Шаман?
– Ага, потомственный, – подтвердила Наталья. – Мой отец тогда пошёл на Круглые озёра – охотиться на уток и серых гусей. А мы с Афоней остались ждать его на водоразделе – это такое место, где встречаются склоны двух соседних сопок…. Как сейчас помню. Сидим это мы возле походного костерка, пьём «тундровый» чай с печеньем «Юбилейное». Неожиданно Афанасий забеспокоился, вскочил на ноги и, приставив ладонь к глазам, стал куда-то тревожно вглядываться. Я, конечно же, встала рядом с ним. Смотрю, а по тундре передвигается неуклюжая фигурка – серо-бурая, приземистая и…м-м-м, очень лохматая. Шаман сказал, что это, мол, алмаст. Вот, такая история.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 73
