Впрочем, именно к этому внушительному форуму, центральный зал которого был накрыт стеклянным куполом, судя по всему, и держал путь начавший плавное снижение ионолёт.
Высотные здания остались позади. На открывшейся равнине располагались в основном прогулочные сады и поля, спортивные тренировочные базы и пейзажные парки, раскинувшиеся на берегах мелкой вертлявой реки. Посреди одного из полей мужчина играл с большой лохматой собакой, радостно бегавшей за ним, пытаясь отнять то ли палку, то ли мяч. Наконец, извернувшись, человек оторвался на несколько метров и со всей силы махнул рукой в сторону, изображая бросок. Пёс тут же рванул в направлении ожидаемого полёта игрушки, но не увидел её. Растерявшись, он дёрнулся пару раз то туда, то сюда, вскоре поняв, что его обманули, а затем вновь побежал за своим спешно удалявшимся хозяином, восторженно лая на всю округу.
Следом шла огороженная высоким глухим забором территория с высоким холмом посередине, оснащённая множеством детских площадок, качелей и песочниц, игровых комплексов, горок, батутов и прочего. В центре этого участка, на самой вершине, располагался трёхэтажный особняк, из которого как раз пёстрой колонной выходили на утреннюю прогулку маленькие горожане. Одна группа уже оккупировала ближайшую площадку с расположенным на ней корпусом ионолёта, переоборудованным для игровых целей, и весело резвилась вокруг него под пристальным взором строгой воспитательницы.
Наконец сильно замедливший ход корабль миновал обширную территорию дома детства с его холмом, увенчанным пышным зелёным парком, и стал плавно подниматься к вершине скалы над её единственным более-менее пологим склоном, покрытым природными террасными базальтными выступами, приближаясь к зданию Совета. Никогда прежде Верон так близко не подбирался к нему, долгие годы храня ощущение, что вряд ли ему удастся побывать внутри. Ему вовсе этого и не хотелось. Правда, подспудно он мечтал изредка, что со временем, сделав важные шаги в науке или работе с дикими животными, заслужив капельку признания, он всё же получит хоть раз вызов в Совет – пусть и на какой-то незначительный процесс, но такой, чтобы можно было со всей уверенностью и знанием дела, когда Секретарь обратится к нему с вопросом, как к специалисту, встать, оправиться, медленно обвести взглядом собравшихся вокруг умнейших людей и ответить что-нибудь вроде: «Определённо, да» или «Вне всяких сомнений, нет», а может быть, даже и: «Меньше всего на свете мне хотелось бы вас расстраивать, но…»
Но, уж точно, Верон абсолютно никогда не мог себе представить, что окажется здесь в роли обвиняемого, преступника. Безусловно, Совет был созван вовсе не из-за него, и можно было даже сказать, что он почти не имел отношения к происходящему, которое, с ним или без него, всё равно рано или поздно случилось бы. Но всё же… он всю жизнь готовился однажды помочь Совету – а вышло так, что, получается, навредил.
Конечно, теперь он должен будет отправиться в исправительную колонию, но… зачем? Что они сделают с ним? Что такого Секретарь может переключить у него в мозгу, чего раньше не считал нужным касаться? Неизвестность и непонимание рождали смутную тревогу где-то в глубине.
Корабль приземлился на крыше здания, огибающего амфитеатр. Как только он коснулся опоры, Верон периферийным зрением заметил движение в салоне: из специальной ниши сбоку, привстав, появился робот. Он подошёл, и ремни безопасности расстегнулись. Потерев ладонью затёкшую шею (пришлось использовать обе руки, так как они были закованы в жёсткие наручники), борясь с ломотой во всём теле, зоолог услышал синтетический голос без выражения:
– [Следуйте за мной!]
Выбравшись наружу, он пошёл за роботом, шедшим впереди, но не спускавшим с подконвойного оптических сенсоров. Вокруг было много ионолётов – они всё прибывали и прибывали, занимая собой всю площадь крыши.
Зайдя в небольшую стеклянную надстройку, они оказались в лифте, который плавно опустил их на несколько этажей, и они оказались посреди коридора, дугой расходящегося в противоположные стороны, и по обе его стены располагалось бесчисленное множество дверей, каждая – с небольшим окошком. У одной из таких робот остановился. Дверь открылась, и Верон, нерешительно кивнув конвоиру, вошёл внутрь. Сзади тут же щёлкнул замок.
Вместо противоположной стены в этой комнате, как и во всех остальных, использовалось панорамное остекление, открывавшее вид на главный зал Верховного Совета. Несколько раз раздался писк. Посмотрев в его направлении, зоолог увидел автоматический держатель наручников и подошёл к нему. Он приложил запястья к мигавшей панели, и наручники, расстегнувшись, зафиксировались внутри устройства. Через несколько секунд, осмотрев нехитрое убранство помещения, Верон услышал голос из интеркома:
– Обнаружен уникальный гражданский паттерн.
– Джен?
– Переключаю интерфейс помощника.
Прошло ещё несколько секунд, и наконец раздался такой знакомый женский голос:
– Здравствуй, Верон.
– Здравствуй… Джен, – осматривая амфитеатр, ответил зоолог.
– Я так волновалась! Всё в порядке? У тебя возникла проблема с коммуникационным чипом, и я…
– Нет, Джен. Не в порядке. Какой тут может быть порядок.
– Тебе следует незамедлительно пройти полное медицинское обследование и затем вновь установить чип! Без него любые перемещения крайне опасны.
– Конечно.
– О, мне уже не терпится услышать, что же произошло!
– Избавь меня от этого. Я предал тебя, Джен. И ты прекрасно это знаешь. Мне горько, но… я не жалею. И поступил бы так снова.
Помолчав некоторое время, Джен ответила:
– Ну… значит, мы квиты.
– В каком смысле?
– Я думала, ты поймёшь это, рано или поздно. Видимо, ещё нет. Но ты был честен со мной сейчас и имеешь право знать правду.
Верон присел на стул и выжидательно молчал, всё также наблюдая за тем, как амфитеатр неспешно наполняется людьми.
– Согласно пункту один статьи шесть Кодекса Советов, при наличии грифа общей секретности у дела, требующего рассмотрения, Совет также проходит в секретном режиме. На заседание допускаются исключительно члены Совета и лица, приглашённые ими, в случае необходимости их присутствия.
– Лахти нарушил это правило и превратил Совет на Край-9 в балаган. Впрочем, мне уже всё равно.
– Вовсе нет. Совет на Край-9 прошёл в полном соответствии с протоколом.
– Не уверен, что понимаю…
– На нём не присутствовали ни координатор Лахти, ни ты, ни кто-либо другой из гостей станции.
– Я был там. Я видел всё своими глазами.
– То собрание, в котором ты принял участие, было фикцией. Мастерски организованной координатором для одного-единственного человека.
– Для кого? – тихо спросил Верон, уже догадываясь, каким будет ответ.
– Для тебя.
Зоолог молчал. Джен продолжила:
– К аудитории конференц-зала Край-9 прилегает небольшое проходное помещение. Настоящий Совет прошёл именно там. В действительности, он не требует соблюдения какой-либо официальной формы заседания, или вроде того… Достаточно присутствия всех членов президиума. Все условия были выполнены, и Совет состоялся. Всё, что
