– Вас даже не обезоружили? – Даная удивленно вскинула бровь.
– Разве ж это оружие для здешних мест? Так, игрушка. Пери разоружила меня, да еще как! – хмуро проговорил Проводник, орудуя ножом. – Высвободила даззлера из меча, который дала мне Мелента. Было много инея и фейерверка – вам бы понравилось. Мелента меня, наверно, за него прибьет.
– А если бы у вас был меч с каким-то более могущественным духом – одолела бы вас пери?
– Да она могла бы разделаться со мной, будь у меня хоть два таких меча, – откровенно признался Проводник. – Следует помнить, что духи – это не послушные собачонки, виляющие хвостом перед хозяином. Служение людям для них – эквивалент рабства, и они пользуются любой возможностью, чтобы вернуться на свободу. Потому-то так опасно использовать предметы с заключенными в них духами: дух, который вам противостоит, понимает, что вы намереваетесь сделать, и может нанести упредительный удар…
Внезапно он умолк и перестал ковырять ножом раму.
– В чем дело? – спросила Даная.
– Я вдруг вспомнил, как вела себя пери, когда мы прибыли в Ковен. Так вот, она сдала меня тому человеку, а потом сказала ему, что возвращается в лес. Просто сказала. Не спрашивала разрешения, не ждала от него каких-либо приказов. И тот воспринял ее поведение как вполне нормальное.
Даная задумчиво прикусила губу.
– Ну, это может означать, что именно та пери не находится под контролем того человека.
– А может, – осторожно начал Раваджан, – это означает то, что здесь вообще человек не контролирует духов?
Даная придвинулась к Раваджану, посмотрела ему в лицо. Он что, так шутит? Да нет, не похоже.
– Вы полагаете, что духи могут сами заправлять всеми делами в Ковене? Абсурд.
– Как знать. Я ведь вам говорил, что нам неизвестно, какие законы регулируют поведение духов. Может, между ними какая-то постоянная борьба. Ну, скажем, демоны подчиняют себе более слабых духов, а пери тех высвобождают при первом же удобном случае. Что-то вроде этого.
– Или все духи Ковена объединились против остального Карикса, – продолжила Даная мысль Раваджана. – А заколдованные товары, которыми они торгуют, – их вариант пятой колонны.
Раваджан обернулся к девушке.
– По вашей версии, заключенные в предметах духи знают, как им самостоятельно высвободиться, пожелай они того?
– Или некие могущественные силы могут высвободить всех сразу, – медленно проговорила Даная, пытаясь не упустить нить рассуждений. – В любом случае – или выпустив заключенных духов на свободу, или оставив их навечно в каких-то предметах – эти высшие силы, демогоргоны или элементали, остаются в выигрыше. С экономической точки зрения, заколдованные товары составляют основу технического развития этого мира. Такие вещицы расходятся по всему Кариксу, попадают к людям; и чем больше людей становится от них зависимы, тем большее могущество обретают духи.
– Метод охотника на волков, – мрачно кивнул Раваджан. – Логично.
– Метод… кого?
– Я когда-то слышал одну древнюю байку о том, как некий человек сумел отловить целую стаю умных и коварных волков. Каждую ночь в определенном месте он оставлял для них пищу, а днем неторопливо возводил вокруг этого участка высокий забор. И к тому времени, когда забор был готов, волки так привыкли являться туда за пищей, что в один прекрасный день безбоязненно вошли в загон, и человек просто закрыл за ними ворота. Мораль сей басни: вы уязвимы для кого-либо настолько, насколько вы от него зависимы. Если духи собираются проделать с людьми нечто подобное, то нам непременно нужно скорее выбираться отсюда и звонить во все колокола.
Даная критически посмотрела на то место оконной рамы, где Раваджан ковырял своим ножом.
– С такими темпами мы вряд ли побьем рекорд скорости.
– Это уж точно. – Раваджан еще раз ткнул кинжалом в раму и вложил его в ножны. – Дом, наверно, кишит духами. Жалко, вас не было со мной в лесу, когда пери высвободила даззлера, – с вашей мнемонической подготовкой вы могли бы запомнить заклинание, которое она использовала.
– Я не уверена, что выдержала бы вокруг себя целый рой высвобожденных и потенциально опасных духов. – Даная поежилась. – Похоже, нам остается еще раз попробовать выйти обычным способом – через дверь.
– Из комнаты, которая со всех сторон заблокирована духами? – усомнился Раваджан.
– По крайней мере, вы можете попытаться проскочить мимо ларва, когда он будет держать меня.
– Забудьте об этом, – покачал Раваджан головой. – Мы либо уйдем вместе, либо оба останемся здесь.
– Сейчас не время демонстрировать вашу мужественность и заботливость, – пробурчала Даная, уже начиная терять терпение.
– Не льстите себе, – парировал Раваджан. – Мужская забота обычно приберегается для друзей и возлюбленных. Но вы – клиент, а я – Проводник, и будь я проклят, если, проделав за вами такой путь, брошу вас в Ковене на произвол судьбы и смоюсь, спасая свою шкуру.
– А пошли бы вы к дьяволу с этой вашей гордостью добросовестного Проводника, – огрызнулась девушка. – Все равно что…
Дверь внезапно распахнулась. От неожиданности Даная подпрыгнула, резко развернулась и увидела, как в комнату широким шагом входит человек в ковенском облачении. «Проклятье, – злобно подумала она. – Оставался последний шанс отсюда вырваться, а мы упустили его из-за бесполезных пререканий».
Тут она поймала взгляд вошедшего, и ей стало не по себе.
Раваджан мгновенно весь напрягся, полностью переключившись на боевой режим. Если мужчина бросится на Данаю, придется вмешаться… Но миг спустя взгляд неистовых глаз переместился на него самого.
– Ты – Раваджан, – проскрежетал незнакомец. – Женщина назвала тебя Проводником. Я слышал. Кто ты такой?
Раваджан был застигнут врасплох.
– Что вы имеете в виду? – спросил он, пытаясь выиграть время, чтобы собраться с мыслями.
Лицо незнакомца потемнело, в голосе появились угрожающие нотки.
– Не увиливай от ответа, человек. Со мной такие игры не проходят. Если ты Проводник из другого мира, признайся в этом.
– Вы ошибаетесь, – раздался слегка дрожащий голос Данаи. – Я хочу сказать, что Раваджан просто сопровождал меня в Бесак…
– Не лги! – хрипло крикнул человек, делая шаг в сторону Данаи.
Девушка попятилась, и, когда страшный незнакомец сделал еще один шаг к ней, Раваджан тоже выступил вперед и встал между ним и Данаей.
– Караш-наташта! – бросил он.
Мужчина дернулся, будто ужаленный, и на секунду лицо его исказилось нескрываемой ненавистью, которая медленно сменилась какой-то затаенной горечью.
– И чего ты хотел добиться этим? – спросил он.
