Но Калинди не отключилась. Она приблизилась к камере и негромко добавила, тщательно выговаривая слова:
– Сразу хочу тебя предупредить. Я и там буду очень занята и не смогу уделить тебе слишком много времени. Но обещаю: тебе там очень понравится.
Дункан недоверчиво глядел на Калинди. Невзирая на ее заверения, эта затея его насторожила. Он терпеть не мог участвовать в делах, где все управляющие нити были в чужих руках. Как и все Макензи, Дункан привык сам что-то устранивать для других. Разумеется, ради их же блага (даже если облагодетельствованные жертвы не всегда с этим соглашались). Ему вовсе не улыбалось самому превратиться в жертву неведомой затеи Калинди.
– Я приеду,- решительно произнес Дункан.- Но хотя бы скажи, что это за встреча. И вообще, что там намечается?
На лице Калинди появилась столь памятная ему упрямая гримаса.
– Нет,- отчеканила она.- Я не имею права нарушим, девиз нашей компании. Этого не позволено даже вице-президенту.
– Какой компании?
– Так ты ничего знаешь? – с искренним удовольствием спросила Калинди.- Я думала, что «Энигма» известна и на других планетах. Впрочем, это даже к лучшему. На Земле наш девиз знают все…
Она наклонилась, чтобы принять очередную порцию документов.
– До свидания, Дункан. У меня нет больше ни минутки. Скоро увидимся.
– Какой у вас девиз? – почти закричал он. Калинди послала с экрана воздушный поцелуй.
– Спроси у ван Хайеттов. До встречи! Экран погас.
Дукнак не стал сразу же звонить ван Хайеттам. Он выждал несколько минут, пока улягутся эмоции, затем позвонил Вашингтонy, своему главному советнику в земных делах.
– Джордж, вам знакома компания «Энигма»?
– Разумеется. А почему вы спрашиваете?
Вы знаете их девиз? – задал новый вопрос Дункан.
– «Мы изумляем».
– Как?
Вашингтон медленно, чуть ли не по слогам, повторил девиз «Энигмы».
– Я вполне изумлен. Но что означают эти слова?
– В этой компании работают опытнейшие устроители хитроумных развлечений. Их отличает сугубо индивидуальный подход к каждому клиенту. Обычно в «Энигму» обращаются, когда все вокруг наскучило и хочется новизны. Вдумайтесь в их девиз. Главный упор они делают на неожиданность и непредсказуемость… А где вы услышали про «Энигму»? Надеюсь, вам-то еще не наскучило пребывание на Земле?
Дункан засмеялся.
– У меня нет времени на подобную роскошь. Просто я только что звонил своей давней знакомой. Оказалось, она вице-президент «Энигмы». Пригласила меня куда-то на следующую пятницу, но куда – не сказала. Что вы мне посоветуете?
– «Энигма» умеет изумлять без малейшего риска для жизни и здоровья. Так что, какой бы ни была программа следующей пятницы, можете не опасаться.
– Спасибо, Джордж. Именно это я и хотел узнать.
Затем Дункан связался с четой ван Хайетт. Представившись, он объяснил причину своего звонка. Супруги говорили с ним дружелюбно, но держались весьма натянуто. Судя по лицам, им было около семидесяти. «Вряд ли люди такого возраста согласились на что-то рискованное»,-подумал Дункан.
– Нам велели собраться на берегу Гудзона и надеть старую одежду,- сообщил ему Билл ван Хайетт.- Еще говорили, что, когда понадобится, нам выдадут защитные каски, Просто ума не приложу, что они могли затеять!
Дункан быстро договорился о месте и времени встречи, после чего распрощался с ван Хайеттами и уставился в пустой экран, спрашивая себя, правильно ли он поступил, дав согласие.
Затем он стал вспоминать свой разговор с Калинди. Странно, она даже не спросила про Карла. Почему? Ответа Дункан не знал, но забывчивость Калинди почему-то огорчила ею
Берег Гудзона плотно облепили небольшие виллы, рестораны, магазинчики. Между ними помещались десятки причалов для прогулочных судов. Как вид транспорта корабли исчезли более двухсот лет назад, однако вода по-прежнему обладала неизъяснимой притягательностью для очень и очень многих жителей Земли. Вот и сейчас вдоль противоположного берега неторопливо шлепал колесами ярко раскрашенный пароходик. Дункан не разобрал: то ли это реликт давней эпохи «угля и пара», то ли современная копия.
В сопровождении Хайеттов он подошел к странному сооружению, похожему на прозрачный полуцилиндр. Дункан мысленно прикинул его длину: метров триста, не меньше. Полуцилиндр явно не был постоянной частью окрестного пейзажа, но был сделан добротно и со вкусом.
Вместе с другими людьми – тоже гостями «Энигмы» Дункан и супруги Хайетт вошли в тесный домик, похожий на шлюзовую камеру. В домике хранилось то, что принято называть спецснаряжением: непромокаемые плащи, резиновые сапоги и защитные каски, столь будоражившие воображение Билла ван Хайетта. Обменявшись растерянными улыбками, приглашенные молча облачились, надели каски и через внутреннюю дверь отправились дальше.
Еще в Вашингтоне, услышав про берег Гудзона, Дункан подумал, что сюрприз Калинди каким-то образом связан с кораблем. Он угадал. Однако его по-настоящему изумили размеры судна. Оно занимало почти все внутреннее пространство полуцилиндра. Дункан знал о громадных нефтеналивных танкерах, которые строили в конце эпохи мореплавания. Но он даже не подозревал о существовании гигантских пассажирских лайнеров. Несколько палуб и обилие иллюминаторов безошибочно свидетельствовали о том, что этот корабль перевозил не грузы, а пассажиров.
Они стояли на обзорной платформе, расположенной на уровне главной палубы, чуть выше капитанского мостика. Справа виднелась мачта: громадная, как и все на этом судне, но покосившаяся. За ней, до самого корабельного носа, тянулся лабиринт подъемных кранов, лебедок, овальных вентиляционных решеток и других устройств, назначения которых Дункан не понимал. Слева к невидимой корме уходила монолитная стальная стена, усеянная сотнями иллюминаторов. А выше, почти касаясь пластикового потолка, чернели три массивные дымовые трубы. Судя по расстоянию между ними, изначально труб было четыре.
Следы повреждений были повсюду: разбитые стекла иллюминаторов, покореженные участки палубы. Взглянув вниз, Дункан увидел колоссальную металлическую заплатку. Она находилась под ватерлинией и тянулась метров на сто.
Только теперь все куски головоломки встати на свои места… Хотя в те дни центром его вселенной была Калинди, он все же запомнил выпуск новостей с Земли, где говорилось, что пассажирский лайнер «Титаник» через триста пятьдесят лет все же завершил свое первое плавание и достиг Нью-Йорка.
Из невидимых динамиков звучал ровный, поставленный голос экскурсовода:
