Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 99
Рядом с нею женщина того же возраста, но выглядит старше, в черном облегающем платье с глубоким вырезом, красиво изогнулась, одной рукой уперев в крутое, как конский круп, бедро, голову набок и чуть откинувшись, взгляд насмешливо-приглашающий позабавиться.
Длинные красивые черные, как смоль, волосы с крупными локонами падают на плечо и опускаются рядом с высокой грудью почти до пояса.
Третья – взрослая женщина с понимающим взглядом и прекрасной фигурой в легком комбинезоне, плотно облегающем тело, но каждому видно, что надет на голое тело, «молния» на груди расстегнута достаточно, чтобы понять: если потянуть до конца, комбинезон распадется на две половины, и она выйдет из него, как Афродита из раковины.
Я нахмурился сильнее, не нравится мне их вид, хотя это я заботанился, это еще скромницы, а в массе своей женщины вообще-то выглядят и ведут себя намного более раскованно.
Эльвира мгновенно все поняла или знала мою реакцию заранее, сказала бодро:
– У всех троих высшее образование в нужных нам областях. Марина владеет языком Зи-Бест, сможет быстро автоматизировать ряд процессов, что делается у нас, как я заметила, вручную. Антонина закончила аспирантуру по моделированию глубинных процессов в каких-то микроорганизмах, не помню, а Вероника Давыдовна раньше работала в команде, что изучают темную энергию где-то в далеких галактиках…
У меня вырвалось:
– Господи, да что заставило таких специалистов прийти в нашу шарашкину контору?
Девочки переглянулись в неловкости, а Вероника Давыдовна, как самая старшая по возрасту и опыту, ответила за всех:
– Вы же знаете, перепроизводство сейчас не только дизайнеров и визажистов. Сейчас и доктора наук рады найти хоть какую-то работу. А у вас, как рассказала Эльвира, грандиозные перспективы… что мы и сами видим. И мы будем счастливы, если возьмете хоть кого-то из нас. Со своей стороны обещаю, что приложим все силы…
Она смотрела на меня прямым честным взглядом все понимающей и на все согласной женщины. У меня сразу же мелькнуло видение, как я деру ее в своем кабинете на столе в спущенном до колен комбинезоне.
Жаркая кровь прилила к моим щекам, я опустил глазки и сказал торопливо:
– Да-да, я тоже рад. Пока ничего особенного от вас не потребуется, входите в курс, знакомьтесь, предлагайте моим сотрудникам помощь. Придетесь вы нам ко двору или нет – зависит от них. А пока что у вас, так сказать, проверочный период.
Эльвира широко и даже картинно улыбнулась.
– Девочки, хочу вас сразу предупредить… здесь настоящие мужчины. А это значит, вы должны показать, как умеете работать. На ваши задницы никто западать не станет, здесь в самом деле святилище науки.
Марина неуверенно улыбнулась, Антонина и Вероника Давыдовна смотрят строго и разумеюще, сталкивались, понимают и принимают. Такое отношение даже нравится тем, кто о себе достаточно высокого мнения, пусть и не кричит о нем.
Я кивнул, сказал как можно более руководяще:
– Все, инструктаж окончен. Вы не дети, знаете, как себя вести. А что делать, подскажут ваши руководители.
Марина спросила робко:
– А кого из нас… приставят к кому?
Я подумал, махнул рукой:
– Наши мудрецы сами выберут. А пока старайтесь помогать всем и выполнять все. Даже если вас заставят с половой тряпкой ползать по офису и мыть пол.
Они смотрели мне вслед, я важно удалился в свой кабинет, и только когда закрыл за собой дверь, тяжело рухнул в кресло и перевел дыхание, распуская напряженные нервы.
Не мое это дело быть начальником, не могу надувать щеки и кем-то казаться, мне лучше с амебами, чем с людьми. Даже с инфузориями хорошо и понятно, а с этими как будто сижу на ножах.
Женщины, все трое, стараются изо всех сил, вроде бы никаких лишних движений, да и наши оказались крепкими орешками. Женщины – всегда хлопоты и лишние заботы, но наука хоть отвечает на твои усилия, а что женщины?
Кириченко со смешком сообщил, что мода на содержание муравьев дома в формикариумах, в которую мы так вовремя подбросили сухих поленьев, а кое-где и плеснули бензинчику, привела к неожиданным результатам. Из-за того, что теперь в каждой третьей семье стоят формикарии, у кого-то простенькие, у кого-то в треть комнаты, на них наконец-то обратили внимание правозащитники.
Было признано, что формикарии – это не домики для содержания муравьев, а тюрьмы. Опустившуюся после спаривания самку ловят и помещают в шприц, где самка откладывает первые яйца, и выращивают первых муравьев, мелких, голодных и слабеньких. Потом их перемещают в пробирку, потому что следить за чистотой даже в крохотном формикариуме они еще не могут, это будет, когда их наберется хотя бы с полсотни-сотню.
Затем их переселяют в полноценный формикарий, в продаже их несколько тысяч видов, от самых простых, до изысканных, от лучших модельеров мира, нередко украшенных именитыми ювелирами золотом и драгоценными камнями.
Однако правозащитникам стало известно, что, если у муравьев появлялся шанс сбежать, они сбегали всегда! На волю. Навстречу неизвестности и опасностям, но только бы из тюрьмы, в которой их держат.
Сперва возникла небольшая инициативная группа, потребовавшая запретить содержание муравьев в тюрьмах, когда есть возможность наблюдать за ними и общаться в естественных условиях, но благодаря инету их инициатива быстро переросла в мощное и разноплановое движение, когда одни группы ограничивались протестами и демонстрациями, а другие бросали камни в окна магазинов, торгующих муравьями или формикариями, избивали тех, кто держит муравьев дома, бойкотировали продукцию фирм, работники которых держат муравьев в формикариумах.
Наконец в ряде стран под давлением общественности были приняты законы, по которым содержание муравьев в формикариумах было приравнено к жестокому обращению с животными. Была разработана система штрафов, а для особо упорствующих – даже тюремные сроки.
Великолепная Аня Межелайтис снялась в двух роликах, где она посещает муравьев в парке и приносит им крохотную баночку меда. Крупным планом показано, как благодарные муравьи с жадностью набрасываются на лакомство, как раздуваются их брюшки, как потом торопливо бегут в муравейник, чтобы поделиться с теми, кто на нижних этажах, а навстречу выскакивают те, кому они сообщили по дороге, и бегут точно к тому месту, где стоит заветная баночка.
Шумные протесты любителей держать муравьев в формикариях утихли очень быстро: каждому непредвзятому человеку стала понятна разница содержания муравьев в искусственном формикарии из гипса или алебастра, и жизни муравьев в их естественных условиях в природе.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 99
