Николай Ютанов - Возвращение звезды Капернаума

— Ну вот, — сказал он.

Юлька примкнул механизм к Плотине, включил и неторопливо пошел назад, волоча рюкзак по битуму.

— Боже, — сказал Юлька.

Машина сработала. Взрыв кумулятивно подбросил глиняную стену. Плотина охнула. Повалили обломки. Стена встала на дыбы. С длинным свистящим звуком, словно бомба, с неба пал шестнадцатиколесный трейлер и брызнул в стороны, как елочная игрушка. Юльку отшвырнуло на истлевший, вырванный из-под битума труп.

Равнодушно полежав на спине, Юлька слез и сел рядом с мертвецом. Воздух звенел. Клокочущая пыль осела.

Над битумной полосой горело ясное, умытое солнце. Чистая синь моря рябила золотой тропой. На открывшихся дальних островах гордо сверкали дозорные замки черного хрусталя, а еще дальше, у исхода золотой тропы, кипел золотой город.

— Привет, победитель, — сказал Юлька. — ёб твою мать, как больно… Получите, блядь, и распишитесь… — Он заперхал.

Дерьмо валом текло в голубую воду залива. Черная волна сглатывала синь. Меркла золотая тропа. Со звоном бокала в мусорном баке рухнул первый хрустальный замок. Затем второй. Рассыпалась хрустальная стена, перегораживающая залив. Словно по команде замолкли чайки.

Тряся гениталиями и размахивая АКМом, подбежал счастливый мужичишко в фуражке и кителе. Он бросился в прибрежный кал и поплыл, воздев автомат над головой. Шипящий прибой принес кумачовую бумажку со Словом.

Из-за горы глиняного лома вышла женщина. Она была прекрасна. Тонкими руками женщина прижимала к груди мохнатый козий мех. Она подошла к Юльке, наклонила гитарный стан, и холодная живая вода хлынула на огрызки юлькиных ног. У Юльки перехватило дыхание. Женщина опустилась на колени, скрыв девичье лоно в изгибе легкого тела, и тонкими пальцами начала смывать с юлькиных ступней мертвую черную кожу, ожоговые язвы, раны и ноющую боль. Она улыбнулась и, качнув маленькой грудью, плавным движением сорвала повязку со лба. Мягкий ворох золотых волос со вздохом упал на юлькины ноги. Женщина вскидывала влюбленные глаза и улыбалась, смахивая золотом светлые капли воды.

— Учитель, — сказала она теплым голосом зяблика. — Слово, учитель. Одно доброе слово…