Ольга поняла едва ли половину сказанного. Она с трудом удерживалась на ногах, держась за вздувающийся живот.
– Однако очень хорошо, что вы успели добраться до меня, – вышел из-за прилавка продавец.
– Вы… поможете?…
– Да, помогу. Только не вам.
Ольга непонимающе моргнула. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но из горла вырвался лишь слабый хрип. Кожа на животе лопнула, и оттуда высунулась крохотная склизкая головка. Корчась от непереносимой боли, девушка упала на пол.
Продавец терпеливо дождался, пока она не перестанет дышать, а потом спокойно и методично разрезал ей живот, голыми руками выпотрошил кишечник и извлек всего червя целиком – длинного, склизкого, пульсирующего, буквально раздувающегося от жира.
– Неплохое пополнение, – задумчиво прошептал хозяин «Семерки пентаклей», выпуская молодого аскарея в аквариум к сородичам.
Звякнул колокольчик. Костлявые желтые руки, увитые набухшими венами, замерли в воздухе, прекратив перебирать сушеных насекомых. Засаленный капюшон неопределенного цвета шевельнулся, обращаясь к покупателю.
Молодой прыщавый парень, только что вошедший в «Семерку пентаклей», явно чувствовал себя неуютно, но всеми силами старался этого не показывать. Он с пренебрежением оглядел обшарпанную обстановку и пыльный ассортимент, криво усмехнулся и спросил:
– Это ты и есть?
– Да, я – это я, с этим утверждением трудно не согласиться, – еле слышно прошептал из-за прилавка продавец. – Вы прибыли что-то купить? Что-то… особенное?…
– Ну-у-у-у… – неопределенно промычал парень. – Пфу-у-уф-ф… А чего у тебя тут есть?
– У меня есть все, – спокойно ответил продавец.
– Ага. Ясно. Иди-ка ты, это, слону лапшу на уши вешай – у него они большие.
Продавец промолчал. Из-под капюшона повеяло легким холодком. Покупатель зябко дернул плечами и успокоительно сказал:
– Ладно, дед, давай про дело. Мне тут пацаны знакомые шепнули, что ты, это, вроде как типа шамана какого… Колдуешь-приколдовываешь и все такое. Чего, правда, что ли?… Или наврали?…
– К сожалению, наврали, – прошептал продавец. – Я всего лишь скромный торговец, не более того. Но среди моих товаров есть весьма необычные, это действительно так… Вы желаете что-то конкретное?
– Ну-у-у-у… – опустил глаза парень. – Ну-у-у-у… это… а дорого?…
– Зависит от того, чего именно вы желаете.
– Желаю… Желаю… – задумался покупатель. – Желаю… Да я вообще много чего желаю…
– Кажется, я понял. Вы хотите получить что-то, что может исполнять желания.
– Э-э-э… Ну-у-у… – смутился парень. – Это… А чего – такая фигня у тебя есть?
– Есть. И выбор довольно широкий. Но мой товар стоит дорого. И даже очень.
– «Дорого» – это сколько?…
– А каким капиталом вы располагаете?
Покупатель потоптался на месте, громко шмыгнул носом, даже шагнул было к выходу, но потом все-таки достал тощенький бумажник и вынул из него еще более тощенькую пачку купюр.
– Не слишком много, – едва лишь глянул на предложенные бумажки продавец. – Боюсь, ни на что по-настоящему эффективное этого не хватит. Однако кое-что для вас у меня все-таки найдется. Вот, посмотрите.
Из-под стойки появилась коробочка, обитая алым бархатом. Продавец неторопливо открыл ее, и покупатель разочарованно поморщился. Внутри оказался высушенный паук. На первый взгляд – самый обыкновенный.
– Ну и чего это? – тупо моргнул парень.
– Это паук-акцидент, – прошептал продавец. – Чрезвычайно редкий вид – во всем мире насчитывается едва ли сотня особей. Чрезвычайно редкий и чрезвычайно ценный. Дело в том, что у этого паука есть одно удивительное свойство – он исполняет желания…
– Ага. Ясно. Прямо слушаю и верю каждому слову. Дед, ты мне чего-то втюхиваешь, по-моему…
– Попробуйте сами, – перебил его продавец, доставая из-под стойки три игральных кости. – Попробуйте.
– И чего мне с этим делать?
– Отломите пауку одну из лапок и мысленно пожелайте выкинуть, скажем, три шестерки. Или любую другую комбинацию…
Покупатель пожал плечами. Звучало все это довольно глупо, но забавно. И он всяко ничем не рисковал.
Через несколько секунд игральные кости замерли неподвижно. На всех выпали тройки.
– Это то, что вы задумали, – чуть наклонил капюшон продавец. Его слова звучали не вопросительно, а утвердительно.
– Ага… – уже с большим уважением ответил парень. – Ого!… Это чего – любое желание?!!
– Нет, совсем не любое. Если бы можно было любое, паук-акцидент стоил бы во много раз дороже. Строго говоря, он не исполняет желаний в буквальном смысле. Этот паук управляет вероятностями.
– Чего?…
– Все очень просто. Любое событие при заданных условиях может произойти или не произойти. И для любого возможного события можно вычислить вероятность. У одних событий вероятность очень высокая, близкая или даже равная ста процентам. У других, напротив, чрезвычайно маленькая, не намного превышающая ноль. Например, чему равна вероятность того, что завтра взойдет солнце? Практически сто процентов. Помешать этому способен разве что конец света. А чему равна вероятность того, что на нас сейчас упадет луна? Практически нулю.
– Ну, это все я как бы понял, – кивнул покупатель. – Не дурак, наверное. А дальше чего?
– Отломив ногу пауку-акциденту, вы повышаете вероятность задуманного события в тысячу раз. Если быть скрупулезно точным – в девятьсот восемьдесят восемь целых и четыре десятых, но это не имеет большого значения.
– И желание исполняется?! – не мог дождаться главного парень.
– Если выбранное событие достаточно реалистично. Пожелав выиграть в орел-решку, вы выиграете наверняка – первоначальная вероятность равна одной второй. Пожелав выбросить на трех костях три шестерки, вы тоже обязательно выиграете – эта вероятность равна одной двести шестнадцатой. Помноженная на тысячу, она уходит далеко за сто процентов. Однако если вы пожелаете сделать то же самое уже с четырьмя костями, желание может и не сбыться – здесь вероятность равна одной тысяча двести девяносто шестой. Да, умноженная на тысячу, такая вероятность становится очень большой – сто двадцать пять из ста шестидесяти двух – и вы скорее всего выиграете, но шанс проиграть все-таки остается.
– То есть нужно желать чего-то такого, что и так может произойти? – наморщил лоб покупатель.
– Именно. Если вероятность события больше одной тысячной – желание исполнится стопроцентно. Если меньше, но незначительно – может исполниться, а может и не исполниться. Если вы пожелаете чего-то крайне маловероятного – например, найти на дороге кошелек с деньгами – у вас, скорее всего, ничего не выйдет. Даже помноженная на тысячу, вероятность такого события останется крохотной. А уж если пожелаете чего-то совсем невозможного – например, чтобы в Индии пошел снег…
