Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 94
Значит, диспетчерский пункт имеется, и некий дядька строгий там должен дежурить. А вот дежурит ли – уже третий вопрос. В данный момент я ратовал за разгильдяйство среди измененных, лень и безответственность. Или резкое разделение их общества на классы и кланы, при котором подобной транспортной привилегией могут пользоваться только представители высшей касты.
Но рассуждай не рассуждай, а нарываться и спешить не стоит. Моего боевого друга Найденова вроде не пытают – главное, чтобы в жертву какому-нибудь святому роботу не принесли. И если мы чуть задержимся, проявляя благоразумность, ничего страшного не случится.
Наш конечный пункт прибытия, яркую светящуюся точку в конце тоннеля, я заметил с пятнадцати километров. С пяти уже сумел отлично и саму станцию рассмотреть с разворотным кругом. Люлек – излишне много, до сорока. Но ни в них, ни рядом – никакого шевеления. А вот за кругом, в полумраке, просматривалась громадная каверна, даже бо льшая, чем та, где мы покалечили и вывели из строя местных векрасов. И в ней виднелся еще больший паноптикум Железных Дровосеков. Пока не шевелящихся.
На расстоянии примерно в два километра поехали на самом малом ходу, это те самые десять километров в час. А на расстоянии в один километр – вообще остановились и вышли. Но только мы это сделали, как свет потух над нами окончательно, а само транспортное средство на скорости три километра в час двинулось к станции.
Ага! Значит некая автоматизированная система безопасности есть! И теперь бесхозную люльку притягивает к месту разворота. С того момента я мысленно только молился, чтобы в диспетчерской никого не оказалось. Иначе проникновение лазутчиков с данного направления уже замечено и соответствующие меры приняты.
На такой случай мы вновь сменили свое фантомные обманки на образы зроаков. И я даже придумал фразу для своего спутника, которую тот должен будет выкрикнуть, если нам понадобится выиграть несколько секунд для атаки первыми.
Шли по другой стороне, чуть от люльки приотстав и ожидая реакции со стороны ярко освещенной станции. И на отметке в пятьсот метров обнаружили в выемке первую стальную дверь. Подобными запасными ходами в метро пользуются технические службы.
Уже отлично! Дверь оказалась заперта, но кто нам запретит к ней вернуться и вскрыть, если что? Далее еще три двери, через каждую сотню метров, а средняя так вообще открыта, заходи, бери что хочешь. Брать, правда, было нечего, за этой дверью – лишь короткий коридорчик, а за ним настоящий перекресток: коридор поперек и винтовая лестниц вниз и вверх. Темно-то – ладно, а вот пыльно, грязно и паутины столько, словно тут тысячи лет никого не было. Вот и мы туда не полезли.
И потопали догонять медленно ползущую люльку. А та вызвала резкие изменения на станции: ткнулась в хвост последней товарки, замерла, и тут же свет сменился с яркого на минимальный. Точнее говоря – на аварийный.
«Вот это и вся автоматика? – обрадовался я. – И диспетчер нас не бежит встречать с шампанским? Хм, интересно они тут живут…»
С обеих сторон станции и на разворотном круге просматривалась низенькая платформа. По сторонам же виднелись и солидные ворота раздвижного типа, сейчас закрытые. Интересно, они заперты на замки или нет? Астральный след пронзал металлическую твердь слева от нас. Но прежде чем пройти и попробовать, я послал вперед все ту же иллюзию людоеда. Тот походил, походил да и вернулся, не вызвав никакой реакции своим появлением.
Тогда и я отправился проверять гостеприимство хозяев. Увы, оказались они несколько недоверчивы к случайным прохожим. Что одни ворота, что вторые изнутри накрепко заклинены запорами и стопорами. С этой стороны без громкого и страшного «бум» не выломаешь. И сколько мы уже с Кабаном ни прилагали наши общие усилия, равнодушная преграда даже не поморщилась.
– Что делаем? – спросил запыхавшийся магистр и мотнул головой в сторону каверны: – Пробираемся мимо этих векрасов? Или…
– Именно что «или»! – скривился я. – Потому что если и есть в конце каверны нормальный выход, то он наверняка будет закупорен наглухо. А уж по техническим переходам мы куда угодно проберемся. Надеюсь…
Собирать на себя пыль веков страшно не хотелось, ведь потом и почиститься нечем. Собираемые крошки энергии тратить на магическую «пошку» мне казалось слишком расточительным в здешних условиях. Благо, хоть обманка останется чистой и цельной.
Так и пошли под видом парочки зроаков, прущих напролом в полной темноте. И двинулись мы вначале направо. Ведь по логике где-то там находилось нам нужное пространство за раздвижными воротами. Увы! Коридор сразу сдал влево, потом нырнул вниз и окончился возле страшно глубокого колодца. Внизу виднелась вода, но что нам с этого сборника всех подземных стоков?
Вернулись обратно к перекрестку и стали подниматься по лестнице вверх. Там нам повезло больше. Пошла целая сеть запутанных технических коридоров, лестниц вниз и вверх, заброшенных навеки каморок и подсобных помещений. Везде груды не слишком ржавого железа, труб, уголков цепей и кабелей. Если разобраться – целое богатство для любого города здешнего мира. Что не раз подтверждало бормотание артефакторщика.
Но мы мечтали разобраться в знаках и символике. Везде были нужные для передвижения обозначения со стрелками и диковинными значками. При наших знаниях мы понимали смысл только стрелок, а вот понять, куда они ведут, не могли – наши алфавиты с этим не справлялись. Так что не знаю даже, каким чудом нам удалось выдержать общее направление: подниматься вверх и как можно правее. И минут через сорок, когда уже показалось, что мы заблудились напрочь и здесь умрем, присыпанные пылью, нам удалось вырваться на оперативный простор. Для этого я догадался осторожно открыть одну особо крепкую дверь, задраенную изнутри на кремальеры.
Зачем же закрывать наглухо? Да чтобы посторонние ротозеи не проникли в лабиринт и не затерялись! Ищи их потом… А когда мы высунули головы наружу да осмотрелись, то минут пять переговаривались только шепотом, словно потрясенные величием увиденного:
– Еловая жизнь! Да тут целый город!
– И люди, на людей посмотри!
– Ага, больше половины вполне нормальные и ничего уродливого под своими плащами или накидками не прячут.
– А что это за самобеглые повозки? – поражался магистр.
– В иных мирах машинами называются… Но меня больше дома поражают. Такое впечатление, что они из пластика.
– Что такое пластик?
– Долго рассказывать. Но, как правило, – производное нефти. Той самой, из которой керосин делают.
– Но нефть и керосин жидкие. А здесь дома в три, в четыре этажа.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 94
