— Ну, тогда отправь с ним кого-нибудь из генералов.
— У меня здесь никто толком не знает древнеромейского. И как прикажешь с ним объясняться.
— Прикажу, и объяснишься! — Тесса бросила трубку, и через пару секунд что-то невидимое снаружи шарахнуло о стенку так, что в ней образовался пролом метр на полтора, и кусок бетона с торчащими в разные стороны обрывками арматуры шлепнулся прямо у ног Пьетро.
Вновь раздался телефонный звонок.
— Ты живой? — поинтересовалась Тесса, и тут же послышалось, как она разгрызает арахис в шоколаде — еще вчера потребовала доставить пару килограммов.
— Слушаю, дона Тесса. — Пьетро старался сохранить спокойствие.
— Не дона Тесса, а просто Тесса! Забыл?
— Нет, Тесса.
— В общем, я решила: Сиар объявляется империей. Я, разумеется — императрица, за всеми консулами, которые уцелели, пожизненно сохраняются их посты, а государственная религия — культ Родонагрона-бессмертного и Недремлющий — пророк его. Уяснил?
— А если кто-то будет против?
— Не доводи меня!
— Хорошо, Тесса…
— Завтра на обед пришли мне две утки по-хуннски, большой бисквитный торт и фруктов. А церемонию коронации проведем через пару дней… С тебя — губернаторская корона из Национального музея, и все консулы при параде. И надо будет обеспечить трансляцию церемонии по радио и телевиденью. Детали пусть кто-нибудь продумает, завтра утром изложишь.
— Может, тот, кто придумает, тот и изложит…
— Нет! Ты не понимаешь! Я императрица, небесное создание, жена пророка, воплощенная сила и красота. Я не могу разговаривать с кем попало. Лучше б ты просто радовался, что я именно тебя выбрала… Это большая власть, Пьетро! Ты и раньше-то не ценил толком то, что имел. Но ничего! Ты все поймешь, а куда тебе деваться… — Голос сменился короткими гудками, и новоявленный посредник между властью и народом едва сдержал себя, чтобы не грохнуть трубкой об пол.
Тесса и впрямь свихнулась, окончательно и бесповоротно. И не добраться до нее теперь… Даже если сбросить на нее фугас тонн на пять, пока ее ручное чудище будет в отлете, это только осложнит положение. Монстр может огорчиться и начать крошить все подряд. Тесса, помнится, говорила, будто он способен сотворить что угодно, только образец покажи… Тогда какого черта таскать ей завтрак, обед и ужин! Пусть этот кудесник все ей и готовит… Созидатель… Вот крушить у него получается. За один день пятнадцать тысяч народу уложил, не считая экипажа эверийского крейсера. Две утки по-хуннски! Будет так жрать — растолстеет, и конец карьере…
— Дон Пьетро, бумаги ждут уже второй час. — Секретарша еще не привыкла к смене обстановки и казарменному положению, и поэтому была слегка на взводе. Она вывалила на стол несколько папок и удалилась с чувством выполненного долга.
Бумаги… Наверняка, девять из десяти теперь годятся только на растопку камина… Пройдет еще несколько дней, и деньги, даже полновесные эверийские фунты тоже потеряют всякую ценность, поскольку нет никакой Конфедерации, которая обеспечивает эту валюту своей военной и экономической мощью. Даже Коррана нет — в сотне милях от границы выясняется, что едешь обратно, и никакая сила не сокрушит это барьер уже потому, что никто его не видит…
Так… Фронтовая сводка. Потери (свои — точно, противника — приблизительно), отчеты о последних операциях (перестрелки, карательные акции, сокращение линии фронта), данные по дезертирам (тревожно, но могло быть и хуже). Что еще? Ага! Личное послание настоятеля кафедрального собора архиепископа Лео дю Массо. Читаем:
"Конклав Иерархов Сиарской Церкви Господа Единого и Всемогущего рассмотрел на внеочередном заседании обращение Верховной Директории Республики Сиар о признании пришельца посланцем Господа, организации массовых поклонений и внесении изменений в тексты служб. С прискорбием должен Вас уведомить, что ни в Писании, ни в Книгах Пророков, ни в Откровениях святого Иво нет указаний на данное событие, и по сему Конклав вынужден ответить категорическим и решительным отказом. Мы, иерархи Церкви, признаем также, что не можем утверждать, будто пришелец является посланцем Лукавого, поскольку тот прикрывался бы личиной милосердия, не творил бы откровенного зла, не прибегал бы к истреблению плоти, пока не овладел бы душами. Происходящее мы рассматриваем как явление не от мира сего и объяснения ему не находим. Возможно, это предвестье Конца Времен, хотя большинство иерархов склоняется к мысли, что сроки еще не настали.
Конклав считает, что не будет большой беды в том, что сиарцы, в надежде дожить до лучших времен, когда наваждение сгинет, поклонятся идолу — лишь бы сердца их были устремлены к Господу Единому. Анафеме будут подвергнуты лишь те, кто попытается использовать происходящее на собственное благо и во вред общественному, а также те, кто будет потворствовать гонениям на Церковь и тем самым противопоставит себя Господу.
Конклав просит Вас принять все возможные меры к сохранению церковных зданий и святынь, поскольку пришелец уйдет, а Церковь останется, и всем гонителям ее придется ответить перед Господом.
Теперь о Вашей просьбе подыскать людей, знающих древнеромейский язык, кои могли бы установить контакт с пришельцем помимо вероотступницы Тессы Беручо: такие люди есть, но решение о том, согласятся ли они сотрудничать с Вами, предпримут ли самостоятельные действия, или останутся в стороне, должно быть принято ими добровольно. Мы сообщили некоторым из них о Вашем предложении, и если кто-то из них его примет, то обратится непосредственно в военную коллегию.
С уважением. Лео дю Массо, архиепископ Вальпо и Гидальго."
Пьетро скомкал послание и швырнул его под ноги дежурному офицеру, который, не отрываясь, смотрел в стереотрубу на новую резиденцию Тессы и ее хахаля. Надо было давать распоряжения — о подготовке церемонии коронации, по поводу меню императрицы и ее гардероба, о подготовке военной операции с участием явления «не от мира сего», и еще, чтоб дыру в стене заделали…
Э. Н., 10 день, 23 ч. 10 м.
— Капитан, а вы сами-то когда-нибудь были в Вальпо? — Тика задал вопрос внезапно после почти часового всеобщего молчания. Не выдержал, бедолага… — Я к тому, что нам, пока есть время, надо бы определить место посадки и прикинуть, что дальше делать. А вы молчите, как будто и так все ясно и все решено. А мы?! В конце концов, это же я показал, где можно найти горючее, и имею право хотя бы знать… Мне вот, например, до сих пор не понятно, почему доктор так настаивала лететь именно сюда. Ну не проще ли было остаться там…
— Где вы его такой откопали? — Капитан Муар склонился над ухом Зеро, но говорил достаточно громко, чтобы Тика мог расслышать.
