На лице у Тины появилась кривая усмешка: даже неспециалисту ясно, что никакие «взрывоопасные стройматериалы» так рвануть не могут! Значит, кто-то очень хорошо заплатил экспертам, а также начальству экспертов и начальству начальства… Незийский адвокат оказался прав: у «Перископа» много денег. И «Перископ» не заинтересован в том, чтобы кто-то копался в этой истории.
Тина переключилась на деловые новости. Котировка акций «Галактического лидера» медленно, но неуклонно падает, другие корпорации перехватили из-под носа у «Лидера» несколько выгодных контрактов. После того как новый президент вдвое урезал фонд поощрительных премий, на некоторых предприятиях «Лидера» прошли символические акции протеста. Похоже, что Генлаор – не такой хороший руководитель, как его убитый предшественник… Тина затребовала список ста наиболее влиятельных корпораций – «Галактического лидера» в их числе уже не было.
Саймон держал на дрожащей ладони две последние, извлеченные из тайника в ножке стола, капсулы мейцана. Хочет он этого или нет, а назрела необходимость покинуть убежище. Вот уже трое суток он не высовывался из своей квартиры. Если бы Шидал не обобрал его, он мог бы просидеть взаперти хоть до конца весны, получая еду по пневмопроводу. Но самое необходимое – мейцан – с доставкой на дом не закажешь. Мейцан выдает шеф (один дьявол знает, где он берет его в таких количествах), и еще его можно купить на черном рынке. Почти весь запас мейцана, полученный за «Страсти в системе Раксы», Саймон постоянно таскал с собой, рассовав по многочисленным потайным карманам – отнюдь не лишняя предосторожность, если приходится жить бок о бок со своими коллегами-эксцессерами ( случалось, что те воровали мейцан друг у друга). Из-за Терезиного предательства драгоценный наркотик вкупе с карманными деньгами Саймона достался Шидалу, и тот наверняка уже успел сбыть его на черном рынке (для того чтобы употребить мейцан по назначению, манокарец слишком туп и примитивен).
Выход один: надо вернуться в Иммортелию и украсть мейцан у своих коллег. Они сами напросились, сами виноваты, ведь это из-за их издевок Саймон полетел в Хризополис и попал в лапы к Шидалу! Но для того чтобы вернуться в Иммортелию, надо выйти из квартиры.
Саймон подошел к окну. Открывавшийся с высоты вид слепил глаза белизной: ночью выпал снег, и сейчас внизу сновали автоматы-дворники – сгребали его в симметричные сугробы и прокладывали идеально ровные дорожки. Вокруг стояли высотные дома-«гребешки», как две капли воды похожие на тот, в котором жил Саймон: каждый состоял из выстроившихся в ряд четырехгранных колонн (в них и помещались квартиры), а сверху лежала еще одна, поперечная (шестнадцатый этаж – по традиции, он считался самым престижным). Здания располагались на приличном расстоянии друг от друга, строгие и четкие на фоне розоватого утреннего неба, и отбрасывали длинные тени. Урбанистический пейзаж, брезгливо скривился Саймон (в последнее время стало модно ругать урбанистические пейзажи). Впрочем, у него имелся и более конкретный повод для недовольства: за любой из этих колонн вполне может спрятаться злоумышленник, который задумал всадить тебе между лопаток голгироловую капсулу. Но Саймон Клисс всех перехитрит.
Включив компьютер, он связался с фирмой «Товары – домой» и сделал заказ: двадцать упаковок метарина, а также бронекостюм с перчатками и шлемом. Через час заказ был доставлен прямо в квартиру по пневмопроводу. На костюм ушло около половины Саймоновых сбережений, но вместо того чтобы расстроиться, он испытал злорадное удовлетворение: Шидалу ничего не перепадет, он сам растратит все свои деньги! Без аппетита позавтракав, рассовал по карманам все необходимое, принял дозу мейцана и надел костюм. Приладил шлем, опустил на лицо плексигласовый щиток. Теперь Саймон выглядел крутым и опасным, и капсулы с нейтрализатором ему не страшны – они попросту разобьются о броню. В таком виде вполне можно выйти на улицу.
Утро было светлое и морозное. Жмурясь от нестерпимой белизны (стоило заказать шлем с поляризованным щитком!), Саймон на несколько шагов отошел от подъезда, огляделся. Манокарца не видно. Автоматы-дворники убирали снег; стайка ребятишек, окружив один из них, забрасывала безучастную машину снежками. Заметив Саймона, дети прекратили свое занятие. Девочка с торчащими из-под шапочки рыжими косичками пропищала:
– Мы ведем себя хорошо! У нас уроки еще не начались.
Саймон побыстрее прошел мимо и только потом понял, что дети приняли его за полицейского: похожие бронекостюмы носили спецназовцы. Впереди, в туманном холодном воздухе, висела светящаяся буква «П», под ней находился спуск в подземку. Он устремился туда, не переставая озираться. Где же Шидал? Быть может, его уже выследили и прихлопнули манокарские агенты?.. Или он до поры до времени затаился, рассчитывая опять заманить Саймона в западню?.. С одной стороны, Саймон знал, что его преследователь – всего лишь мелкий чиновник-неудачник из отсталого тоталитарного мира, но с другой – в нем слишком много звериной агрессивности и изощренного коварства. Чего стоят хотя бы его дурацкие претензии насчет гонорара за участие в фильме! Это же глупо, до сих пор никто из жертв «Перископа» не ставил вопрос таким образом! А твердолобый манокарец требует денег и еще угрожает… Вспомнив его мерзкие угрозы, Саймон вспотел под своей броней. Только не это. Он спасется. Он обязательно спасется. Доберется до Иммортелии, ограбит отдыхающих там коллег (стерву Джельду – в первую очередь), потом примет пятикратную дозу мейцана и убьет Шидала.
Заняв место в вагоне, Саймон попытался угадать своего врага среди пассажиров. В прошлый раз Шидал был загримирован под шиайтианина, однако за истекшее время вполне мог изменить облик. Если он здесь, он должен украдкой наблюдать за объектом охоты… Саймон исподтишка осмотрелся – и примерз к сиденью, обнаружив, что глазеют на него все без исключения пассажиры. Чего им надо?.. Конечно, в подземке не каждый день встретишь человека в бронекостюме без опознавательных знаков, но это еще не повод для досужего любопытства.
– Кое-кто нарвется, если будет пялиться куда не надо! – с угрозой бросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.
Пассажиры переместились в дальний конец вагона, зато начали тихонько переговариваться. Шлем приглушал звуки, но фразу «надо сообщить в полицию» Саймон разобрал. Теперь выход только один – оторваться и запутать следы. У него имелось неоспоримое преимущество перед манокарским дикарем: он родился и вырос в Хризополисе и знал город неплохо, а Шидал, который прилетел на Ниар несколько дней назад, вряд ли бывал здесь раньше. На следующей станции Саймон вышел из вагона и поднялся на поверхность. Мейцан позволял ему двигаться ловко и стремительно, он переходил с одного яруса тротуара на другой, лавировал в толпе, прятался за группами инопланетных туристов – но успокоиться не мог, потому что в такой толчее невозможно определить, преследуют тебя или нет.
