ее лучше, чем вышло у него. И затем: - Бобби, когда ты была на службе в Марсианском Десанте, у вашей брони Голиаф была возможность для переопределения команд?
- Чего? - спросила Бобби.
- Переопределение команд. Что-то, что позволяло вашему командиру остановить костюм?
- Естественно, мы называли это радио. Командир приказывал остановиться, и мы стояли. Что ты там увидела?
Наоми откинулась назад, чтобы Бобби, - и поскольку он был уже там, Алексу - было лучше видно. Когда он был на службе, всегда существовала четкая субординация, и предусмотренные процедуры, когда кто-нибудь ее нарушал. По большей части это касалось военной полиции, которая оттаскивала этого кого-нибудь, для легкой придорожной коррекции поведения, за которой следовал военный трибунал. Возможно, у Десантников это было по-другому, но он был уверен, что не видел ничего похожего на то, о чем говорилось на на экране.
- Они могут... они могут отключить их? - сказала Бобби, ее голос застрял где-то между возмущением и смехом. - Потому что тут, похоже, сказано, что губернатор может нажатием кнопки, превратить все эти симпатичные костюмчики, из силовой брони в пару тысяч саркофагов.
- Ну, функции жизнеобеспечения остаются на месте, - сказала Наоми. - Но отключаются системы вооружения, коммуникационная система, и замораживаются все суставы.
Алекс оценивающе присвистнул.
- Эти ребята должно быть реально боятся мятежников.
- Ну, - сказала Бобби. - Подумай, как они тут оказались. Дуарте удалось построить раскольническую фракцию внутри МКРФ, достаточно большую, чтобы создать свой собственный флот. Предположить, что никто никогда не попробовал бы проделать тоже самое с ним, было бы глупо. А он не глуп. Это, в частности, решает, хотя и...
- Кажется слегонца чересчур агрессивным - сказал Алекс.
- И этим всегда агрессор раскрывает свою слабость, - сказал Бобби. Она положила руку на руку Наоми. - Каковы шансы, что мы можем подделать сигнал блокировки?
- Достаньте мне один из этих силовых костюмов, - сказала Наоми, - и я уверена, что мы с этим разберемся.
- Шторм, возможности Медины и Десантники, - сказала Бобби. - Похоже, мы можем построить план три на три.
- И заключенные, - сказала Наоми. - Освобождение заключенных.
Алекс знал, что она имеет ввиду Холдена. Бобби тоже это знала.
- Само собой разумеется, - сказала Бобби.
Глава 38
Сингх
Сингху было тревожно думать о времени до Лаконии. Он был настолько мал, когда его родители совершили своё путешествие, что в сущности у него не осталось воспоминаний ни о чем, кроме Лаконии - его доме. И всё-же, из тринадцати сотен колонизированных миров, она не была даже первой. Первым стал шар из воды и грязи, названный поселенцами Илос.
Правительство Земли, столкнувшись с огромной перспективой георазведки, изучения, и разработки потенциально огромных богатств новых миров, поступило так же, как и всегда. Предоставило правительственные контракты гражданским компаниям, чтобы те сделали всю грязную работу за них. Но когда судно георазведки, отправленное "Ройял-Чартер Энерджи" прибыло на планету, которую ООН называло Новой Террой, они нашли там пару сотен поселенцев, уже добывавших минеральные ресурсы, и зовущих себя независимым правительством.
Спустя многие дни насилия, РЧЭ пришлось покинуть планету, а Илос получил собственную хартию ООН, и до недавнего времени оставался одним из учредителей Содружества Миров Кэрри Фиск, и экспортером лития и тяжёлых металлов.
Джеймс Холден был там, во время худшего из этапов первоначального столкновения. А теперь он находился в камере, под постоянным наблюдением, с лодыжками, прикованными к полу.
Сингх изучал его на своем мониторе. Холден выглядел старше, чем он ожидал, на его висках уже обосновалась седина. Но изображения из публичных архивов о произошедших десятилетия назад событиях, отображали открытое и серьезное лицо мужчины примерно того же возраста, что и сам Сингх.
В данный момент Холден сидел, склонив голову вперед. Кровь пропитала грудь и рукава тюремной робы. Круглые следы красных капель запачкали его бумажные тапочки. Он бережно баюкал одну руку возле живота, одна щека распухла, и там был здоровенный синяк. Табуретка, на которой он сидел, одной ножкой была прикручена к палубе, и он раскачивался взад вперед, как человек, укачивающий себя в попытке заснуть. Ограничители на его запястьях походили на широкие черные ленточки, но Сингх знал, что они так прочны, и скорее кости мужчины сломаются раньше, чем они сами. Холден воплощал квинтэссенцию человеческих страданий.
- Могу я поинтересоваться, сколько из этих ран получены в результате взрыва? - спросил Сингх.
Оверстрит не улыбнулся, но в его глазах мелькнул отблеск тонкой усмешки:
- Если это важно для вас, сэр, я уверен, что смогу выяснить.
После того, как заключенный запустил ложные сигналы тревоги по всей инженерной палубе, он был схвачен. Пять минут спустя начали срабатывать настоящие тревоги. В других обстоятельствах Холден уже был бы мертв. Причинами, из-за которых он до сих пор оставался в живых, были его связи с механизмами и людьми, вовлеченными в террористическую организацию, и его собственное упрямство.
Но если получится, Сингх хотел бы достучаться до мужчины. Составить человеческую связь с кем-то, готовым убивать лаконианцев из предубеждения и ненависти. Если он собирался найти что-нибудь, что сможет использовать, ему необходимо поверить, что и в нём есть что-то хорошее, пусть даже это будет иллюзией. Если он сможет пересмотреть свой взгляд на Холдена, и увидеть другую версию этого человека, менее очевидную, такой подход станет возможным.
- Он предупредил людей. Этими тревогами перед детонацией. Благодаря им, большему количеству людей удалось добраться до укрытий. Он предупредил и сотрудников безопасности, взявших его. Если бы он не сделал того, что сделал, человеческих жертв было бы больше.
- Это правда, - сказал Оверстрит. - Еще он мог бы не взрывать воздушные хранилища.
Кем был этот человек? Патриотом своего правительства? Человеком, который так испугался перемен, что прибегнул к насилию? Подстрекателем, для которого губернаторство Сингха стало лишь очередным поводом начать неприятности, которые он мог создать при любых обстоятельствах?
И Сингх вернулся, - вернул сам себя - к единственной точке: Холден позволил схватить себя ради того, чтобы спасти жизни. Не так уж и много, но у него было только это.
- Ладно, - сказал он. - Посмотрим, что из этого выйдет.
Холден поднял глаза, когда он вошел в комнату. Левый глаз этого человека в возрасте заплыл и почти закрылся, а верхняя губа была разбита и потрепана. Он кивнул Сингху, а охранник принес легкое кресло, чтобы губернатор мог сесть.
