Семён Афанасьев
Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 12
Глава 1
— … как-то так. — Обладатель шестого дан поднял взгляд на обладателя десятого.
Чашки с чаем к этому моменту уже трижды обновляли своё содержимое.
— Мне кажется, ты передумал задавать вопросы. — Патриарх сидел с закрытыми глазами. — Я прав?
— Да, и это удивительно. — Вроде волшебства не существует, а мозги заработали иначе, думал глава Эдогава-кай — он большей частью молчит, а мне всё становится кристально ясным.
Чем объяснить? Сюда же: интересно, если бы рядом сидел Решетников, что бы он сказал про эти так называемые мыслительные процессы?
— Вы мне очень помогли, сэнсэй.
— Да и нет. Помочь можно лишь тому, кто по своей воле движется вперёд и твёрдо стоит на ногах — ты всё понял самостоятельно и сам себе помог. — Хозяин удовлетворённо кивнул, не открывая глаз.
Он вслепую потянулся к чайнику, безошибочно попал, снова налил в две чашки, не глядя:
— Фудзи-сэнсэй был хорошим наставником, тебе есть чем гордиться.
— Его больше нет, увы. А без вас такого понимания почему-то не наступало, — вздохнул кохай. — Спасибо, что выслушали, Кубота-сэнсэй — иногда людям вроде меня не хватает именно этого, чтоб лучше почувствовать самого себя.
— Заходи ещё, эти двери для тебя всегда открыты.
Ученик привстал и поклонился, затем продолжил рассуждать вслух.
* * *
Выходя через какое-то время из до-дзё, Миёси Мая с благодарностью крутил в голове очевидную, как теперь казалось, мысль (и почему не додумался сам? На поверхности же): он и сам не против известной разработки Mitsubishi, с которой, похоже, всё началось. Он и сам не против, чтобы страна снова стала сильной — вон, хоть и на соседей посмотреть, даже не самых близких.
Тот же Пакистан или их извечный враг, как они сами говорят. Оба их извечных врага, если быть профессионально точным.
Проблема в том, что любое достойное начинание можно легко опорочить недостойными руками с грязными ногтями — личности имеют значение.
Кое-кому во главе масштабных проектов просто не место, думал Мая, шагая к лимузину. Если они не могут договориться даже со своими (уж на что я лоялен к самой Идее), то как они планируют договариваться с чужими? С теми, кому новый статус Японии может не понравиться?
Отсюда вытекает второй закономерный вопрос, который так любит Решетников. Про обезьяну с гранатой — её способность к договорам и компромиссам (что-то я стал часто вспоминать его, к чему бы).
Кто-то куёт меч, чтобы открыть себе новые горизонты — осваивать новое, а кто-то — исключительно из желания насладиться резнёй в собственном исполнении. Пока меч не готов, разница не видна.
Проблема не в инструменте. Мая молча упал на заднее сиденье и захлопнул дверь, машина тут же тронулась.
Проблема в конкретных людях. Даже мастерком каменщика можно и горло вскрыть, и дом построить, а уж тем, что должно получиться у Mitsubishi в итоге НАЧАВШЕЙСЯ реализации проекта… Кроме прочего, в доме Куботы-сэнсэя пришло и ощущение причин некоторых последних событий.
* * *
ИНТЕРЛЮДИЯ
Полицейский участок Meguro, Токио.
— …??? — недавний выпускник полицейской академии Накамура Рёта в теории знал что делать, однако в силу небольшого опыта его с непривычки заклинило.
— Закрывай этого в зоне изоляции задержанных, в отдельном помещении, — не самый молодой патрульный кивнул на свежедоставленного, жестоко избитого типа в более чем приличном костюме и наручниках, едва стоящего на ногах и шатающегося в полубессознательном состоянии. — Врачей мы вызвали, уже едут. Пусть дознание попытается с ним поработать побыстрее, до приезда медицины. Сделаешь?
— Может, в больницу его сперва? Почему такая спе…?.. — заикнулся было новичок, которому очень не хотелось брать на себя ответственность.
— НЕТ. Они напали на члена Общественного Совета МВД, — старший сотрудник верно истолковал эмоции младшего коллеги. — Перед этим, точнее, для этого — они предположительно незаконно проникли на охраняемую частную территорию. Там есть за что спрашивать, поверь.
— На какую территорию?
— Небоскрёб Йокогама.
— Принял. — Пальцы выбили дробь по клавиатуре. — А-а, вот же в формуляре есть. Но…
— Дознаватели разберутся сами, пометь в листке приёма: электронный пропуск в здание эти двое скорее всего украли, так охрана небоскрёба говорит.
— Делаю… есть.
— Также, на внутренней парковке здания обнаружена машина, которую СБ Йокогамы идентифицируют как чужую: номера — в их списке, системой допуска считались, поэтому машина и смогла заехать (номера принадлежат их сотруднику). Однако сама тачка — другой модели, и её владелец в здание с парковки не входил, там отдельный турникет.
— Сняли чужие номера и прикрутили на свою машину? — сообразил Рёта.
— Да. Подлог плюс висящий в воздухе вопрос, где сейчас хозяин тех номеров? И что с ним сделали? Тоже надо проверить, а то в том здании последние три дня… Отметил?
— Да.
— Покажи. Спасибо. Ну всё, хорошей смены. — Патрульный развернулся, чтоб уходить.
— Подождите! А труп где? Второй? Вот указано, их двое, — Накамура щёлкнул по экрану.
— Уже не твоя забота, с трупом всё по процедуре. Ты у себя отмечаешь только факт обнаружения тела, дальше другие работают. Новенький, что ли? Второй или третий день?
— М-м-м, да. — По Рёта было видно, что на самом деле его здорово тревожит избитый, доставленный вместо больницы в участок — под его ответственность.
С другой стороны, иерархию поколений в полиции Токио никто не отменял. Таким образом, дилемма между писаными и неписаными правилами Накамуре очень не нравилась.
Патрульный вздохнул и вернулся, незаметно оглядевшись (убедился в отсутствии лишних ушей):
— По трупу: с места происшествия доклад уходит руководству, а дело автоматически переходит уголовной полиции префектуры. — Он со значением качнулся вперёд-назад.
— Я же не об этом сейчас, — Рёта с намёком покосился на опухшее лицо задержанного, всё в крови.
— Осмотр трупа на месте проводят: следователь уголовного отдела, криминалисты, судебный врач, — старший сделал вид, что не понял намёка. — Патруль, когда видит труп, их вызывает — они приезжают и работают. Это все нами сделано.
— Уже осмотрели, что ли? — оборона на мгновение дала трещину.
— Вызвали, — старший красноречиво наклонил голову к плечу. — Meguro-54 на месте остались, а мы задержанного привезли сюда: его изоляция важнее, чтоб не влиял на свидетелей и версию, это ж азы.
— Всё так. Однако если ему тут станет хуже… — новенький не сдавался.
— И кстати, это пока не задержание, — сержант снова перебил. — А «сопровождение для выяснения обстоятельств» — решение будут принимать следователи. Хотя, в принципе, что они решат, понятно.
— Но
