про другие только слышала.
Я тоже подошел ближе к столу и, наклонив голову вбок, вчитался в бумагу.
— Конкурс инновационного дизайна «Пульс Метрополии», — прочитал я, выхватив глазами одно из названий. — Но меня же там даже не было. Что будет, если это проверят?
— Да кто в здравом уме вообще будет это проверять? — пробормотала она, переписывая эти названия в пустые строчки стандартного шаблона анкеты. — Тем более, по документам ты внешний консультант нашего отдела дизайна. Бон Сок, у тебя есть ещё идеи?
— Да, госпожа Ан, — с готовностью и волнением в голосе подтвердила девушка. — Я набросала их на обратной стороне.
Дальше всё свелось к заполнению пустых полей моего нового резюме. Так что, сев на пустующий стул, я слушал целый список незнакомых слов и названий.
— Наличие работ на площадке дизайнерских работ DesignHub Korea, финалист онлайн-конкурса концептов Artwave Asia, — довольно говорила Ха Рин. — Эти два особенно хорошо звучат, ещё и искать в интернете точно никто не станет.
— Можно ещё упомянуть о бесплатных программах по обучению, при Университете Ёнсе такие есть, — предложила Бон Сок, поймав волну настроения от Ха Рин. — Ещё я знаю об интенсиве по UI/UX в Центре цифрового искусства Ханминского университета.
— Какой же это абсурд, — послышалось со стороны дивана.
И в этот раз с этим тучным мужчиной я был солидарен.
— К завтрашнему дню мы должны представить девятому отделу гения, — строго сказала Ха Рин, не отвлекаясь. — И либо Сан Хун, ты нам сейчас помогаешь, либо… Просто сиди там и не мешай. А лучше запоминай, потому что в моё отсутствие именно ты будешь всем продавать эту историю о Су Джине.
[Спустя пять минут]
— Курс Корейской школы технологий — повышение квалификации по 3D-моделированию и инновационного проектирования интерфейсов, — читала Ха Рин очередное предложение моей заместительницы. — Почему перечеркнуто?
— Обычно по окончании таких курсов выдают сертификаты, а их у Су Джина, скорее всего, нет, — неуверенно ответила девушка. — Так что я это зачеркнула.
— Плохо, — признала Ха Рин. — У Су Джина точно нет никаких сертификатов?
— Нет, — спокойно ответил я.
Я откинулся на спинку неудобного кресла и мерно покачивал ногой, которую закинул на колено. К окружающей реальности я решил относиться с невозмутимостью философов-атараксонистов.
— И считаю должным сообщить сразу, — продолжил я. — Если меня кто-то спросит об этом творчестве, я честно скажу, что никакого отношения к этим надписям не имею.
— Молчи уже, — раздражённо шикнула на меня Ха Рин. — Хотя, стоп! А языки?
— Мм? — посмотрел я на неё с вопросом.
— В твоей анкете не написано ничего о языках, но я от Джан Ди слышала, что ты помогал ей с переводом французского, ещё и со мной говорил на английском, — быстро заговорила она и почти вскочила со своего кресла. — У тебя есть сертификаты за TOPIK? Какой у тебя уровень?
Что такое TOPIK, я не знал. И по атмосфере чувствовал, что это было не самое удачное время, чтобы спрашивать.
— У меня его нет, — ответил я, не вдаваясь в подробности.
— Ты выучил английский и французский на разговорном уровне, но даже не захотел сдать экзамен на профессиональное владение языком? — спросила она, выражая полное непонимание. — Что вообще с тобой не так?
— Я ещё в школе учусь, зачем мне?
— Для этого, — строго сказала она и ткнула в анкету пальцем.
— Ты правда говоришь на двух иностранных языках? — проявила любопытство Бан Сок, уже забыв об официальном стиле общения.
— Угу, — кивнул я. — Что-то вроде этого.
— Подожди, зачем мы вообще всей этой хернёй занимаемся, если можем представить тебя как полиглота? — с возмущением спросила она, посмотрев на всех в комнате.
— Госпожа Ан, я думаю, вы преувеличиваете, — с улыбкой в голосе произнес Сан Хун со стороны дивана. — Английский — это сложный для изучения язык, на его освоение люди тратят десятилетия или едут учиться заграницу. И тем более, владение ещё более экзотического языка — французского. Возможно, что госпожа Пак слегка приукрасила. Какой может быть уровень знаний у семнадцатилетнего парня? Люди моего возраста…
— Помолчи, Сан Хун, я думаю, — в который раз заткнула она мужчину, на что тот надулся и бросил раздражённый взгляд в мою сторону.
Её взгляд медленно переместился на меня. Глаза были прищурены. Лицо наполовину любопытное, наполовину зловещее.
— А немецкий знаешь? — вкрадчиво спросила она меня.
— Госпожа Ан, — у меня у самого появился вполне логичный вопрос, потому что я перестал понимать, что в её голове происходит. — Какое вообще имеет значение, сколько языков я знаю, если моя должность этого никак не подразумевает?
После моего вопроса обе девушки ошарашенно уставились на меня. И даже от Сан Хуна послышался какой-то странный гортанный звук.
— Владение английским является знаком элитного образования, — словно на автомате, отчеканила Бан Сок, не сдержавшись.
— А ты точно кореец? — Ха Рин окинула меня взглядом, будто видит впервые. Затем продолжила с интонацией строгой учительницы в голосе: — Первое, что любой адекватный человек пишет в своем резюме, — это знание иностранного языка!
— У нас здесь даже в вакансиях доставщика еды вставляют фразу: «Предпочтительно знание английского на уровне собеседования».
— Так, — поменяла позу Ха Рин и села поудобней. — Ну, допустим, английский на средний балл ты вытянешь, французский, надеюсь, тоже, — задумчиво и вслух размышляла она. — Разговорный уровень английского у тебя точно есть, а что с грамматикой? — спросила Ха Рин.
— С ней тоже неплохо, но это же отдел дизайна… — я снова захотел уточнить.
— Да всем будет наплевать, в каких ты школьных конкурсах побеждал или на каких курсах учился, если в твоей анкете будет стоять профессиональное знание английского хотя бы третьего или второго уровня, с приложенным сертификатом, — она всплеснула руками. — Единственное, что нам нужно показать, что с нами работает не обычный школьник, а гений.
— Третий или второй, — со смехом в голосе повторил он Сан Хун.
— Признавайся, ты знаешь немецкий? — не обращая на него внимания, с хищным интересом спросила Ха Рин.
— Ладно, я понял, о чём вы, но почему сразу немецкий?
— Тогда китайский?
