Рената убивалась по нему неподдельными чувствами, а у меня внутри было пусто.
– Лучше бы он на тебе женился, – сказала я.
– Он хотел, – выдавила она сквозь рыдания.
– Ладно, давай поднимайся, – я подхватила ее, помогая встать. Андрей подсобил с другого бока и мы ее подняли.
Она позволила отвести себя наверх, но уже в прихожей начала вырываться. Я отпустила – хочет ползать по полу, без проблем. Одно жалко – он, в отличие от Ренаты, чистый. Держась за стенку, она побрела на кухню, из чего я сделала вывод, что у нас она бывала.
Я сбросила куртку и вспомнила, что на мне пистолет. Что ж, теперь неважно. Эмиль не узнает, что я трогала сейф. Рената сидела за столом, как статуя, холодно глядя перед собой. Она успокоилась, и наступила следующая фаза – тупое безразличие.
Я аккуратно села напротив. Андрей вздохнул и без лишних слов занялся кофе, понял, что сегодня нам не до него.
– Расскажи все, – попросила я.
Она покачала головой. Рената была похожа на снежную королеву в своем презрении ко мне.
– Давай, Рената. Я имею право знать. Откуда это у тебя? – я показала обручальное кольцо. В последнее время у колец не иначе, как ножки вырастают. Знаю-знаю, откуда эти ножки растут. – Андрей, тебе Эмиль случайно кольцо в залог не оставлял?
– Язва ты, Кармен, – отозвался он. – Не оставлял.
– Кольцо привез курьер, – еле слышно ответила она. – Сегодня днем. Оно было в крови… Мне позвонили из мэрии, и сказали, что Эмиль погиб.
– Какой мэрии? Настоящей, или той, которая типа как «мэрия»?
– Мне звонил Всеволод.
– И? – надавила я. – Что произошло?
– Не знаю. Завтра я еду к мэру, мне все объяснят, – она всхлипнула. – Боже, как жить теперь…
Хороший вопрос. А мне как жить?
– Почему сообщили тебе, а не мне?
– А кто ты такая? – спросила Рената. – Ты ему никто. Пакуй вещи, Яна. Радуйся. Лети на все четыре стороны, добилась своего.
Она говорила так, словно я лично свела Эмиля в могилу.
– Почему ты думаешь, что мне ничего не грозит?
– О тебе и речи не шло. Ты никому не интересна… Если бы обвиняли тебя, меня бы поставили в известность.
Я хмыкнула: Рената меня ненавидит, она вполне может замолчать опасность, чтобы насолить. И вряд ли я преувеличиваю степень неприязни.
– Именно поэтому ты сообщаешь мне о смерти мужа так поздно? Ты узнала об этом днем, а сейчас за полночь. И вместо того, чтобы позвонить, ты решила надраться… Просто молодец.
– Ты и этого не заслуживаешь! – крикнула она. – Из всех, кто должен знать, тебе я сказала последней! И только из уважения к нему!
Андрей присвистнул, у него было такое лицо, будто он о чем-то догадался.
– Слыхала? – мы переглянулись. – Ясно, почему его зама переклинило на наследстве.
– Ты ему на работу звонила? – спросила я.
Рената кивнула и закрыла лицо руками.
Андрей поставил перед ней чашку с кофе. Чашка, между прочим, была из чайной коллекции, и я почувствовала укол беспокойства – Эмилю бы это не понравилось.
И сразу вспомнила – он умер. Пусть теперь в аду качает права.
– Выпей, – посоветовал он. – Полегчает.
– Странно, – заметила я. – Если Виктор уже знал… Почему не сказал мне?
– Странно? – усмехнулся вампир. – Я бы тоже не сказал, ты так размахивала пистолетом…
– Рената, – напустилась я. – Ты знала, что у него проблемы на работе? Знала, что мэр хотел агентство себе?
Она закивала сквозь глухие рыдания.
– И сколько это продолжалось?
– Месяц. В среду сказала ему готовить документы…
– Здорово, – я откинулась на спинку. – Хоть бы словом кто обмолвился… Но кого я волную? Если все накроется медным тазом, на меня плевать, вы бы стали спасать себя. Молодцы!
– Только о себе и думаешь! – заорала она, отняв руки от лица. Оно было безобразным: в черных слезах, перекошенное от злобы. – Жила на всем готовом, горя не знала, Эмиль решал все проблемы – и хоть слово благодарности! Эгоистка!
– Пошла ты, – спокойно ответила я.
– Тебе плевать на него, на меня!.. Ни слезинки! И ты еще издеваешься надо мной? – она вскочила, размазывая пьяные слезы.
– Не спорю, – парировала я. – Горевать по нему не буду.
– Дрянь! – Рената решительно качнулась ко мне и замахнулась ладонью.
Я перехватила руку, слабую от выпивки, и оттолкнула.
– Успокойся!
– Девочки, девочки, – разволновался Андрей. – Только без глупостей! Ненавижу женские драки…
Но она налетела на меня с визгом, раздавая беспорядочные удары. Я схватила запястье – тонкое и сухое, как лапа хищной птицы, и сжала. Рената попыталась вывернуться, и когда не смогла, махнула в мою сторону ногтями.
Я уклонилась – только расцарапанного лица не хватало.
Она вцепилась мне в волосы, и чуть не вырвала клок, но Андрей ее оттащил.
– Как ты меня достала! – с чувством сказала я, потирая голову. Кожа саднила.
– Хватит! – гаркнул Андрей на Ренату и она разрыдалась, бессильно упав на стул. – Успокойтесь, умоляю! – он взглянул на руки, выпачканные помадой и грязью. – Всего измазала. Если я отлучусь на пять минут, вы друг друга не убьете?
– Иди смело, – кивнула я и Андрей, бросив пару недоверчивых взглядов, ушел в ванную.
Рената остыла, она сидела, обхватив себя руками, словно замерзла. Ее била дрожь, но вряд ли от холода.
Она подняла глаза, чувства вины в них не было, но и злости тоже.
– Наверное, я погорячилась…
– Да уж наверное, – в тон сказала я.
Шмыгнув носом, она деликатно вытащила салфетку из держателя и промокнула глаза. Белая бумага покрылась разводами потекшей туши.
Рената взглянула еще раз и тихо сказала:
– Вытри кровь.
– Что?
Она показала на ухо. Я коснулась мочки, пальцы наткнулись на влагу и ранка засаднила. Наверное, безутешная вдова оцарапала, пока таскала меня за волосы.
– Пустяк.
Рената повторила:
– Вытри, он же хищник.
– Кто?
Рената взглядом показала в сторону ванной.
– Андрей? Съест он меня, что ли? – усмехнулась я.
– Зачем ты его провоцируешь?
– Рената, я чего-то не понимаю? Он провоцируется не больше твоего. Вампиры нормально переносят вид крови. Андрей вообще не пьет, говорит, завязал.
– Не пойму, ты из принципа споришь или просто дура? Ты знаешь, почему он завязал? Вытри кровь, дорогая. И подучи матчасть. Он не в себе, он импульсивен, минуту он улыбается, а потом отрывает тебе руки и ноги. Не дразни животных.
Вернулся Андрей, и мы примолкли.
– Все в порядке? Еще не убили друг друга? – весело спросил он. – Рената, тебе отоспаться не мешало бы.
– Пусть ляжет в комнате Эмиля, – сказала я.
– Отличная идея! – он взял ее под локоть, помог подняться. – Давай, давай. Завтра тебе полегчает.
Вампир вывел ее из кухни, я тут же встала и склонилась над раковиной. Пустив воду, я промыла царапину на ухе.
Когда я обернулась, то увидела в проходе Андрея. Сложив руки на груди, он мрачно смотрел на меня.
– Не бойся, я не кусаюсь. Она преувеличила.
– А зачем тебе такие большие зубы?
– Орехи колоть, – серьезно ответил он. – За последние пять лет ни для чего более криминального я их не использовал.
– А до этого?
– Не твое дело. Нам не обязательно пить кровь. Я свой выбор сделал.
– Что произошло? Ты что-то натворил? – за этой безобидной фразой я маскировала подозрения в убийстве.
– Я не хочу тебе объяснять, – честно признался Андрей.
– Ты правда мог бы на меня броситься?
– Ну что я, псих что ли? – с улыбкой спросил он.
– Вообще-то, да.
– Замнем для ясности, – он ушел от темы и преувеличенно жизнерадостно жестом пригласил к столу. – Ты, наконец, угостишь меня или нет?
Я покорно встала к плите. Глупо после сообщения о смерти мужа варить кофе для постороннего, но на автопилоте я перелила кофе из турки и поставила кружку перед Андреем. Он пытался меня успокоить и сыпал уверениями, что все будет хорошо. Я вытерпела минут десять.
