Если он действительно может это сделать, то беспокоиться не о чем. Конечно, при условии, что живой артефакт не врет. Но на этот счет у меня были большие сомнения. С чего бы ему это делать?
— Точно сможешь? — на всякий случай переспросил я. — Даже если что-то останется на блюдце, после того как я перелью реагент с кровью обратно в пузырек?
— Конечно, — уверенно ответил Красночереп. — Можешь вообще ничего не переливать, если захочешь. Правда, в этом случае, я думаю, это будет выглядеть подозрительно.
— Ясное дело, — ответил я, понемногу успокаиваясь. — Нет, не будем понапрасну драконить Золотова. Если ты говоришь, что мне не о чем беспокоиться, значит поучаствуем в этом развлечении. Возможно это и правда будет забавно.
Тем временем Елисей Родионович подошел к первому ученику, которым оказался маленький и худой Некрасов Илья, взял у него из рук иглу и сказал:
— Да, кстати, чуть не забыл. Если кто-то из вас собирается упасть в обморок, то предупреждайте заранее, чтобы остальные успели среагировать и убрать свои блюдца подальше.
Шутка наставника немного разрядила обстановку. Все посмотрели на Некрасова, над которым частенько подсмеивались из-за маленького роста и телосложения. На третьем курсе он был таким же, как я на первом. Так что про обморок Золотов сказал не зря.
Глядя на Илью, можно было подумать, что стоит ему лишиться капли крови, как это приведет к его немедленной эвакуации в медицинский блок. Однако впечатление, по большей части, было ложным. На самом деле Некрасов был достаточно сильным парнем и не раз демонстрировал на фехтовании, что он может держаться подольше многих ребят покрепче.
— Я в обморок падать не собираюсь, — сказал Некрасов и протянул наставнику свою руку.
— Приятно слышать, что вы говорите об этом уверенно, — с улыбкой сказал Золотов, затем быстрым движением уколол его в палец и выдавил в блюдце капельку крови.
Вокруг Некрасова тут же образовался довольно плотный кружок учеников. Ясное дело, всем же хочется посмотреть, что там будет дальше. Забегая вперед, скажу, что слова Елисея Родионовича насчет веселого развлечения вполне оправдались. Было эффектно.
Правда поначалу выглядело скучновато. Капля крови Ильи просто упала в блюдце и растворилась, окрасив прозрачную жидкость в розовый цвет. Однако спустя несколько секунд дело пошло.
На водной поверхности появились тонкие линии, которые сплелись в сложный узор, который вдруг вспыхнул ярким синим пламенем. Огонь горел секунд тридцать. Затем так же внезапно потух, а на поверхности реагента появилось подобие молнии.
— Так выглядит твой родовой отклик, Некрасов, — сказал Золотов и в этот момент все дружно одобрительно загудели.
Думаю, радовались не столько удивительному зрелищу, сколько тому, что это на самом деле не страшно и больше похоже на забаву, чем на серьезное дело. Однако это не значит, что я каким-то образом изменил свою точку зрения насчет всего происходящего. Мне по-прежнему не нравились любые забавы с моей кровью.
После Некрасова дело пошло веселее. Елисей Родионович обходил нас одного за другим, каждому колол палец и выдавливал в реагент каплю крови. Всем было интересно, что у каждого появится в его блюдце, и результаты действительно отличались.
Практически у всех вспышки отличались по цвету. У кого-то зеленая, у кого-то красная, а у Каблуковой и вовсе вспыхнуло ярким золотым цветом. Само собой, староста после этого задрала нос еще выше. Такое ощущение, что цвет вспышки имел хоть какое-то значение. Однако Вера считала, что это было именно так.
Рисунки тоже у всех отличались, хотя у некоторых ребят они оказались очень похожими. Правда не всегда было понятно, что и у кого изображено. Они сильно расплывались по поверхности и идентифицировать их было крайне проблематично.
Незаметно подошел и мой черед. Не колеблясь, я протянул руку Золотову и посмотрел на наставника, ожидая увидеть привычную ухмылку на его лице. Все-таки не каждый раз помимо своих шуточек в меня можно еще и иголкой ткнуть.
Однако, к моему удивлению, он не улыбался. Скорее наоборот. Лицо было крайне серьезным, а вот движения какие-то суетливые. Или мне так просто показалось из-за предубеждения к нему? Да нет, явно что-то не так. Вон и глазки бегают немного. Может быть, со стороны это было не сильно заметно, но для меня очевидно.
В этот момент я еще раз поблагодарил Красночереп за его будущую помощь и надеялся, что все будет так, как он сказал. Не нравилась мне эта история.
Резкая боль заставила меня отвлечься от моих мыслей. Золотов пробил мне палец иглой и теперь выдавливал из него кровь в блюдце. В классе стало тихо. Честно говоря, я и сам замер в ожидании того, что сейчас произойдет. Мне было интересно, после участия моего артефакта-вампира процесс будет как-то отличаться от других или нет?
Разумеется процесс отличался. Мне даже стало как-то полегче в этот момент. Если бы все было как у всех, я бы удивился гораздо сильнее, а так все в полном порядке.
Никакой вспышки в моем случае не произошло. Не то что какой-нибудь яркой, а даже прозрачной не случилось. Вместо этого реагент окрасился в чернильно-черный цвет. Через некоторое время жидкость забурлила и стала заметно светлеть.
Спустя еще несколько секунд весь черный цвет собрался на поверхности реагента в виде четкого черного черепа с двумя перекрещивающимися костями под ним. Такие черепа обычно изображали пираты на своих флагах.
Надо ли говорить, что все в этот момент удивленно уставились на меня? Думаю и так понятно. Я же в это время сосредоточенно разглядывал черный череп в своем блюдце. Классный получился. Не то что у остальных. Никакого намека на то, что он сейчас расплывется.
— Интересно… — услышал я удивленный голос Золотова, который в этот момент внимательно смотрел в мое блюдце.
— Елисей Родионович, что это значит? — спросил я, изо всех сил пытаясь демонстрировать удивление, смешанное с испугом. — Почему у меня не было вспышки как у остальных? Это ведь неправильно?
— Во всяком случае необычно… — ответил он и задумчиво пробормотал, будто разговаривая сам с собой. — Ни разу не видел столь четкого рисунка. Да и такого рисунка вообще… Это надо будет… Хм… Действительно странно…
Он рассеяно посмотрел на меня, вернул иглу и пошел к последнему ученику, который стоял следом за мной. Однако какого цвета будет вспышка в его блюдце никого особо не интересовало. Все пялились на меня как на выскочившего из-под земли демона, а я тем временем переливал
