Когда ты так сердишься, становишься очаровательной.
Я стиснула зубы. Этот мужчина явно бредил!
— Знаешь, — продолжил он, — Я ожидал, что ты будешь более… сговорчивой.
Надо же, какая откровенность!
— Сговорчивой? — Я резко повернулась к нему. — Сначала вы ворвались в мою жизнь, решили, что сможете управлять, а теперь вообще лежите голый под боком!
— Ну… да.
Адриан явно издевался, по-другому я этого назвать просто не могла. Казалось, он был послан небесами за мои прошлые прегрешения. Неужели мне аукнулось несоблюдение правил дорожного движения?
Я почувствовала, как его рука осторожно коснулась моего плеча.
— Не надо, — прошептала я, отстраняясь.
— Почему? — Его голос стал мягче. — Мы ведь возможно станем мужем и женой.
— Это не значит, что я должна делить с вами постель! — возмутилась я.
— Но ты уже делишь, — заметил он. — И знаешь, это не так уж плохо.
Я почувствовала, как его рука медленно скользнула по моей спине и сразу же напряглась. Эти эмоциональные качели меня когда-нибудь доконают.
— Прекратите, — прошептала я, пытаясь отстраниться.
— Не могу. — Его голос стал хриплым. — Ты слишком привлекательна, чтобы я мог устоять.
10
Губы Адриана коснулись моей шеи, и я замерла, не зная, что делать. С одной стороны, по я должна была сопротивляться, а с другой… Его прикосновения были такими… приятными, что я сама поражалась своей податливости.
— Элли… — прошептал он, прижимая меня к себе.
Его руки стали смелее, а губы — настойчивее, и я вдруг поняла, что не хочу его останавливать. Тело предавало меня. Бой был проигран ещё до начала войны.
— Это безумие… — пробормотала, отвечая на его поцелуй.
Я ненавидела себя за слабость, ненавидела Адриана за ту бурю эмоций, которую он во мне пробуждал.
Руки мужчины скользнули по моему бедру, но даже сквозь ткань я чувствовала его жар. По телу пробежала сладкая дрожь, я прикусила губу, чтобы сдержать рвущийся из груди стон.
Адриан на миг остановился, но не дал и минуты, чтобы передумать. Его губы снова нашли мои, и весь мир перестал существовать, оставив лишь стук наших сердец.
В уверенности ему было не отказать, он снимал одно препятствие за другим, пока я не осталась в одной сорочке. Каждое прикосновение вызывало во мне бурю противоречивых эмоций — от жгучего желания до острой боли от того, что я предавала себя.
— Элли… — он наконец отстранился, чтобы взглянуть мне в глаза.
Руки медленно скользнули под тонкую ткань сорочки, вызывая новую волну дрожи. Я закрыла глаза, пытаясь собрать остатки рассудка, но его прикосновения были настолько мучительно-сладкими, что все мысли улетучивались, оставляя лишь чистое желание.
— Ты сводишь меня с ума… — прошептал он, покрывая лёгкими поцелуями мою шею, ключицы, спускаясь ниже.
Я выгнулась навстречу его прикосновениям, не в силах сдержать тихий стон.
— Элли…
Я не ответила, лишь притянула его ближе, давая молчаливое согласие. Его губы опять нашли мои, а руки снова уверенно скользнули под сорочку, заставляя меня замереть от предвкушения.
Всё вокруг как будто бы замерло, оставив только его прикосновения, его дыхание и его губы, скользящие по моей коже. Я чувствовала, как сердце Адриана билось в унисон с моим, как кружилась голова от восторга…
Его пальцы невесомо скользили по моей коже, вызывая все новые и новые волны мурашек, бегающих по всему телу. Чувствовала, как плавлюсь и растекаюсь по кровати, не в силах сопротивляться.
— Элли, посмотри на меня, — прошептал он, приподнимая моё лицо за подбородок.
Наши глаза встретились. В его взгляде я увидела столько страсти и желания, что это окончательно лишило меня остатков самоконтроля. Я притянула его ближе, впиваясь в его губы жадным поцелуем.
Адриан издал приглушённый стон и опрокинул меня на кровать. Его руки продолжали исследовать моё тело, заставляя извиваться от удовольствия. Каждое его прикосновение было как электрический разряд, бьющий прямо в голову.
— Ты такая красивая, — прошептал он, покрывая лёгкими поцелуями мою грудь. — Такая желанная…
Я запустила пальцы в его волосы, притягивая его ближе. Разум окончательно покинул меня, оставив только первобытные инстинкты и всепоглощающее желание.
Его губы стали смелее, а прикосновения — более откровенными. Я чувствовала, как внутри меня нарастает напряжение, готовое вот-вот взорваться. Казалось, что он знал моё тело лучше, чем я сама.
— Элли… — Его голос стал почти умоляющим. — Скажи, что ты хочешь этого…
Прикусив до боли губу, я не ответила. Просто не могла. Какая бы страсть сейчас мимолётно ни вспыхнула, как бы естественно это ни казалось, всё же было огромнейшей ошибкой.
— Элли, — вновь позвал Адриан, но я продолжала молчать.
Усмехнувшись, мужчина снова склонился, и его губы нашли мои, а руки уверенно скользнули ниже, заставляя меня выгнуться навстречу.
Бесстыдник решил измором взять, и я бы смогла устоять, если бы только была возможность отвлечься…
Жар его тела сводил с ума и даже казался каким-то нереальным, аномальным…
— У вас жар! — выкрикнула я, выворачиваясь из объятий. — Это лихорадка.
Я резко отстранилась от Адриана, пытаясь привести мысли в порядок. Его взгляд был всё ещё затуманен, а на меня как будто бы вылили ушат воды.
— Со мной всё в порядке, — произнес он, но я уже вскочила с кровати, направляясь к окну.
Открыв шторы, а затем и ставни, я впустила в комнату свежий воздух. Мысли лихорадочно кружились в голове. Жар… Это могло бы объяснить его необычное поведение, но никак не мою странную реакцию на его прикосновения.
— Элли, возвращайся в постель. — Адриан поднялся следом за мной.
Не хотела, но мой взгляд скользнул по его телу, и лучше бы я туда не смотрела. Тут же отвернулась, стараясь сохранять спокойствие.
Сейчас нужно было собраться, но мужчина уже оказался позади и крепко прижался к моей спине. Мурашки бешеной толпой забегали по телу, пока я проклинала собственную слабость и глупость.
— У тебя жар, — повторила я, выворачиваясь из крепких объятий и тут же касаясь его лба ладонью. — Ты горячий.
Он отшатнулся, словно от удара, но на лице заиграла довольная улыбка уже через миг.
— Ты мне перечишь, а я ведь твой господин…
— Не говорите глупостей, — бросила я раздражённо, вспомнив, что на брудершафт мы пока не пили, но от нервов я перешла на «ты». — Вам нужно прилечь, мой господин.
— Как скажешь. — Голос мужчины стал слабее, а движения немного неуверенными.
Адриан сделал шаг ко мне, но внезапно пошатнулся. Я подхватила его, не давая упасть. Разумеется, такую громадину удержать было почти нереально, но я смогла дать ему хотя бы некоторую опору.
— Вы больны, — настаивала я, укладывая его в постель. — Это объясняет
