— Вселенная гибнуть будет, а два Андрея все будут спорить! — голос сверху. — Виталя на вас нет!
— Стреляй давай! — огрызнулись два Андрея одновременно.
— Лев с ходу эту их задумку раскусил, да и мы кой-чего соображаем, хоть ты нас за тупиц держишь!
— А кто Льва упустил?
— Сам Лев этой ловушки не почуял! Да ты знаешь, что мы давно уже превзошли даже его.
— Тем более непростительно, что вы ловушку не учуяли! — снова ткнул пальцем сержант. — И?
— Порубали руководство, кого достали, а ты думал, мы тут палочками суп хлебали, да? Прорвались, зарубились, Льва обкололи, он в себя пришел и сразу про заговор заорал, приказал, мол, ни шагу назад, не давать им власть взять! Да еще и сверху инопланетные твари навалились, ну да мы их ссадили и отогнали, конечно. Чего ты думаешь, мы тут окопались и утюжим всех, кто пытается что-то вякать? Хрен им, а не власть и Земля! Льва бы еще реанимировать, чтобы к войскам обратился!
— А он не обратился?
— Только к тем, что рядом с Римом, остальных не успели. Отрубился и ему все хуже.
Сержант засопел сердито.
— А ты чего коммуникатор отрубил?
— Трижды я с арэлгами зарубался! Из-за коммуникатора! Что, не получили мое предупреждение?
— Получили и сразу продолжили общаться, только никто так и не прилетел, — вздохнул полковник. — Эх, на арэлговском то корабле, в момент бы Льва до Острова домчали, да здесь бы здание удержали.
— Вдвоем?
— К нам пробился батальон, держимся вместе. Ты привел десант?
— Где-то обосрались, расстреляли нас, не успели приземлиться, да руководство заговора достать. Выбросились, конечно, да толку, постреляют, еще дивизия ляжет в уличных боях. Предлагали сдаться?
— А то, — усмехнулся полковник. — Обещали золотые горы, серебряные холмы, мир да процветание.
— Ур-р-р-роды, — раскатисто прорычал сержант. — Власти им захотелось, вместо отставки. Пленных не брали?
— Куда там, Льва еле утащили, да сами ноги унесли, пришлось еще прорубаться через роту охраны, хоть душу немного отвел, — вздохнул полковник. — А потом как навалились гарнизонами из города и окрестностей, хорошо хоть Лев выступил.
— Обманом затащили, — кивнул сержант, — у меня та же история.
— Так это ради власти? — растерянно спросил Роман. — Она же у них и так была?
— Победа над тварями была близка, вот столько осталось, — сержант вскинул руку, сблизил указательный и большой пальцы, — хотя нет, эти жирные [цензура] в фуражках раньше зачесались. После Сверхмозга и после той истории с посольством.
— А не налети те сектанты, мы бы так и попали под власть инопланетян, — невесело ответил полковник Майтиев.
Вздохнул тяжело, скрестил руки на груди, руки, легко способные свернуть шею Пожирателю, Преследователю, да что там, любой твари. Роман неожиданно вспомнил слова сержанта о спарринг-партнере и командире, сопоставил одно с другим. Неудивительно, что у Романа не получалось воспользоваться преимуществами роста, веса и молодости, если сержант, то есть майор, спарринговал с такой башней! Да еще и побеждал в двух случаях из трех.
— А не держи они нас сотню лет во льду, сейчас тут твари гадили бы на развалинах! Командир, мы вроде уже обсуждали все это сотню раз? Короче, генералам и этим, наверху Совета, не всем, но многим, стало жалко терять власть, посты, привилегии, которые у них исчезли бы, едва твари оказались бы побеждены. И они составили заговор, крайне идиотский, замечу.
— Кто же тогда мы, что его проморгали? — спросил полковник Майтиев.
— Идиоты номер два за всю историю человечества.
— Почему номер два?
— Потому что идиоты! — рявкнул зло сержант. — Командир, не трави душу, туда и так словно кислотный Плеватель наблевал! Весь день разъедает изнутри!
Но виду сержант не показывал, припомнил Роман.
— И потому что идиоты номер один — Прежние, развязавшие эту войну, с которой все и началось.
— Ты же помнишь изыскания Льва?
— В [цензура] его изыскания! Не о них речь! — воскликнул сержант. — Заговор этот вначале был только разговорами, потом заговорщики убедили друг друга и все начало расползаться. Несмотря на всю конспирацию, что-то да просочилось, поползли слухи, порочащие нашу репутацию, и мы обратили свое внимание. Начали расследование, и заговорщики ударили раньше времени, потому что иначе мы раскрыли бы их и вскрыли, как старые консервные банки. А знаешь, что самое печальное?
— У тебя заканчиваются сигареты?
— И это тоже, но нет. Самое печальное, что генерал армии Аванте Толлини искренне верил в то, что говорил. Искренне считал нас тварями, вредящими людям, ради захвата власти.
— Так они же сами! — вскричал Роман и тут же понизил голос, вспомнив, что Лев рядом.
Рассказ о заговоре, кровавом и глупом, перебранка двух Андреев помогли, он словно бы уже и привык, что Лев рядом, перестал обмирать и замирать, теряться. Внутри разгоралась злость и ярость, хотелось найти тех, кто это сотворил и наказать. Еще хотелось извиниться перед сержантом за все подозрения.
БАМ! БАМ! БАМ!
— Опять лезут, — бросил полковник. — Влад!
— Уже! — крикнул тот в ответ.
— Так они же сами захватили власть и начали вредить людям, — почти спокойно повторил Роман.
— Вот-вот, — кивнул сержант, — сами сотворили то, в чем нас обвиняют, и нет времени устраивать дискуссии, объясняя им, что они неправы. Говоришь, перебили руководство?
— Кого смогли, — тут же ответил полковник. — Ясно, что верхушка уцелела, иначе все уже развалилось бы, не ты один такой тут умный, хоть и сумел допросить генерала Толлини.
— Да там даже до пыток не дошло, он ампулу с ядом раскусил. Так, разогрел словесно, из него поперло, как твари на мясо, вся эта ненависть и оговорочки, подсказки, указания, чем они там руководствовались. Ладно, твари с ними, с этими [цензура], надо прорываться.
— Куда?
— На [цензура]!
— Ты явно не в себе, — заметил полковник.
Тут Роман был с ним согласен, обычно сержант не изрыгал столько матерщины.
— А что, обстановка располагает к спокойствию? — огрызнулся сержант. — На Остров надо прорываться, конечно, куда же еще! Или ты намерен сидеть здесь, пока Лев не отправится на поля вечной охоты на тварей?
«Что?» чуть не вскинулся Роман, но промолчал. Даже у чудес инопланетной техники был предел и, собственно, лежащий без сознания Лев наглядно их демонстрировал.
— Извини, что мы не догадались здесь полный реанимакомплекс поставить! — с ядовитым сарказмом отозвался полковник Майтиев.
— Извиняю, — отозвался майор Мумашев.
Было что-то странное в этом разговоре, какие-то оттенки, которых Роман просто не понял.
— Ты думаешь, что Остров придет на помощь? Подумай, сколько пройдет времени, прежде чем туда прорвутся наши? Алинка одна не полетит, корабли на автопилотах собьют, наших, летящих или плывущих туда — собьют.
— Мы этого не знаем!
— Я знаю!! — заорал майор Мумашев. — Или, по-твоему, боевые звенья арэлгов тут так, почесать между ног прилетели, да красотами полюбоваться?! Кэньцы — фигня, но тронкийцы! Арэлги! Может еще кто-то, коммуникатор пришлось вырубить, так как я устал с арэлгами махаться, без нормального оружия!
Роман вспомнил и невольно содрогнулся, сообразив, что засевшие в этой башне все были как сержант. За каждым личное кладбище до горизонта и умения такие, что никто им противостоять не мог. Как вообще могла эта команда суперлюдей проиграть хоть кому-то?
— Орбитальные бомбардировки — такое тебе в голову не приходило?! Их время поджимает, сильно поджимает, как только срок выйдет, так они плюнут на маскировку! Удар и нет здания Совета, а обвинят в этом нас! Сам знаешь, Остров им не взять, но Рим мы не успели прикрыть!
Андрей орал, ярился, размахивал руками и это было страшно.
— Предлагаешь ударить первыми?
— Предлагаю перестать сидеть тут! Попробовали — не вышло, надо перестраиваться на ходу! Прорываться на Остров, всем вместе и со Львом! Там его в камеру или пулей метнуться за Катей, а лучше и то, и другое, если она вообще еще жива! На всех навалились, а вы тут сидите, тело Льва охраняете!
