class="p1">— Оптимистично! — выдохнула я и пошла за эльфом, стараясь держаться к нему поближе, и поминутно оглядываясь.
— Можешь не крутить головой, в этом нет смысла, — посоветовал он, заметив мои телодвижения.
— А если они сейчас выскочат из-за кустов, а я их не увижу! Как хоть они выглядят?
— Охотясь, они принимают человеческий облик, чаще всего мужской, — ответил эльф. — В обычной ситуации ты не отличишь их от людей.
— А в необычной?
— В необычной это… не болтай, Озерова, просто шустрее переставляй ноги.
— Почему ты не хочешь рассказать? — удивилась я. Отчего-то мне казалось, что это важно: знать, какие они, эти ловчие.
— Если благополучно доберемся до реки и у меня будет хорошее настроение, то расскажу тебе о них. Если не доберемся, ты сама все узнаешь.
— Оптимистично, — повторилась я. — А дальше? Куда после реки пойдем?
— Оптимистично, мне нравится твой настрой на счастливый исход, Озерова, — уголки эльфийских губ дрогнули в подобии улыбки.
— Ну а все-таки, куда?
— Пойдем искать портал, который сможет доставить нас в нужное место.
— В другой мир? И я смогу вернуться на свою Землю?
— Это твой мир так называется? — эльф повернул ко мне лицо. Сейчас на нем не было ни высокомерия, ни надменности. Нормальное, даже приятное лицо с написанным на нем любопытством. Был бы он всегда таким!
— Да, это мой мир, — подтвердила я. — А ты куда собираешься?
— Туда, куда планировал изначально, — туманно ответил эльф, и его лицо снова приняло замкнутое и холодное выражение. — Хватит болтать, лучше шевели булками, Озе-ирова.
— Ты смотри-ка, благородный эльфенок использует такие некрасивые, простонародные выражения? — съязвила я и наклонилась сорвать яркий цветок, который заметила справа от себя.
Это меня и спасло…
15
Над головой просвистело, и в дерево рядом с противным чавканьем врезалось что-то черное, повисшее на стволе уродливой шевелящейся лепешкой.
Дико заверещал белко-енот, эльф рявкнул что-то ругательное, и землю выбило у меня из-под ног. В следующий миг я уже лежала, уткнувшись лицом в толстый слой опавшей хвои. На мне лежало тяжеленное тело, вдавливая в землю с такой силой, что глаза едва не вылезали из орбит. Дышать я не могла, шевелиться тоже…
— Озерова, ни звука! Не двигайся и лучше не дыши! Вообще! — на границе слышимости прошипел эльф, почти касаясь губами моего уха. — Молчи или умрешь…
Хотела бы сказать, что и так ничего не делаю. Но, чтобы издать звук, нужен был воздух, а его в моих легких не было. Я лежала, распластавшись по земле, по капле цедила кислород и смотрела, как прилипшая к стволу черная лепешка неспешно сползает вниз. На земле она разделилась на две половинки, которые так же неспешно поползли в разные стороны.
— Разведчик. Нас ищет, — голос эльфа прозвучал, кажется, прямо в моей голове.
Тем временем лепешки поползли дальше, огибая нас по широкой дуге, и вскоре исчезли из зоны видимости.
Мы с эльфом продолжали лежать: он придавливал меня, я не шевелилась и не дышала. Через какое-то время лепешки снова появились в поле зрения. Доползли друг до друга и остановились с озадаченным видом. Не знаю, каким образом, но я прямо чувствовала их недоумение.
«Чмок», лепешка справа всосалась в левую. Получившаяся масса еще немного постояла, покрутилась в разные стороны и неспешно поползла прочь.
— Тридцать секунд, Озерова. Не успеем добежать до реки — пропали, — прошипел эльф в моей голове. — Раз, два, три!
На счет «три» меня с чудовищной силой дернуло вверх, и через мгновение я уже неслась, почти летела между деревьев, унося ноги от страшного места.
— Быстрее, быстрее, — орал на бегу эльф. А меня подгонять и не надо было: я бежала так, что ветер свистел в ушах.
— Река! К ней, и в воду! — прозвучал новый вопль, когда мы вылетели из леса на открытое пространство. — Десять секунд!
Мы бежали к сверкающей серебристой кромке, легкие рвало от напряжения, а мозг воспринимал только жуткий счет:
— Девять…
— Восемь…
— Семь…
Когда прозвучало: «Три», — мои ноги вступили в воду.
— Заходи глубже! — крик и толчок в спину. По инерции я сделала еще два шага и плашмя упала лицом в воду. Ушла с головой и, кажется, начала тонуть. Но нет, какая-то сила схватила меня за волосы и потащила вперед и вверх. В мой открытый рот залилось целое море жидкости, и последнее, что я услышала, это хриплый крик:
— Давай, Озерова, еще чуть-чуть…
Когда мои глаза снова открылись, оказалось, я лежу на теплом песочке на каком-то островке посреди реки. За широкой полосой воды виднелся берег с ровной линией леса. Наверное, того самого, откуда мы выбежали, спасаясь от погони.
Интересно, как мы здесь очутились? Я поискала глазами лодку или какое-то плавательное средство, на котором мы могли сюда добраться, но ничего не обнаружила. Неужели эльф вплавь протащил мое бессознательное тело на такое расстояние?
Волны с мерным шелестом накатывали на берег. Где-то рядом уютно потрескивал костер, и умопомрачительно пахло жареной рыбой. Мне кажется, я и очнулась-то исключительно из-за этого запаха.
Мой несчастный, прилипший к позвоночнику желудок издал громкое урчание, рот наполнился слюной, и я резко села, оглядываясь по сторонам в поисках источника запаха.
— Очнулась, Озерова? Есть хочешь? — раздалось за спиной.
— Да! — проскулила я, и тут же в моих руках оказалась импровизированная тарелка из широкого куска коры. На ней лежала восхитительная, с золотистой корочкой, волшебно пахнущая, самая аппетитная на свете жареная рыба!
Я накинулась на нее, словно оголодавшая кошка. Обжигая пальцы, отрывала куски и совала их в рот, торопливо жуя. Мне было плевать на манеры, приличия или громкие звуки, которые я издавала. Что ни говори, а сутки с лишним без еды легко выбивают из человека любую цивилизованность!
Рыба, хоть и была немаленькой, исчезла в моем желудке в мгновение ока.
— Есть еще? — я с надеждой посмотрела на эльфа. Он усмехнулся и протянул мне новый кусок коры с рыбкой поменьше, но такой же восхитительной на вид.
— Когда ты ела последний раз? — поинтересовался, когда я проглотила новую порцию и попросила еще.
— Вчера утром позавтракала и больше ни разу не ела, — призналась я.
— Тогда больше нельзя, а то тебе станет плохо, — эльф поднялся с камня, на котором сидел, наблюдая, как я ем, забрал у меня «тарелку» и зашвырнул ее далеко в кусты вместе с оставшимися рыбьими костями. Пояснил:
— Лучше выбросить, чтобы не приманивать к месту нашего ночлега ненужных гостей.
Встал напротив меня и предложил:
— Ну что, пора поговорить, Озерова.
16
— О чем? — я подтянула
