Возвращение Красной Звезды - Алексей Викторович Вязовский

Если так подумать, то ничего особенного и не произошло: подумаешь фотографию нашла! Вот если бы она нас с Мизуки в спальне застукала…

Тьфу, ты… черт знает что в голову лезет на сон грядущий! Хотя Мизуки в моей постели — это, конечно, волнующе. И очень красиво.

С этой вдохновляющей мыслью я и уснул…

* * *

Чем плоха столица любой крупной страны? Тем, что решать, во сколько ты проснешься, будет местный муниципалитет. В моем варианте под окном отеля просто начали утром долбить асфальт, и я сходу проклял этот Вашингтон. А также весь округ ДиСи чохом. Долбанные американцы! А также их местные мексиканские рабы. Ну почему вы не могли подождать хотя бы еще час?

Уже в душе, вспоминая планы на день, я начал неожиданно для себя напевать знаменитое «Подними трубку» Дэвида:

…Said goodbye when I left to your answering machine

Then you jumped in a plane, girl, you know what I mean

Pick up the phone, oh yeah, рick up the phone, oh please…

Прямо представил, как я сейчас собираю музыкантов — а они уже наверняка знают о нашей размолвке с Альдоной — и напеваю им песню. Типа я звонил ей, а она не поднимает трубку… Слова я точно не помнил и айфона у меня с собой нет, но это не проблема. Часто солисты «запикивают» поэтическую часть, обещая ее придумать позже. Главное же ритм и мелодия! А их я помнил достаточно хорошо.

'…Возьми трубку, дай мне знать,

Не хочу тебя терять,

Не вешай трубку, поговори со мной…'

Нет, не стоит с этой песней заводиться, хоть она и классная, и текст, конечно, в тему. Даже есть кавер на немецком языке от Томаса Андерса. Но засада в том, что это опять чертово диско, с которым я хотел завязать хотя бы до Италии. Да и выдавать хиты один за другим — это путь в никуда. Я посильнее включил контрастный душ и выбросил из головы эти глупости. У меня и реальных дел дофигище…

Завтракаем сегодня в узком мужском кругу: я, Майкл, полковник и трое ребят из охраны. Время раннее — коллектив, приехавший в гостиницу около полуночи, пока еще дружно отсыпается после длинного утомительного переезда из Чикаго. Альдона включила полный игнор и вот уже час выпускает пар в спортивном зале отеля. Хотя нет — по словам Сергея Сергеевича, она уже перешла в гостиничный бассейн и теперь наматывает там круги под присмотром Вячеслава. Эк, Ледышку задело-то…

— Первым делом едем в посольство? спрашивает полковник, проводив меня до номера после завтрака.

— А куда ж еще? — вздыхаю я — Сейчас надену официальный костюм с галстуком, и двинемся.

Благо ехать нам совсем недалеко и по прямой — по улице Нортвест М, до 16-й стрит. Да, едем мы в старое здание посольства, где потом будет располагаться официальная резиденция посла России. А огромное новое здание на Висконсин авеню, сейчас только еще строится. И в старинном здании в историческом районе Калорама — Хайтс, пока еще не Русский культурный центр, а школа для детей сотрудников посольства. Иначе меня бы в приказном порядке поселили именно туда — в гостевые номера на третьем этаже. Так что повезло — надзор за Красными Звездами по-прежнему только со стороны Сергея Сергеевича.

Разница с Вашингтоном у нас 8 часов, в Москве в полном разгаре рабочий день, и велика вероятность застать генерала в его кабинете на Лубянке или в Ясенево. Так оно и происходит.

— Имант Янович, ну что за дела⁈ — начинаю я прямо с наезда, но возмущаться все равно приходится иносказательно, поскольку знаю, что американцы не оставляют попыток прослушать закрытую телефонную линию нашего посольства с Москвой — Мы так не договаривались! График ужасный!

— Извини, что так получилось. Как вы там, устали? — генерал быстро меняет тему, из чего я делаю вывод, что прослушка реальна, и лишнего говорить точно нельзя.

— Не то слово. Сегодня наши дамы даже на завтрак не пришли. А как дома?

— Дома все нормально. Тишь да благодать. Ты помнишь, что у твоего дедушки скоро юбилей? Может присмотришь ему от нас всех какой-нибудь хороший подарок?

— Например?

— Ну… не знаю. Может, любительский эхолот для рыболовов?

Точно! Отличный будет подарок.

— Ладно, посмотрю. Я чего хотел спросить: мне бы задержаться в Нью-Йорке. Надо срочно порешать вопросы по кастингу к фильму, чтобы в конце октября в Англии начались павильонные съемки.

— И на сколько ты хочешь задержаться?

— На недельку бы желательно — забросил я удочку в надежде на удачу — дел очень много набирается.

— Три дня. И ни днем больше. У тебя и в Москве полно дел.

— Маловато будет, боюсь не уложиться — сделал я еще одну попытку снахальничать.

— Виктор не наглей! А то надышишься «воздухом свободы», приводи потом тебя в чувство.

— Главное, чтобы не ядовитым газом, как в Орлеане! — съязвил я

— Дурацкие у тебя шутки, Виктор.

— Это у меня уже нервное, товарищ генерал, после пережитого ужаса.

— Зайди к доктору в посольстве, он тебе что-нибудь посоветует. От нервов.

Я зависаю, пытаясь сообразить, к кому он меня сейчас направил, и главное — зачем.

— Ну… хорошо, сейчас зайду.

— Вот, вот. Посоветуйся обстоятельно с врачом по поводу своих проблем со сном. И если будет возможность, позвони потом домой.

На этом наш странный разговор заканчивается. И я еще несколько секунд смотрю на телефонную трубку в своих руках. Потом медленно кладу ее на аппарат. А Имант вообще о каких проблемах с моим сном говорил? Я так устаю в этом туре, что готов спать в любом положении, в любое время дня и ночи — лишь бы прикорнуть. Или ключевые слова в этой фразе все же «проблемы» и «посоветуйся»? А тогда с кем собственно?

Ответ на мой вопрос ждет меня прямо на выходе из помещения спецсвязи.

— Познакомься, это Александр Иванович — представляет мне Сергей Сергеевич высокого седого дядьку с орлиным профилем. Поскольку глаз у меня уже немного наметан, в его профессиональной принадлежности даже сомнений нет: скорее всего, наш очередной резидент…

— Виктор — жму я протянутую руку — а вы, так надо понимать, и есть тот