чистой страницы, вынула ручку.
— Итак, — сказала она, — давайте по порядку. Что мы знаем наверняка.
Сергей сел напротив, облокотился о стол.
— Мы в прошлом, — начал он.
— Это гипотеза, — Анна записала. — Хоть и обоснованная. Драккары, серебро, язык. Что ещё?
— Место. Чёрное море, низовья большой реки. Возможно, Тамань или рядом.
— Записываю. Время?
— Примерно десятый век. Вы сами сказали, да и генерал так же определился.
— Генерал не специалист, а я сказала только то, что гривны такого типа ходили в десятом веке, — уточнила Анна. — Так что датировка примерная, но пока отталкиваемся от этого.
Она записала и подняла глаза на Сергея.
— Теперь о местных. Мы знаем двоих, это воинственные варяги и купцы-славяне. Так?
— Почему варяги? Викинги же?
— Понимаешь, — начала Анна, — по сути, это один и тот же народ. Скандинавы. Но разница у них — как у двух бригад из одного землячества. Одна ушла на Запад, другая на Восток.
Сергей поднял голову, нахмурился.
— Это как так?
— А вот так. — Анна подалась вперёд, увлекшись объяснением. — Сами скандинавы вообще не называли себя ни викингами, ни варягами. Эти ярлыки им повесили те, с кем они сталкивались. Если парень садился в драккар и шёл грабить английский монастырь, для англичанина он был «викингом». Это от древнескандинавского слова, означавшего пиратский рейд. А если тот же парень или его сосед на той же лодке плыл по рекам на Русь торговать или наниматься в дружину к князю — для славянина или грека он был «варягом».
Сергей нахмурился, соображая.
— Погоди. Викинг — это просто «пират»? А варяг тогда кто? Торгаш?
Анна покачала головой, улыбнувшись.
— Не совсем торгаш. Слово «варяг» происходит от древнескандинавского «vár» — верность, клятва. Варяг — это тот, кто принёс присягу, наёмник. Понимаешь? Там, на Западе, — дикий налёт без правил. А здесь, на Востоке, — контракт. Они шли служить в варяжскую гвардию к византийскому императору или в дружину к киевскому князю. Это были элитные наёмные войска.
Сергей хмыкнул, и кивнул своим мыслям.
— То есть, если по-нашему: викинг — это бандит-гастролёр, а варяг — сотрудник ЧВК на долгосрочном контракте? С «верностью», так сказать, прописанной в договоре?
Анна тихо рассмеялась.
— Очень грубо, но суть схвачена верно. Для Руси варяги были не просто налетчиками. Они контролировали весь торговый путь «из варяг в греки». Это как логистический коридор: меха, рабы, серебро. Им нужна была не столько добыча одним рывком, сколько стабильный бизнес и охрана маршрута. А викинги на Западе действовали по принципу «пришёл, увидел, ограбил, уплыл», пока не начали массово захватывать земли под заселение.
Сергей встал, налил себе воды, предложил Анне, но та отказалась.
— А их как-то различали чисто по военной моде? У них снаряжение разное было? — спросил он.
— Принципиально — нет, — она пожала плечами. — Топор, меч, круглый щит. Но если посмотреть на географию призыва… На Запад, в Англию, шли в основном датчане и норвежцы. А на Восток, через Балтику, к нам — почти исключительно шведы, свеи. Поэтому в летописях варяги — это выходцы из Швеции. Хотя позже варягом могли назвать любого северного наёмника.
— А как же Рюрик? — Сергей решил блеснуть знаниями из прочитанной в далеком детстве книжки. — Его же наши призвали. Это как вообще? Пришёл просто наёмник и стал главой государства?
— Именно, — глаза Анны блеснули. — Это классический варяжский сценарий. Славянские и финно-угорские племена перессорились и решили пригласить нейтральную силу — арбитра с дружиной. Пришёл Рюрик с братьями не грабить, а княжить и володеть. И это сработало. Варяги очень быстро ассимилировались, растворялись в местной среде. В отличие от викингов в Британии, которые веками сохраняли свою идентичность в области Датского права.
Сергей усмехнулся, подвёл итог, рубя ладонью воздух:
— Значит, резюмирую. Один и тот же швед: плывёт налево, в Англию — он викинг, головорез. Плывёт направо, к нам в Новгород или в Царьград — он варяг, уважаемый наёмник или купец с охраной. Я правильно понял?
— Абсолютно, — Анна кивнула. — Более того, один и тот же человек в юности мог сходить в викинг на Запад, набраться опыта, а в зрелости остепениться и уйти в варяги на Восток — служить по контракту, потому что это было выгоднее и безопаснее.
Сергей отхлебнул из кружки, и вытирая губы, произнес:
— Понял. Только не понял кто тогда эти, они же не наниматься к нам шли?
— Нет, не наниматься. Скорее всего просто плыли по своим делам, увидели девятиэтажку, и решили проверить на прочность.
— Нормально так проверили… А куда они плыли-то?
— Есть вероятность что это, — Анна повела рукой в сторону окна, — торговый путь, и мы сидим прямо на нём. Сначала варяги, потом купцы. Если это не случайность, значит, подобные контакты будут частые.
— Это плохо? — спросил Сергей.
— Это неизбежно, — Анна отложила ручку.
— Ага. С такой проходимостью, никаких патронов не хватит.
— Значит, нам нужны правила. Кто говорит с местными. Что говорит. Как себя ведёт. И главное — как не выдать, что мы из будущего.
Сергей поднялся, закурил, выпустил дым в форточку.
— Почему не выдать?
— Потому что сочтут демонами, — сказала Анна спокойно. — Или богами.
— Что тут плохого?
— Всё плохо, — Анна подняла на него глаза. — Если демоны — придут с мечами. Местные князья не потерпят чужаков, которых не понимают. Соберут дружины, ополчение, приведут союзников. Задавят числом. А если боги — ещё хуже. Богам приносят жертвы. Богов просят о чуде. А когда чудо не случается — богов свергают и топчут. В прямом смысле. Я читала, что бывает с идолами, когда племя разочаровано.
Она помолчала, покрутила ручку в пальцах.
— Мы не демоны и не боги. Мы просто люди из другого времени. Но местным этого не объяснить. Значит, надо притворяться кем-то понятным. Пришельцами издалека. Чужаками, но земными. Такие здесь есть — те же варяги, те же греки. Их боятся, но с ними и разговаривают.
Сергей кивнул, затянулся.
Она снова взяла ручку, перевернула страницу и вывела наверху: «Регламент контактов».
Сергей смотрел, как она пишет, и думал о том, что генерал не ошибся. Анна действительно хорошо соображала.
— Продолжим, — сказала девушка, не поднимая
