слишком серьёзно. Да и когда вылечат их травмы — ещё неизвестно. Так что в октябре мы профессора можем не увидеть на уроках, а то и дольше.
Глава 25
«Итак, если уравнение рассчитано верно и формула составлена без ошибок, то переменных остаётся в ней только две — исходный материал и объём, формой можно полностью пренебречь. Главное — это создать аморфную структуру. Таким образом, берём сталь, берём, усреднённо, половину кубического дюйма, и на выходе получается…»
Кайнетт уже привычно взмахнул мистическим знаком, лежащий перед ним на небольшой доске серый металлический шарик стал почти прозрачным, обратившись в стекло. Только в самой глубине, взглянув на просвет, можно было разглядеть небольшое стальное ядро — из-за того, что объём взят был с небольшой погрешностью, энергии совсем немного не хватило. Однако в реальной обстановке этим можно было бы легко пренебречь. Он всё равно с помощью такого преобразования не собирался делать идеально прозрачные статуи, цель тут была совсем иной и далёкой от искусства.
Volumen Hydragyrum в своё время позволял Арчибальду в буквальном смысле передвигаться в городской застройке или зданиях «насквозь» в любом возможном направлении — через стены, потолки, заборы, двери и баррикады. Вопрос лишь в дополнительной энергии, которая потребуется на разрезание и проламывание преград. В бою новых вариантов действия это давало множество, когда противника можно сначала обнаружить издалека, а затем атаковать абсолютно с любой стороны. Однако сейчас, оказавшись в здании, через достаточно прочные преграды ему не пробиться даже с призывом Диармайда — пятикратного увеличения силы всё ещё не хватит, чтобы за несколько секунд снести стальную дверь или проделать проход в стене из железобетона. А значит, нужно искать альтернативы.
Мысленно подставив в уравнение новые переменные, Кайнетт завершил уже иную формулу и в очередной раз сделал жест мистическим знаком. На этот раз в стекло превратилась лежащая перед ним ветка — целиком, силы он взял даже чуть больше, чем требовалось. Помимо образцов дерева и стали, рядом находились несколько мелких камешков. Конечно, для мрамора, гранита и обычного гравия формулы отличаются, для последнего они самые сложные ввиду неоднородности материала, но разница не так велика, весь набор уравнений для разных видов камня достаточно похож. Неплохо бы добыть к этому куски бетона и кирпича, чтобы охватить основные строительные материалы, но, в крайнем случае, этим можно будет заняться на каникулах или попросить выслать образцы (Лин такой просьбе даже не удивится, уже привык). Конечно, можно было бы их для тренировки и трансфигурировать или создать проекцию, однако созданные или измененные магией предметы реагируют на новое воздействие иначе, чем реальные — расход сил выше, а для трансформированных материалов возможна своего рода интерференция нескольких мистерий.
— Чёрт, Джим, как у тебя это почти каждый раз выходит с первой попытки? — спросил сидящий рядом Саймон, разглядывая прозрачную ветку. Перед ним тоже лежало несколько кусков дерева, один из которых наполовину превратился в железо. Ту работу с иголками Керри всё-таки сдал МакГонагалл, просто заучив формулы наизусть, но вот применять их для предметов другого размера и формы пока так и не выходило. — И почему у меня вся эта ерунда никак не получается? На заклинаниях же всё нормально, я Флитвику давно все эти жесты и названия на латыни нормально сдал.
— Потому что точность — прежде всего. Ты делаешь слишком большие допуски в формулах, — он указал на пергамент с расчётами. — Берешь значения даже не до сотых, а до целых чисел. Потому и рисунок заклинания далёк от нужного, потому и энергии или совершенно не хватает, или уходит она не туда. У тебя в целом как в школе с математикой и уравнениями было?
— Да не особо, честно говоря, — признал Керри неохотно, тоже посмотрев на свои расчёты с зачеркнутыми или исправленными кое-где символами. — Не полный ноль, но ниже среднего.
— Подтягивай, — ответил Кайнетт безапелляционно. Ему только не хватало рядом в будущем волшебников-недоучек, которые не смогли освоить даже основы. — Без умения считать ты трансфигурацию если и сдашь, просто заучивая наизусть, то всё равно не освоишь нормально. Попроси учебники прислать из дома, поговори с кем-нибудь, кто учился хорошо. Карин, по-моему, рассказывала, что сдала экзамены в школе на высший балл, да и Браун тоже хвастался.
— Нет, Тейлор точно не вариант — Юфи не поймёт. Говард — может быть. А ты, Джим? — для убедительности Саймон указал на стеклянный шар, начавший вновь превращаться в стальной. — Явно считаешь неплохо.
— Извини. Я всегда могу тебе объяснить, как работает трансфигурация и что означают эти формулы, которые мы пишем, но вот научить математике у меня не выйдет. Просто не знаю, с чего начать рассказывать, — разумеется, с его знаниями научить ребенка математике на уровне средней школы было бы совершенно элементарно. Но Кайнетт считал это напрасной тратой своего времени и преподавательского таланта. — С магией мне проще, на самом деле.
— Понимаю. Наверное, тогда с Брауном поговорю — неохота завалить экзамен в первый же год.
— Правильно. Когда разберешься с основой, обращайся, систему преобразования объяснить будет уже куда легче.
— Ага, я понял. Кстати, будет нужна помощь с астрономией — тоже подходи, вот это моё, — гордо заявил Керри. — Очень жаль, что у нас её так мало.
— Спасибо, учту.
Кивнув ему, маг между делом оглядел остальных студентов на берегу. Почти все с Рейвенкло, в основном ученики были заняты книгами, свитками, разложенными прямо на траве или на созданных магией столах, кто-то спорил, кто-то работал с палочкой, стараясь не слишком мешать остальным. Несколько выделялась на общем фоне только Лавгуд, читающая газету с безумными слухами волшебного мира, которую выпускает её отец. Время от времени Луна протягивала руку сквозь воздушный барьер, ловя в ладонь капли дождя, а затем подбрасывала вверх и заклинанием заставляла их зависнуть над головой. Иногда она не успевала и вода падала на голову раньше, но не похоже, чтобы это доставляло ведьме какие-то проблемы.
Стоило начаться октябрю, как почти ежедневно зарядили долгие дожди, вот и сегодня моросило с раннего утра. Другие факультеты предпочитали теперь вне уроков учиться в библиотеке, в своих гостиных или в пустующих классах, однако в пятницу после занятий представители Рейвенкло решили оправдать свою репутацию в меру безумных гениев и заняться домашней работой на природе, как обычно делали в сентябре. Для этого над большим участком берега за школой был поднят стихийный щит от воды в форме купола, траву и камни просушили заклинаниями, добавили ещё один барьер, ослабляющий ветер, пару слабых источников тепла, и теперь ученики могли заниматься, наслаждаясь шелестом дождя и свежим воздухом. Старшекурсники провозились
