неприятностями. Но юное поколение не хотело этого видеть, к тому же они почувствовали себя преданными и оскорбились поступком со стороны вожака. Возникли волнения.
Это случилось несколько месяцев назад, в тот раз бунт удалось подавить, использовав, как раз те самые силу и жестокость, к которым старый вор обычно старался не прибегать. Но недовольство осталось, затаившись, поджидая удобного случая, чтобы проявить себя во всей красе, сбросив нынешнее руководство и взяв управления на себя.
Сыч чувствовал, как к нему подбираются, слишком у многих вызвало злость то дурацкое решение о сдаче своих из-за дома секретаря. Он буквально чуял, как вокруг начинают водить хороводы стая молодых волчат, пока демонстрирующих покорность и смиренно сдающих добычу, но уже тянущих руки к спрятанным за пазухой клинкам.
Они лишь ждали подходящего случая, чтобы осуществить переворот. И в отличие от прежнего предводителя гильдии, ушедшего на покой мирно, Сычу такой возможности не дадут. Слишком многих он разозлил своими попытками уберечь воровскую среду от гнева властей, которых в бедняцких районах никогда особо не уважали.
Когда прошли слухи о парочки чужаков, сумевших проникнуть в закрытое магией здание, старый вор мгновенно понял, что вот оно, тот самый предлог, на чем его попытаются подловить. Ему предъявят за неспособность поставить пришлых на место и спросят по полной. И все закончится ударом ножа в спину, от которого даже самому ловкому вору не уйти.
Сыч знал, что кону стоит его жизнь, но он был не дураком и так же понимал, что справиться с колдуном, сумевшим взломать защитные чары, с которыми не смогли совладать за пять столетий другие волшебники, приезжающие в Тернион, услышав о запечатанном магией представительства Коллегии магов времен Старой империи, будет непросто, если вообще возможно.
А потому прятавшийся на чердаке одного из домов Гран, прикрывавший встречу, не вызывал особой уверенности. Как и наложенная на тетиву лука охотника-следопыта особенная стрела с наконечником, умеющим тускло светиться во тьме. Способная по заверениям торговца древними магическими реликвиями пробить любую магическую защиту.
Не был во всем этом Сыч уверен, зато знал, что если ничего не получится, то уже к вечеру он умрет. И поэтому собирался с чужаком-колдуном договориться, даже если для этого придется пойти на уступки.
— Уйди. Жди в конце улицы, — велел Сыч Косому, когда на пороге дома повились две фигуры.
Соглядатай удивленно покосился, но с удовольствием подчинился, ему не особенно хотелось встречать лицом к лицу с колдуном, вызывающим подсознательный страх. Насмотрелся в трактире, когда даже мимолетное внимание со стороны чернокнижника переворачивало нутро изнутри.
Косой не знал, чем закончится встреча, да и не хотел знать. Зато хорошо понимал, что пришлый гость самый что ни на есть настоящий колдун, способный делать такое, о чем другие даже не слышали, и как любой нормальный человек хотел держаться от этого подальше.
Помощник отвалил, не оглядываясь. Сыч проводил его взглядом и вновь устремил взор на дом Коллегии имперских магов, а точнее на крыльцо, где стояли двое. Описание чужаков полностью соответствовало действительности: рослый воин в черных рыцарских доспехах и таком же плаще, и закутанная в плащ фигура. Верхнюю половину лица последнего скрывал надвинутый капюшон, нижняя оказалась гладко выбритой. На тонких губах гуляла рассеянная улыбка, словно ее хозяину происходящее казалось чем-то забавным.
Сыч незаметно скрипнул зубами. Ну разумеется, колдуну весело, считает, что сила на его стороне. На секунду появилось жуткое искушение дать знак Грану, подстрелить нахального чужака. Воображение живо нарисовало, как зачарованная стрела пронзает силуэт в плаще, как раздается удивленный вскрик, и поверженный колдун падает в снег, зажимая пронзенную стрелой рану.
Глава гильдии усмехнулся представленной картине и слегка приободрился, напомнив себе, что несмотря на колдовские силы, чернокнижник тоже человек, а значит его можно убить.
Заскрипел снег под подошвами сапог, колдун неспешно приблизился к кованной ограде, встав напротив калитки. Рыцарь, к удивлению вора, остался на крыльце, хотя логичнее выглядело бы, если бы пошел вместе с магом, в случае чего прикрыв его телом, заключенным в броню. Это заставило скривиться, похоже чародей чувствовал себя настолько уверенно, что обходился без прикрытия воина и не боялся это показать.
Стало тоскливо, пришло понимание, что по-хорошему договориться не получится. А еще колдуна плотной вуалью окружала аура жесткой силы, о которой упоминали Косой и торговец снадобьями Джаспер Верес, и стало окончательно ясно, что ничего здесь не светит. Такой если и будет разговаривать, то сам станет ставить условия и точно не согласится на невыгодную сделку.
Но последняя мысль, как ни странно, обнадежила, в конце концов именно за этим он сюда явился — за выгодной сделкой для обеих сторон.
— Приветствую вновь прибывших гостей в славном городе Тернионе, — удивляясь сам себе произнес Сыч.
Колдун милостиво кивнул, а точнее обозначил движение, могущее сыграть роль легкого кивка.
— И я приветствую славных жителей Терниона, — короткая пауза и быстрое уточнение: — Вы представляете интересы всех горожан?
Сыч на мгновение смешался, не зная, как реагировать на странный вопрос. Потом дошло, что имел в виду чужак. Когда надо, старый вор соображал очень быстро.
— Нет, я не официальный представитель магистрата, всего лишь лидер небольшой общины активных людей, занимающихся различными сферами деятельности, — туманно выразился он, не зная точно, как обозначить себя и представленную в его лице воровскую гильдию.
Подобные организации не пользовались популярностью среди законопослушных горожан. Правда насчет законопослушности стоящего по ту сторону ограды тоже имелись серьезные сомнения. Что-то подсказывало, что в деле наплевательского отношения к законам чернокнижник легко может дать фору любому из воров и убийц, промышляющих на улицах Терниона.
Колдун вежливо улыбнулся, будто услышал что-то забавное, затем предложил:
— Может перестанем играть словами и перейдем к делу?
Фраза прозвучала спокойным размеренным тоном, но по спине Сыча скользнул предостерегающий холодок. Так говорит хищник, пока еще сытый и расслабленный, но уже готовый вцепиться в добычу, если та вдруг неправильно себя поведет. Ощущение смерти буквально протянулось невидимыми нитями к старому вору, окутало его и неспешно скользнули обратно.
Эти ощущения совсем не понравились, он закашлялся и хрипло произнес:
— Я из воровской гильдии, пришел обсудить вопрос про здание Коллегии.
Сыч решил играть в открытую, сообразив, что колдуну могут надоесть скрытые намеки, и тогда непонятно чего ожидать. Выстроенный заранее разговор скомкался, но от этого даже пришло облегчение. Чем скорее все кончится, тем лучше.
Взгляд лидера воров случайно скользнул по земле. Тень колдуна находилась не там, где должна была быть относительно солнца. Еще через
