эту финансовую империю, чтобы не возиться с налогами, и благополучно забыл.
Молодой консультант в безупречно сидящем костюме-тройке подошёл с лучезарной улыбкой.
— Вы закончили, госпожа?
— Да, возьмите.
Он забрал анкету, быстро пробежался глазами по строкам. На мгновение его бровь дрогнула, когда он дошёл до цифр и названия предприятий, но он тут же вернул лицу профессиональное спокойствие.
— Благодарю вас. Ваша карта будет готова через несколько минут. А пока прошу, — он изящно повёл рукой в сторону широкой арки, закрытой плотными портьерами, — зал уникальных коллекций открыт для вас.
Валерия прошла в арку. Здесь было прохладно. На отдельных постаментах, под точечной подсветкой, лежали вещи, каждая из которых существовала в единственном экземпляре во всей Империи. Никаких ценников. Если ты спрашиваешь о цене, значит, тебе здесь не место.
Она неспешно шла между витринами. Платье из шёлка, расшитое крошечными сапфирами… Манто…
А потом она увидела сумку из тёмно-изумрудной кож — идеальная форма, матовая фурнитура… Валерия просто протянула руку и взяла её за ручки. Мягкая, тяжёлая… То, что нужно.
— Эй, положи на место! Это моё!
Визгливый голос ударил по ушам так внезапно, что Валерия чуть не выронила сумку.
Из-за соседнего стенда вылетела дама неопределённого возраста — на лице слой косметики, способный выдержать прямое попадание из огнемета, губы накачаны так, что казалось, вот-вот лопнут. На ней сверкало столько золота, что она напоминала ходячий ювелирный прилавок.
Женщина подскочила к Валерии и попыталась выдернуть сумку прямо из её рук.
Валерия покрепче сжала ручки и спокойно посмотрела на нападавшую. За последние недели её психика обросла такой бронёй, что пробить её скандалом в магазине было нереально. Когда ты каждое утро пьёшь кофе в компании пса, способного перекусить пополам медведя, и здороваешься с обезьяной, вооружённой катанами, истеричная тётка в бриллиантах вызывает только лёгкое недоумение.
— Не советую тянуть, порвёте вещь.
— Ты оглохла⁈ — взвизгнула дама. — Я эту сумку забронировала ещё вчера! Я за ней приехала! Убери свои грязные руки!
Валерия чуть склонила голову набок.
— Вы врёте.
— Что⁈
— То, что слышали. Консультант пять минут назад чётко объяснил мне правила этого зала. Никакой брони на эксклюзивные вещи здесь не существует. Кто первый взял, того и право покупки. А взяла её я.
Лицо женщины пошло некрасивыми красными пятнами.
— Да ты хоть знаешь, кто я такая⁈ — заорала она, привлекая внимание всего зала. — Мой муж — глава торговой гильдии Сорокиных! Он этот магазин может с потрохами купить и тебя заставить тут полы мыть! Ты вообще кто такая, чучело⁈ Припёрлась с окраины, оделась в кредит и думаешь, что в высший свет попала⁈
На шум уже спешил тот самый консультант.
— Госпожа Сорокина, прошу вас, успокойтесь… — начал он, мягко отдирая скандалистку от Валерии.
— Артур! — тётка ткнула в Валерию унизанным перстнями пальцем. — Что эта нищенка тут делает⁈ Вы кого с улицы пускать начали⁈ Она мне репутацию испортит одним своим присутствием! У неё в кармане три копейки, она эту сумку в жизни не оплатит! Проверьте её анкету! Кем она работает⁈ Прислугой⁈
Консультант бросил извиняющийся взгляд на Валерию и достал свой планшет, сверяясь с только что введёнными данными.
— Эм… Госпожа Валерия является единоличным владельцем ветеринарной клиники «Добрый Доктор» и сети развлекательных центров-зоопарков.
Сорокина на секунду зависла, переваривая информацию. А потом её лицо перекосила брезгливость.
— Зоопарков? Ветеринарка⁈ — она расхохоталась. — Зверушек лечишь, значит? Блох выводишь? Да кому твои блохастые химеры вообще упёрлись! На этом дерьме ничего не заработаешь, только грязь разводить! Я, между прочим, видела в интернете эти ролики! Движение «Стоп-Химера»! Вот они молодцы, я их полностью поддерживаю деньгами мужа! От ваших монстров одни проблемы! Мало им за городом жути наводить, они ещё в столице расплодили этот биомусор! Закрывать такие шарашки надо, а владельцев на урановые рудники отправлять! Я лично этому поспособствую, поняла⁈ У моего мужа связи в мэрии, я один звонок сделаю, и к тебе завтра придут инспекторы с ордером на снос! Тебя по миру пустят, собачья нянька!
Валерия слушала этот словесный понос и чувствовала… скуку. Она вспомнила, как буквально на днях в клинику приезжал глава Имперского надзора Донской, пил кофе с её начальником и обсуждал, как бы поудобнее интегрировать их новые разработки в государственную оборонку. Вспомнила Агнессу Новикову, которая сейчас рвёт конкурентов на британский флаг.
«Связи в мэрии», — мысленно усмехнулась Валерия.
Она перевела взгляд с раскрасневшегося лица купчихи на сумку в своих руках, аккуратно повесила её на сгиб локтя и спокойно произнесла:
— Делайте, что хотите. Можете хоть на голове стоять посреди мэрии. А сумка моя. Артур, пробейте чек, пожалуйста.
Она развернулась, собираясь идти к кассе.
— Стоять! — Сорокина преградила ей путь. — Артур! У вас в уставе клуба чётко прописано правило! Вы имеете право отказать в продаже и аннулировать карту клиента, если есть подозрения в его неплатежеспособности! Я требую проверки её счетов! Эта замухрышка физически не может позволить себе вещь из элитного зала! Проверяй терминалом, прямо сейчас!
Консультант побледнел. Ситуация выходила из-под контроля. Скандал в «Эрмитаже» — это конец его карьере. Он с мольбой посмотрел на Валерию.
— Госпожа… приношу глубочайшие извинения. Это формальность, но по уставу клуба при прямом оспаривании лота я обязан…
— Без проблем, — Валерия легко достала из сумочки чёрную матовую банковскую карту без опознавательных знаков, выданную ей по личному распоряжению финансистов Новиковой, и приложила к планшету консультанта.
Артур запустил протокол верификации. На экране побежала шкала обработки запроса к межбанковской системе Империи.
Сорокина стояла рядом, скрестив руки на груди, и победно ухмылялась.
— Сейчас мы увидим твои кредиты, собачница…
Терминал тихо пискнул. Артур опустил глаза на экран. Его лицо, до этого профессионально-невозмутимое, вдруг как-то странно вытянулось. Цифры на счету, привязанном к карте этой молодой девушки, не просто превышали стоимость сумки, они превышали годовой оборот всего модного дома.
Консультант медленно поднял голову, повернулся к Сорокиной, выпрямил спину и, чеканя каждое слово, произнёс:
— Госпожа Сорокина… Вынужден сообщить, что баланс счетов госпожи Валерии… превышает ваш личный и консолидированный счёт вашего супруга. И превышает весьма значительно.
Челюсть купчихи отвисла. Она попыталась что-то сказать, но из горла вырвался только каркающий звук.
— Более того, в связи с вашим неподобающим поведением и публичными оскорблениями нашей особо почётной клиентки, я вынужден применить пункт четыре-два устава нашего клуба. Если вы немедленно не прекратите
