Я высунул голову из кареты, осматривая уходящих людей. Никаких алых волосы.
– Странно.
– Что случилось?
– Я уверен что видел красные волосы.
– Это вряд ли. Красный – цвет рода Саламандр. Никто из них не дожил до нашего времени, в если и кто-то остался, то вряд ли вылезет из своего края вулканов.
Неужто красный цвет, при всей той палитре, здесь считается настоящей редкостью? Однако я был уверен что видел красный…
Выкинув лишние мысли из головы я сосредоточился на предстоящей учёбе. Сомневаюсь что местная школьная программа доставит хлопот, однако не стоит зазнаваться.
«Высокомерие – быстрейший способ умереть» так говорил мой инструктор. Отойдя от впечатлений местных индивидов, я начал подмечать и другие вещи. Торговые лавки, мастерские, странные трубки тянущиеся над улочками города, слишком уж схожие с сетью электропроводов. Здесь ведь точно нет электричества?
Я запомнил и проанализировал максимум что смог. Разузнать об этом можно было Куини, однако я и моргнуть не успел как мы оказались в доме. Не слишком громоздкий двухэтажный домик неподалёку от школы. Аренда такого должна стоить прилично. Местная валюта, кстати, очень интересная штука. Все мерят в голдах. Делаются они из материала о существовании которого я недавно узнал – риксена. Металл слишком мягкий для ковки орудий быта и снаряжение, однако не поддающийся ржавчине и удобный в обороте.
Голды имеют определённые гравировки что и определяет их цену. Всего гравировок восемь:
Собака
Кот
Лошадь
Лев
Лицесмены
Саламандры
Люди
Драконы
Для наглядности: за шесть голдов с изображением собаки можно купить себе полкило картофеля. За пять с изображением человека – дом в центре королевстве.
Прогрессия идет один к пятнадцати. То есть пятнадцать голдов будут равны стоимости одного, стоящего выше. То есть один драконий голд будет стоить баснословные деньги, если перевести счёт в собачьи то получаются восемнадцатизначные числа.
Аренда нашего временного жилища стоит четыре львиных голда в месяц. Я еще не полностью разобрался в местной экономической структуре, но интуитивно могу сказать что цела вполне приемлема. Интерьер внутри был в стиле модерна, к тому же были две служанки. Мы достаточно быстро определились по комнатам, только Куини почему-то медлила.
– О, я не буду жить тут. Меня попросили только сопроводить вас.
То есть здесь нормально отправлять детей восьми и одиннадцати лет для самостоятельной жизни?
– За вами присмотрит мой двоюродный брат по материнской линии.
И что это нахрен мне будет? Двоюродный брат по материнской линии двоюродной сестры по отцовской моего отца? Я даже вникать не хочу. Мне и без разницы пока он не будет мешаться. Через примерно десять минут показался сам брат. Мужчина лет сорока, с первой сединой на волосах, которую он безуспешно пытался скрыть краской. Лицо вытянутое, глаза рыскающие, телосложение худощавое. Ничего особенного. Вриля в нем не чувствуется, внешне не похож на сильного фехтовальщика.
– Простите что заставил ждать. Меня зовут Люпин.
– Ничего страшного, – сказал я, – надеюсь мы уживёмся.
– Да, я тоже.
Я вижу раздражение на его лице, пусть он и хорошо его скрывает. Мы определённо не сдружимся, но сохранять нейтралитет ничего не мешает. Куини рассказала немного об окрестностях: стража регулярно патрулирует этот район, к тому же вторая стена находится совсем недалеко и ограждает над дом от бедных районов на которые приходится девять из десяти преступлений. Школа находится в
