но я всё равно его нашёл. Как и полагается хорошему шпиону.
Это в плюс того, чтобы заинтересовать его и Зеро. Надо притвориться Туманом, притворяющимся студентом. Вот это действительно замут.
А дальше буду смотреть за открывающимися возможностями и придерживаться плана.
Я прошёл дальше, до следующего подъезда, где посмотрел марку домофона, ввёл сервисный код по памяти и попал внутрь. Поднялся на самый верх, осмотрел ход на чердак. Замок сломан, значит, Паяльник готовил себе путь к отступлению, чтобы уйти через верх и спуститься здесь.
Ну, приступим. Иду в пасть льва, пока он сам ко мне не пришёл. Но так будет проще откусить голову ему до того, как он откусит её мне. Да и варианта не идти у меня не было вообще. Или идёшь, или всё, найдут.
Постучал. Жека Паяльник не удержался и открыл сразу, как только увидел меня в глазок. Широко улыбнулся, но в глазах стояло удивление.
— О, я тебя помню, — проговорил он. — И чё надо?
Я вызвал в памяти его портрет, вернее, портрет Влада Дракулы, настоящего, из Румынии, того усатого мужика в красной шапке и куртке, который любил сажать людей на кол. Ведь на портрете спрятан пароль.
— Куртку я отдавал в починку, — произнёс я. — Красную. И шапку. В понедельник ещё, двенадцатого числа. Они готовы?
Его улыбка медленно ушла. Я назвал пароль для связи, который знали только он, Ланге и Туман.
— Пришлось менять подкладку, но я всё сделал, — Паяльник произнёс отзыв.
— У нас осталось одно дело — «Периметр».
Я произнёс слово не вслух, а беззвучно, открывая рот, но уверен, что он прочитал по губам. И заинтересовался. Вернее — охренел.
— Так это ты? — с сомнением спросил Жека Паяльник.
— А ты как думал? Что в этом деле всё будет легко и просто? В этом деле легко не будет. Ты не пришёл на встречу, — я смерил его взглядом. — Хотел сдать меня чекистам?
— Я хотел предупредить о провале, — Жека начал оправдываться, и тут же сам обозлился на себя за это. — Но… какого хрена? — он оглядел меня. — Ты не можешь быть им! Тот помер.
— Хочешь проверить? Тебе пароля мало? Может, доктору позвонишь и спросишь?
Он сделал движение, будто хотел посмотреть назад, в квартиру, но вовремя остановился. В квартире был кто-то ещё. Наверняка приехал Зеро, чтобы рассказать о своей попытке меня обмануть и изучить, которая провалилась.
Они обсуждали свои планы, но меня не ждали. Мне это на руку.
— Я зайду, — сказал я. — Или в подъезде будем всё обсуждать?
Жека Паяльник шагнул назад, впуская меня. И я прошёл внутрь, прямо в пасть льва, и сразу двинул на кухню. Там меньше места, но больше шансов.
У стола стоял старый венский стул, я сел на него, и он скрипнул. А пачку сигарет с сюрпризом я бросил перед собой на стол. Пусть привыкнут к её виду.
Жека Паяльник смотрел на меня, встав напротив. Он не садился. А на плите стояла сковорода, куда он успел налить масло. Картошку хотел пожарить?
— Готовить-то будешь? — спросил я с усмешкой. — Я не обедал сегодня.
— А почему бы и нет? — раздался новый голос. — Я бы тоже перекусил.
В автобусе это был толстяк, но на кухню вошёл лысый мужик среднего роста и телосложения. Лицо незнакомое, но можно понять по взгляду, кто это.
— Ну и криповый у тебя вид, Зеро, — сказал я.
Возраст разобрать невозможно. Кожа на лице гладкая, как у молодого, но это явно из-за грима, который хорошо держится. А вот взгляд очень взрослый.
Он лысый, даже бровей не было, а лицо было таким невзрачным и обычным, будто передо мной стоял манекен. Поэтому он и был таким специалистом в маскировке, ведь у него не было своих особенностей. Средний рост, среднее телосложение, среднее лицо. Манекен, блин.
— Но, по правде, я не понимаю, как это возможно? — сказал Зеро. — Джону Стивенсону пятьдесят два года. В таком возрасте замаскировать под такого молодого невозможно. А я в этом понимаю. Тебе может быть максимум тридцать пять.
Он говорил на немецком, но я понимал каждое слово. Я ещё и немецкий знаю, охренеть.
— Значит, ты и есть Туман? — с сомнением произнёс он. — Притворяешься студентом?
Вот хитрый жук. Он сказал Mist, но это только на английском значит «Туман», но на немецком означает совсем другое слово.
— Вот кто здесь дерьмо, так это ты, — парировал я на немецком. — Хотя я бы сказал, что ты похож на труп. А Зеро — потому что ты ноль?
Звук чужого языка от меня самого очень удивлял.
— Ха-ха, — Паяльник засмеялся и произнёс на русском: — Проводи время с теми, кто сделает тебя лучше. И допускай к себе тех, кого ты сам сделаешь лучше. И ты в подходящей компании, Туман. Если ты и есть он, а не выдаёшь себя за него.
Он уже не пытался строить из себя дурачка. Сейчас это был опасный человек, очень умный. Он изучал меня, каждое моё движение, поэтому я внимательно думал над тем, что делаю.
— Это говорил Сенека, — произнёс я тоже на русском. — Но это не подходит под нашу ситуацию. Как меня могут сделать лучше бывший зек и тот, кто убирает за Ланге дерьмо? Вот кого надо было назвать Мистом — я показал на лысого.
— Я хренею, — проговорил Паяльник.
Зеро подошёл к плитке и взял зажигалку.
— У нас есть вопросы к тому, что было, — медленно сказал он. — Ты похож на провокатора. И это может быть провокацией. Поэтому я хочу задать тебе пару вопросов.
— А почему это я должен на них отвечать? Меня нанимал Ланге, а не ты. Ты всего лишь его шестёрка.
На столе ещё лежал телефон Жеки, но не смартфон, а старый, с кнопочками, цветным экраном и полифонией. Но хозяин убрал его в карман, заметив мой взгляд.
Я смотрел на них по очереди. Да, был прав, что Паяльник умнее. Просто не добился больших высот.
— Раз не хочешь отвечать, — произнёс Зеро…
Щёлк! Зеро зажёг газовую плиту. Делает с намёком, мол, скоро будет больно, когда масло нагреется.
— Картошку сам будешь чистить, Ноль, — я усмехнулся.
Я сидел перед ними,
