Только вот случаются разные обстоятельства, например, как сейчас.
Вскоре подошли к границе племени, за ней поле, а дальше возводят курган для Коготка. Он еще невелик, но уже поднимается над полем и виден со всех сторон.
— Пришли Дево! — Показал Птолемей на людей, расположившихся прямо на земле. У них не было повозок, чтобы укрыться от палящего солнца днем, или согреться ночью. Старики, женщины, дети, все сидели маленькими группами на земле. По количеству — много, больше ста.
Женщины что-то готовили в чанах на кострах, старики вяло переговаривались между собой и больше вздыхали, поглядывая в сторону степи. Одни дети весело гоготали и бегали вокруг взрослых. Почему-то мужчин, крепких, здоровых, с ними не было.
— Хвала Роду люди! — Громко произнесла, чтобы привлечь к себе внимание. И кажется, мне это удалось. Женщины похватали детей и прижали к себе. Некоторые из них от испуга расплакались. Старики замолчали, и повисла тяжелая тишина.
— Я вождь сарматов. Хочу видеть того человека, что с волком подружился. — Докричаться до каждого я не могла, поэтому оставалось только надеяться, что люди передадут мои слова дальше.
Пленники шептались между собой, бросая косые взгляды в мою сторону, но ничего не отвечали. Впрочем, я и не рассчитывала на быстрый результат.
— Передайте ему, что ни с ним, ни с волком ничего не случится. Слово вождя даю! — Опять люди еле слышно переговаривались между собой, и вновь никто не ответил.
— А зачем того человека ищешь? — Поднялся сгорбленный дед в рваной и грязной рубахе и таких же штанах. Совершенно босой, при этом. Он пригладил скрюченными пальцами одежду и развернулся в мою сторону, но даже шага навстречу не сделал. Задавал вопрос и обводил взглядом людей вокруг. Главный среди них?
— А это я ему лично расскажу. Передайте мои слова.
Немного постояла, но ответа не последовало, поэтому развернулась и пошла обратно.
— Птолемей! Почему они на земле? Отдайте им ковры, шкуры, у них же дети.
— Дево, мы смотрим кто, на что способен, и приводим в племя. Большинство уже устроили, но они сами молчат и уходят от разговоров. Зло на нас затаили.
— А если не начнут разговаривать, что с ними будет?
— Сами прикажем что кому делать. Это пока мы с ними по добру. Ну а кто не согласится, так или плетьми или другому племени отдадим.
Я поморщилась, как от зубной боли, всё же рабство — худшее изобретение человечества. Но сарматы молодцы, не неволят чужих, дают самим выбрать свою судьбу. Одним словом, все как рассказывала жрица.
На обратном пути почувствовала тоску по мужу. Мы впервые расстались, а я даже не спросила, как надолго он уехал? Пять лун, или пятнадцать.
Кто мне утрами будет нежно шептать в ухо:
Твой путь — мой путь.
Твоя судьба — моя судьба.
Твоя боль — моя боль.
Твоя радость — моя радость.
Кто будет мне давать советы, относительно всего вокруг и рассказывать про устройство племени?
А ночью? Кто будет согревать меня своим телом и жарким дыханием? На кого мне закидывать ногу, во время сна, в конце концов?
В общем, я повела Дивея в сторону наших юрт. Вернее, сказала ему, чтобы он вёл меня. Захотелось спрятаться от любопытных глаз и погрустить в полумраке юрты.
А едва мы пришли, почувствовала усталость. Глаза слипались, даже есть не стала. Сообщила, что хочу отдохнуть, и ушла к себе. А дома накрылась мягкой шкурой и почти сразу уснула.
— Она уже долго спит. Я посмотрю. — Разбудил меня шепот спорящих Дивея и жрицы.
— Не ходи к ней. Пусть спит. — Останавливала жрица.
Странно конечно, что меня днём сон сморил. А ночью то чем заниматься буду? Да и не случалось со времён болезни со мной такого.
Потянулась, лёжа на топчане. Вспомнила про отъезд Храбра. Вздохнула и встала. Желудок призывно просил есть, только вот мне даже запах мяса уже осточертел. Ну сколько можно? На завтрак, обед и ужин шашлык.
Попросить что ли кобыльего молока? Оно тоже приелось, но сейчас мяса совершенно не хотелось. Просто категорически!
Выйдя из юрты, нашла сидящих рядом жрицу и Дивея. Подросток взахлеб пересказывал наши с ним сегодняшние приключения.
— Дево! А зачем тебе человек, который дружит с волком? — Завидев меня, он прервал рассказ на полуслове и обратился ко мне.
— А ты бы хотел иметь в друзьях волка?
— Он же злой, его опасаться надо. — Совсем не понял мой вопрос подросток.
— А представь, что с ним можно играть, бегать наперегонки, он будет тебя охранять от врагов и спать у твоих ног.
По мере того как я говорила, брови Дивея удивленно ползли вверх.
— Если тот человек согласится, то у нас появятся сторожевые волки. Это как воины, только они значительно раньше узнают о приближении врагов, и нас будут предупреждать. — Добила я Дивея.
— О! — Только и произнес он в ответ.
— Сходи, за молоком для меня. Не хочу мяса сегодня. — Попросила его же, пока не начал меня закидывать вопросами на тему волков и людей.
Так, всегда случалось. Я рассказывала какую-нибудь занятную историю, Дивей какое-то время молчал, обдумывая услышанное, а затем сыпал вопросами. А как это? А зачем?
— Ты на коня пока не садись. Не надо тебе. — После ухода, вернее побега Дивея, обратилась ко мне жрица.
В ответ только пожала плечами. Была, конечно, такая мысль сегодня, но обдумав её, решила отказаться.
— Я тебе травок заварю. Пить будешь до еды, с ними легче тебе станет. — Я слегка напряглась. О чем это жрица меня предупреждает? Может, что с Храбром? Эта мысль обожгла, как от удара плетью и я вцепилась в руку жрицы.
— Что с моим мужем? Говори!
— А я то откуда знаю? Да и не про него я говорила, а про тебя. — Ком встал в горле. Я? Что она видит? Может перерождение мое? Страшно то, как?
— Ты ещё не поняла? — Расхохоталась она мне в лицо. — Дитя ты носишь! А ты о чем подумала?
Глава 24
— Ох, что я только не передумала за эти мгновения! — Смахнула несуществующую соринку с рукава. И выдохнула свои тревоги.
Ребёнок! Какое это чудо вновь взять на руки свое дитя. Заботиться о нём и наблюдать, как он учится жить. Хвала Роду за такой щедрый подарок!
Но вместе с тем задумалась. Безусловно, я рада своей беременности, ребёнок-это продолжение меня и Храбра. Интересно, каким он уродится? Девочка или мальчик? Какую внешность выберет? Мою или мужа? А как я справлюсь? Только что стала вождем,
