и сделал из нее посох слепого. Затем он положил ее у кровати, приготовив к использованию.
Пока Сун Цинши бездельничал, он начал изучать свои проблемы с речью. Он проверил несколько раз и убедился, что у него нет проблем с голосовыми связками и горлом. Кроме недоедания, его тело не скрывало никаких болезней. Он долго думал об этом… и пришел к выводу, что проблемы с речью у этого тела были психологическими.
У него уже была подобная проблема, когда он был молод, но она не была настолько серьезной. Когда он повзрослел, ему постепенно стало лучше. Сейчас он все еще нервничал при разговоре с незнакомцами и иногда не мог четко выразить свою мысль, но у него не было проблем с общением.
Сун Цинши попробовал издавать звуки, но после нескольких "ах, ах, ах, ах" он снова потерпел неудачу.
Он стал еще более подавленным и почувствовал, что Мастер Меча Мо Юань действительно был слишком чрезмерным при разработке этого массива. Он полностью проигнорировал медицинскую теорию, пренебрег научной логикой и насильно поместил сюда личность человека с проблемами речи, дав ему рот, но лишив возможности говорить, тем самым ограничив его действия. Те времена, когда он читал книги о деяниях Мастера Меча Мо Юаня и немного восхищался им, оказались пустой тратой времени.
Сун Цинши перестал пытаться понять нелогичные вещи и отнесся к ним как к дополнительным вопросам на экзамене. Хотя сложность была велика, она не была непреодолимой. Раньше он много лет лежал на больничной койке. Он был не из тех, кто винит богов и обвиняет других. Как бы то ни было, теперь он мог бегать и двигаться, он просто не мог говорить. Это было гораздо лучше, чем когда его медленно парализовало.
Завтра он подождет, пока Ухуань проснется, и проверит его физическое состояние. Если проблем не будет, он отправится в Павильон Тянь Сян, чтобы спасти и Цю Южуна. Цю Южун был богатым молодым господином, он наверняка умеет читать. Когда придет время, он напишет на песчаной дощечке то, что хотел сказать. Затем он воспользуется устами Цю Южуна, чтобы общаться с Ухуанем.
Подумав об этом, Сун Цинши вновь обрел оптимизм. Он разжег печь для пилюль и с радостью приготовил лекарство для Ухуаня.
…
На следующий день Ухуань медленно проснулся в постели. Он пошевелил своим телом. Повсюду была боль, а его ноги были привязаны к чему-то неизвестному. Он был не в полном сознании и не мог пошевелиться. Он не знал, какому жестокому обращению подвергся прошлой ночью…
Услышав шаги "чудовища", он поддался панике и торопливо повернулся в постели, внезапно обнаружив рядом палку. Не раздумывая, он схватил палку и ткнул ею в сторону звука.
Сун Цинши осторожно нес чашку с горячим лекарством. Пытаясь уберечь отвар, он подвергся нескольким ударам палкой.
Он был просто культиватором на стадии Очищения Ци. Его тело было не намного сильнее, чем у смертного, и не обладало защитой духовной силой. Получив несколько ударов по голове, он чуть не заплакал от боли. Рядом с ним появился маленький язычок Призрачного Огня, означающий, что он уловил намерение убить. Он настороженно посмотрел на Ухуаня, глаза которого пылали гневом. Поразмыслив некоторое время, Сун Цинши наконец понял, что тот, похоже, хочет его убить. Он быстро отступил с лекарством и спрятался в углу, не смея приблизиться к этому злобному красавцу.
Ухуань и Фэн Цзюнь выглядели одинаково, говорили одинаково, но их характеры были немного разными… Фэн Цзюнь никогда не бил его…
Сун Цинши чувствовал себя немного обиженным, но он все еще ощущал, что Ухуань как-то связан с Фэн Цзюнем, и не хотел сердиться. Он послушно сел в углу, ожидая, пока Ухуань избавиться от своего гнева.
Ухуань несколько раз взмахнул палкой в воздухе, чтобы убедиться, что шаги удалились. Наконец, он вздохнул с облегчением.
Спустя долгое время он медленно успокоился и обнаружил, что его тело наполнено сильным лекарственным ароматом. Он был плотно завернут в несколько слоев ткани. На нем также была чистая одежда. В определенной части спины не было боли — казалось, что над ним не совершали насилия. У него не было опыта в подобных вещах, но он много слышал от старших братьев в Павильоне Тянь Сян. Мужчина — не женщина, и у него не пойдет кровь из-за разрыва девственной плевы. То, что ему не больно, может быть потому, что этот зверь был маленького роста, и даже его член был маленьким?! Или, может быть, у него эректильная дисфункция?!
Поскольку Ухуань не мог видеть, его разум также был более чувствительным, чем у обычных людей. Он никогда в жизни не встречал хороших людей. Ублюдков, которые притворяются хорошими людьми, чтобы обманом заполучить его тело, — таких он встречал несколько раз. Трудно было поверить, что кто-то может хорошо относиться к нему просто так. Еще меньше верилось в то, что культиватор, посетивший Павильон Тянь Сянь, может быть кем-то хорошим!
Он внимательно ощупал свое тело, пытаясь найти хоть какие-то следы того, что с ним играли. Однако на его теле не было ничего, кроме следов трав и лекарств. К его ногам были привязаны четыре длинные деревянные доски, которые, похоже, использовались для фиксации положения его костей. Он долго колебался и не удержался от вопроса:
— Что это такое?
Сразу после этого он почувствовал некоторое сожаление. Как он мог ожидать, что немой заговорит?
Ухуань опустил голову и погрузился в размышления.
Сун Цинши высунул голову из своего угла и огляделся. Он долго наблюдал за Ухуанем, и когда увидел, что тот больше не выглядит так, будто собирается его бить, осторожно приблизился, держа в руках лекарственный отвар. Он зачерпнул ложкой немного отвара, подул на него и поднес к губам мальчика, показывая, чтобы тот принял его.
— Я не люблю принимать лекарства, они слишком горькие, — Ухуань почувствовал запах отвара и поспешно повернул голову, чтобы избежать его, но его сердце снова охватила паника. Лаобао часто давали упрямым новичкам лекарства, чтобы "оживить" ситуацию. Он слышал об этом много раз. После того как их обманом заставляли принять лекарство, молодые мужчины и женщины, которые скорее умерли бы, чем подчинились, теряли все силы, становясь чувствительными и развратными под телами гостей. После того, как их достоинство было полностью уничтожено, они покорно служили гостям.
Поэтому он испытывал глубокий страх перед лекарствами, и даже если ему будет очень больно, он не станет их принимать. Ухуань отступил, постоянно отказываясь от отвара, который прижимали к его губам.
Сун Цинши не отпускал его, гоняясь
