он не сможет вынести воздействия слишком яркого света, Сун Цинши обернул его глаза несколькими слоями марли и сказал ему, чтобы он не слишком торопился, когда ему впервые удастся что-то увидеть. Он должен подождать, пока его глаза адаптируются, а затем медленно снять повязку.
В тот вечер Ухуань упражнялся в фехтовании, как вдруг у него на мгновение закружилась голова. Он осознал, что в воздухе рассеяно множество прекрасных, разрозненных теней. Протянув руку, он схватил мягкую и нежную тень, осторожно потрогал ее и понюхал. Наконец, он убедился, что это лепесток цветка персика, один из многих, которые сопровождали его каждый день.
Цинши как-то сказал, что персиковые цветы в Долине Цветущих Персиков особенные. Они все красные.
Значит, этот красивый цвет — красный?
Ухуань долго стоял на месте. Приспособившись к свету, он медленно снял повязку с глаз. Он увидел великолепные цветы персика, сочную зеленую траву, росу на листьях, птиц, поющих в лесу… Один за другим он сопоставлял великолепные цвета со словарем в книге, медленно различая красный, зеленый, черный, синий…
Это был не сон… Потому что во сне слепого нет никаких образов.
Ухуань протер глаза и посмотрел на лепесток цветка персика в своей руке. В его сердце постепенно распространялся экстаз. Ему очень хотелось найти кого-нибудь, с кем можно было бы разделить это небывалое счастье. Он хотел описать, как прекрасен цвет цветущих персиков, что перья воробьев не чисто серые, а состоят из множества коричневых и черных пятнышек, а кроны деревьев в горах делятся на множество градаций, они были прекрасны, но он не знал, стоит ли их все называть зелеными?
Но самый важный вопрос — где Сун Цинши? Он снова готовит таблетки?
Ухуань прикинул время и убрал меч. Он поспешил в алхимическую мастерскую, но внутри никого не было и печь давно остыла. Он быстро выпустил ментальный зонд и отправил его на поиски. Наконец он нашел молодого человека в саду лекарственных трав у ручья. Босоногий юноша в старом белом халате сидел на траве, сосредоточенно обрабатываю Грозовую Лозу. Он обрывал длинные тонкие лозы, скатывал в клубки и складывал в корзину.
Его культивация проходила гладко и на протяжении многих лет он получал хорошую пищу, поэтому тело Сун Цинши вернулось к своему первоначальному виду. Поскольку в Долине Цветущих Персиков не было посторонних, а глаза Ухуаня не могли видеть, он почти не прилагал усилий, чтобы выглядеть презентабельно. Каждый день он одевался небрежно и позволял своим мягким длинным волосам просто рассыпаться по спине, изредка перевязывая их куском бечевки. Каждый день он одевался так, как ему было удобно.
Ухуань стоял позади и молча наблюдал за ним.
После того как Сун Цинши закончил с последним пучком виноградных лоз, он наконец почувствовал позади себя обжигающий взгляд. Он обернулся и встретился взглядом с пылкими глазами феникса. Это выглядело так, словно гениальный художник добавил последний штрих к идеальной картине, позволяя прекрасному фениксу ожить. Он действительно обладал очарованием и индивидуальностью, освещая собой окружающий пейзаж.
Сердце Сун Цинши учащенно забилось. Затем он понял, что Ухуань раньше времени восстановил зрение. Он был в восторге и хотел подойти к нему и поздравить, однако обнаружил, что Ухуань смотрит на него странным взглядом. Он подумал, что это потому, что он был одет неподобающим образом, и его поведение было слишком странным. Он поспешно подхватил корзину и собирался улизнуть, чтобы переодеться.
Но когда он проходил мимо Ухуаня, его схватили за руку и потащили в объятия…
Не смея поверить в это, Ухуань смотрел в эти глаза, такие яркие, что можно было видеть до самого дна. Разве его юноша не должен быть уродливым? Как он мог быть таким красивым? Его образ заполнил сердце, заставляя его зудеть. Как в мире может быть что-то настолько прекрасное? Это же не галлюцинации после приема лекарства, верно?
Ухуань настороженно опустил голову и трепетно коснулся светлой, тонкой и гладкой кожи, подтверждая это прикосновением. Затем он наклонился к шее Цинши, осторожно вдыхая аромат лекарственных трав на его теле, подтверждая это обонянием. Он умело приподнял его и проверил его вес, подтверждая на ощупь. После этого он тщательно и многократно осмотрел Сун Цинши с головы до ног, проверяя каждое место.
От всех этих манипуляций верхний халат Сун Цинши случайно сполз. Под ним не было ничего, кроме нижней одежды из ледяного шелка, которую он надевал для сна. Его халат удерживал лишь небрежно завязанный пояс, а учитывая текстуру ледяного шелка… казалось, что к нему прикасаются напрямую, без одежды. Как он мог терпеть, когда тот, кто ему нравился, прикасался к нему то так, то эдак? Его тело очень быстро отреагировало на все прикосновения. У него не было возможности вырваться, и он также не мог остановить эти блуждающие руки. Единственное, что он мог сделать, это встать на цыпочки, обхватить Ухуаня за шею и промычать "вуву…" на ухо, прося его закончить.
— Прости, — Ухуань наконец понял, что сделал что-то глупое, и быстро отпустил его. Он объяснил, — Я не ожидал, что ты так выглядишь. Я просто хотел убедиться…
Обычно он воспринимал окружающий мир на ощупь. Когда наступало время сна, ему нравилось трогать Сун Цинши то тут, то там, это вошло в привычку. Однако в этот раз, похоже, он переборщил.
Сун Цинши покачал головой, показывая, что это не имеет значения. Во-первых, он не был должным образом одет. Легкая и тонкая одежда из шелка плотно прилегала к телу, слабо подчеркивая каждый контур его тела. Его пояс тоже вот-вот должен был развязаться. Это было очень неприлично… Теперь, когда Ухуань отпустил его, он хотел воспользоваться случаем, чтобы развязать пояс и снова туго завязать его.
Они вдвоем оставались вместе день за днем на протяжении стольких лет. С Ухуанем он не стеснялся таких вещей, так как уже привык.
На этот раз, когда Сун Цинши просто ослабил пояс, Ухуань понял, что что-то не так. Глядя на то, что скрывалось под расстегнутым халатом, сначала он подумал, что значит для мужчины такая реакция на прикосновение. Затем он подумал, что значит для мужчины раздеться перед своим будущим даосским спутником…
Ухуань мгновенно все понял. В волнении он схватил запястье юноши и спросил:
— Цинши, ты… ты хочешь меня?
Сун Цинши: "????"
— Я так счастлив! — Ухуань с восторгом поцеловал губы Сун Цинши. Долгое время он наслаждался ощущением этих мягких губ. В его глазах снова появилось сияние голодного зверя, огонь желания нестерпимо пылал во всем теле. Убедившись, что Сун Цинши не оказывает сильного
