улучшенный экзоскелет. Матильда манипуляторами своей марионетки защёлкнула крепления, подтянула ремни. Кира согнула руки, разогнула, сжала кулаки внутри наручей. Раструбы тихо загудели, реагируя на её внутренний жар.
На её лице расплылась улыбка, широкая, хищная и совершенно счастливая. Я мысленно напомнил себе: не стоять перед ней, когда она нервничает.
— Титус. Твоя очередь.
Матильда опустила к его ногам огромную плиту. Один край выскочил из манипулятора и ударил по полу с таким грохотом, что мы все вздрогнули от неожиданности.
Титус посмотрел вниз, поскрёб затылок. Присел, понюхал.
Я сварил эту штуку из брони голема-танка за четыре часа. Щитом её можно было назвать только из вежливости, скорее дверца от банковского хранилища с приваренными ручками. В середину я вмонтировал фильтр: решётку из рунных цепей, утопленную в толщу металла. Вся конструкция весила килограммов сто двадцать. Для Титуса это была… просто игрушка.
Он поднял её одной рукой. Повертел. Постучал костяшками по поверхности. Снова принюхался.
— Дядя Маркус, — сказал он разочарованно, и его голос, приглушённый намордником, звучал гулко, — оно же невкусное. И пахнет солидолом.
— Это не еда, Титус, а тарелка под нее. А вот заклинания, которыми нас будут поливать паладины Ордена — это деликатес. Высший сорт. Экологически чистая магия Равновесия, выдержанная в погребах Цитадели. Фильтр в щите пропустит вражеские заклинания через конвертер и переведёт их в форму, которую ты сможешь усвоить. Ты идёшь первым. Ешь всё, что светится и летит в нашу сторону.
Титус облизнулся. Язык у него был длинный, серый, и высунулся из-под намордника на добрых пятнадцать сантиметров.
— А паладины на вкус как что?
— Как чёрствые сухари и завышенное чувство собственной важности. Не глотай их целиком, просто пожуй слегка и выплёвывай.
— 「Г н о м и к… м о ж е т… п о м о ч ь… с… п е р е в, а р и в, а н и е м, 」 — встрял телефон из кармана. — 「Г н о м и к… з н а е т… р е ц е п т ы. П а л а д и н… в… с о у с е… и з… с л ё з…」
— Гномик, мы не едим людей.
— 「…п о ч е м у? 」
— Потому что это невежливо. Титус, как тебе щит?
Он перехватил плиту двумя руками, выставил перед собой. Она закрыла его от колен до макушки. Пару раз парень боднул её лбом. Видимо, проверял прочность.
— Нормально. Тяжёленькая. Мне нравится, — довольно произнес Титус.
— Отлично. Лилит, подойди, пожалуйста… А, ты уже здесь.
Лилит уже стояла за моей спиной. Подкралась бесшумно, шпионка.
Она двигалась так, будто пыталась занимать как можно меньше места в пространстве, и у неё это получалось пугающе хорошо. Плащ висел мешком, капюшон закрывал пол-лица, из-под рукавов торчали только кончики бледных пальцев.
Я присел на корточки, чтобы оказаться с ней на одном уровне. Снял с верстака пояс, широкий, с шестью алхимическими баллонами в гнёздах.
Я провозился с формулой стимулятора два дня. Ускоритель метаболизма для инсектоидов штука капризная, чуть перебощишь, и вместо управляемого роя получишь неуправляемую биомассу.
— Стимуляторы метаболизма для твоих ребят. Ускоряют размножение, рост, агрессию. Один баллон на рой. Запусти их в вентиляционную систему Цитадели. Они сгрызут проводку, руны, сигнальные контуры. Отвлекут охрану, пока мы наводим суету внизу.
Лилит смотрела на баллоны из-под капюшона. Потом тихо, почти неслышно:
— Мистер Кусь и Мистер Цап… они стесняются незнакомых людей и мест. А там злые дяди с огнём. Мистер Кусь очень не любит огонь. Он после прошлого раза неделю не выходил из своей норки.
— Лилит, солнышко. Эти злые дяди собираются стереть наш город. Если они это сделают, твои жуки останутся без свежих опилок и тёплого молока. У тебя же там остались те, которые успешно спарились, отложили яйца и теперь жаждут уйти красиво?
Из-под капюшона донеслось задумчивое стрекотание.
— Их всегда полно, — сказала она.
— Ну вот.
Я протянул ей пояс. Лилит взяла его обеими руками, прижала к груди. Постояла так. Потом повернулась и посмотрела на Элис.
Элис наблюдала за происходящим молча. На её лице сменялись выражения, которые она сама, вероятно, затруднилась бы назвать. Когда взгляд Лилит остановился на ней, она чуть подалась вперёд.
— Ты справишься, Лилит, — сказала Элис. — А твои… Мистер Кусь и Мистер Цап… да уже по именам ясно, что они любого разберут на запчасти.
— Откуда вы знаете? — спросила Лилит.
— Слабаки в нашей мастерской не задерживаются. Да ты сама смелая, Лилит. Просто пока успешно притворяешься трусихой.
Лилит смотрела на неё снизу вверх. Потом шагнула вперёд и обняла Элис. Без предупреждения. Ткнулась лбом ей в живот, обхватила руками и замерла. Из-под худи послышалось приглушённое стрекотание.
Элис застыла. Руки замерли в воздухе по обе стороны от детской головы. Наконец, она выдохнула, опустила ладони и прижала девочку к себе.
Рейна отвернулась к стене. Кира вдруг заинтересовалась потолком. Титус шмыгнул носом под намордником.
— 「О б н и м, а ш к и, 」 — прошелестел телефон в моём кармане. — 「Г н о м и к… т о ж е… х о ч е т… о б н и м, а ш к и.」
— Потом, Гномик. Когда вернёмся.
— 「О б е щ, а е ш ь? 」
— Обещаю.
Я дал им ещё пять секунд. Потом кашлянул.
— Так. Сентиментальную часть закончили. У нас есть осадный лазер, живой щит, диверсионный рой и цифровой полтергейст. Против Десятой Тени, армии паладинов и укреплённой Цитадели. — Я помолчал. — Бывали расклады и похуже. Не помню когда, но точно бывали. Матильда, грузи фургон.
— Ах, это прямо как в двенадцатой главе «Тайной страсти маркиза», — отозвалась Матильда. — Только у нас больше взрывчатки и меньше корсетов.
Голем на потолке отсалютовала двумя манипуляторами и поползла к грузовому лифту.
Я задержался у верстака. Подождал, пока дети выйдут. Достал телефон.
Лицо Гномика на экране выглядело необычно серьёзным для него. Насколько может быть серьёзным лицо из пикселей с черными глазами размером с блюдца.
— Гномик. У тебя будет отдельная задача. Самая важная.
— 「С л у ш а ю… Х о з я и н.」
— Цитадель Ордена подключена к магической сети. Защитные контуры, сигнализация, связь… всё идёт через кристаллические узлы. Когда
