уже и первое сентября. Нет, оставлять всю работу на август точно нельзя. Начать придётся сразу же.
— Ты рассчитываешь попасть на это сборище? — поинтересовался Росс, отвлекаясь от тарелки с запеченной картошкой. — Чарли, я думал, ты не такой уж и фанат квиддича.
— Не такой. Но сестра не поймет, если меня там не будет. Ей выше факультетской команды всё равно ничего не светит, но за всеми играми в разных лигах она следит не отрываясь. А тут такое событие! Я не знаю, как, но она точно достанет билеты, хоть из-под земли, — пообещал он, затем перевёл взгляд на Мерфи и спросил: — Джим, а ты? Финал в Великобритании уже лет тридцать не проводили, такое не каждый день увидишь, между прочим. Может, даже ты проникся бы полётами.
— Летом будет много дел, так что это без меня, — ни единым словом не соврал маг.
Ещё до конца июня у них назначен день сбора в Тиране, откуда можно будет добраться до нужного района Албании. В новостях и даже в слухах ничего о поисках «Тёмного лорда» и Балканах не упоминалось за весь май и июнь, потому небольшая туристическая поездка на каникулах не отменяется. А до того нужно провести подготовку к работе с опасным духом, заготовить мистические знаки и накопители, схемы магических кругов и провести расчёт ритуалов. Последнюю неделю, время между экзаменами и объявлением результатов, Арчибальд практически не покидал библиотеку, изучая местные работы по призракам, духам, их поиску, подчинению и изгнанию. Практически ничего нового он не узнал, да и материалы тут были по большей части начального уровня либо представляющие сейчас сугубо историческую ценность, однако уточнить некоторые моменты удалось. Только до сих пор не нашлось ответа, какой именно мистерией воспользовался этот психопат, чтобы перейти в подобную форму существования. Впрочем, Кайнетт собирался узнать это у него лично. Хотя бы как коллега у коллеги.
***
— Что-то он долго там возится… — ни к кому не обращаясь, произнёс Сириус Блэк.
— А ты как хотел? Пришел, поводил лозой и сказал «Тот-кого-нельзя-называть вон в той стороне, триста ярдов через лес, не сворачивая»? — спросил сидящий рядом Люпин. Он тоже наблюдал, как мальчишка краской вычерчивает на желтоватой пожухшей траве круги, время от времени сверяясь со схемами в толстой тетради.
— Было бы неплохо, — усмехнувшись, признал Блэк.
— Сомневаюсь, что даже директор смог бы его обнаружить по щелчку пальцев, — вздохнув, ответил оборотень. — Да и куда тебе спешить, раз уж мы уже здесь?
— И всё-таки не думаешь, что он может просто морочить нам голову? Скажет сейчас, что нет тут никакого Сам-знаешь-кого, мы и уедем успокоенные.
— Определённо, общение с Барти тебе на пользу не пошло. Зачем ему это? И даже если бы мы сюда приехали вдвоём, что бы мы тут по всем лесам искали, где уже всё перерыли местные авроры? А так, может быть, узнаем хоть что-нибудь, — предположил Римус, но тоже без особенной уверенности. Разумеется, он тоже не мог в полной мере доверять человеку, не зная ни его имени, ни родной страны, ни, говоря уже сугубо практически, квалификации. За полгода, находясь в школе, он отправил несколько запросов в Международный отдел Министерства, пытаясь окольными путями отыскать следы погибшего несколько лет назад «профессора алхимии», однако не преуспел. Пара кандидатур действительно нашлась, но там не совпадали отдельные детали — или с тем, что Мерфи сам рассказал ему, или с его поведением. При том что даже неизвестно, сколько в его версии было истины, а что «Джеймс» предпочел оставить недосказанным. Однако он был крайне конкретен в формулировке своих целей и планов, в отличие от директора, предпочитающего держать и Люпина, и Гарри, и остальных соратников в неведении относительно своего замысла. Пускай даже из самых лучших побуждений. Предложение организовать Блэку почетную сдачу правосудию с помощью крестника уже говорило, что какие-то планы у старика на «Избранного» точно есть. А Римус, как и Сириус, предпочел бы, чтобы парня просто оставили в покое. Мерфи, относящийся к Поттеру откровенно пренебрежительно, но не имеющий на Гарри далеко идущих планов, был в данном случае меньшим злом как союзник.
Стоящий немного в стороне Лливелин в разговор волшебников не вмешивался. Во-первых, Смита куда больше занимала охрана их небольшой группы. Леса Албании сложно было бы назвать спокойным местом в последнее время — перед поездкой Альберт дал почитать краткую справку по этим местам, ведь опасности им могли по пути попасться и, как принято говорить, вполне «маггловские». После распада соседней Югославии на отдельные республики и ряда вооруженных стычек и конфликтов здесь, не так уж далеко от границы, вполне можно было встретить и солдат, и мародёров, и дезертиров. Это не говоря об обычных диких зверях, пускай даже совершенно немагических, но от этого не менее опасных. Во-вторых, Мерфи дал совершенно чёткие инструкции, как вести себя с волшебниками — прямо в глаза не смотреть, о лишнем не говорить, на вопросы отвечать коротко, но всё внимательно слушать. Также опасаться палочек, или, как босс любит говорить — «мистических знаков», направленных в их сторону, вплоть до готовности стрелять на опережение — полностью Мерфи этим двоим не доверял до сих пор. Хотя Лин подозревал, что и ему самому — тоже, но к подозрительности наставника уже давно привык. И считал её абсолютно нормальной.
Если не обращать внимания на двенадцатилетнего ребёнка, вычерчивающего на поляне сложные фигуры и время от времени произносящего длинные фразы на латыни, остальную компанию, при желании, можно было бы принять то ли за туристов, то ли за охотников. Разумеется, никаких мантий, балахонов и остроконечных шляп — неброская полувоенная одежда серых и зелёных тонов, рюкзаки, разве что ружьё держал в руках только Лливелин. Правда, в балканских лесах никогда не водилось дичи, для которой предназначен настолько чудовищный калибр, так что это могло бы выглядеть странно. Но, разумеется, трое «безоружных» были ничуть не менее опасны, и на взгляд сквиба — Мерфи даже больше, чем эти двое.
Тем временем Арчибальд закончил основной контур, разложил несколько заготовленных амулетов в точках фокуса и по памяти начал читать арию поискового заклинания. Когда линии под ногами налились неярким бледно-зелёным свечением, он отвернулся и отошел на несколько шагов, пояснив:
— Минут через десять сложится более ясная картина, но пока всё выглядит так, будто мы уже опоздали.
Сам Кайнетт собирался добраться сюда ещё в середине июня, едва завершился учебный год,
