крутились обрывки знаний, — ничего конкретного. Но был уверен — если поставить задачу перед коллективом, наверняка варианты решения найдутся.
А вечером генерал собрал совещание, основным вопросом объявив последние события.
Дождавшись пока станет тихо, он обвёл собравшихся тяжёлым взглядом. Трубка дымилась, но генерал не затягивался — просто держал её в руке, забыв о ней.
— Значит, так, орлы, — начал он. — Сегодня мы победили. Завтра, может, тоже победим. Но рано или поздно везение закончится. Приплывут не три корабля, а тридцать три. Или пятьдесят. Или сто. Что тогда? Я хочу услышать ваши предложения. Не как выиграть следующий бой, а как выиграть войну.
Петров поднялся первым.
— Товарищ генерал, предлагаю ускоренную программу обучения местных. Если мы вооружим рыбаков, крестьян — всех, кто готов встать под наше знамя, — у нас появится ополчение. Не завтра, не через месяц, но к следующему году мы сможем выставить не полста бойцов, а сотни две-три.
Генерал поднял бровь.
— Ты где местных увидел?
— Так ведь хотели же народ привлекать? — Петров даже растерялся.
— Как привлечём, так и будем под них планы писать! — отрезал Максимов. — А пока у нас местных — один дед древний да пяток его рыбаков, которые от собственной тени шарахаются. Давай без прожектов. Что есть — доложи, чего нет — не фантазируй.
Петров сел, кашлянув. Бородин встал, поправил китель.
— Я предлагаю использовать драккар для активной разведки. Не ждать гостей у порога, а самим выходить в море. Искать поселения, устанавливать контакты, предупреждать набеги. Если мы будем знать, откуда идут корабли, мы сможем встретить их на подходе. Плюс — торговля. Чем больше у нас будет союзников, тем меньше врагов.
— Разумно. Ещё.
Дронов оторвался от своих расчётов.
— Порох. Если мы получим порох, мы сможем делать не зажигалки, а настоящие бомбы. Закладывать в камнемёты не булыжники, а глиняные горшки с порохом и картечью. Один такой горшок на палубе — и от экипажа мокрое место.
Генерал прищурился.
— Ты мне вот что скажи, Дронов. Ты сможешь сделать порох — пусть не сейчас, а скажем, через месяц — в нормальных объёмах? Не по чайной ложке, а так чтобы бомбы начинять?
Дронов помедлил.
— Никак нет, товарищ генерал. Нет ингредиентов. Селитры — кот наплакал. Серы — тоже. Угля только сколько угодно, но без селитры толку нет.
— Вот и я о том, — Максимов постучал трубкой. — На нет и суда нет. Как сделаешь, так и предлагать будешь. А пока — работаем с тем, что есть. Я вон тоже пофантазировать могу: авиацию бы нам, а? Или атомную бомбу. Толку?
Дронов молча сел. Генерал обвёл всех взглядом.
— Значит, так. Вундервафли у нас не будет. Ни танков, ни авиации, ни артиллерии. Будет только то, что сделаем сами, вот этими вот руками.
Генерал потряс кулаком перед собравшимися, и тут же переключаясь, сунул руку в нагрудный карман, вытащив сложенный вчетверо листок — вырванную из тетради страницу, исписанную мелким убористым почерком.
— Тут вот ещё что, — сказал он, расправляя листок на столе. — Умники наши набросали пару предложений. Озвучиваю.
Он пробежал глазами по строчкам.
— Первое. Устроить на берегу базар, чтобы проплывающие купцы могли не только плату за проход оставить, но и товаром обменяться. Цивилизованно, без лишнего базара. — Максимов хмыкнул, оценив каламбур. — Дельное предложение. Одобряю. Петров, возьми на заметку. Место подобрать, навесы какие-то поставить, тенты натянуть. Чтобы по-людски было, аккуратненько.
Петров кивнул, записал.
— Второе, — генерал перевернул листок. — Чтобы базар заработал, нужна валюта. И не какие-то там палки рубленные, а свои монеты, рубли настоящие. Основа — имеющиеся у населения драгметаллы.
Максимов отложил листок, обвёл собравшихся взглядом.
— Я готов подать пример.
Он запустил руку в карман бушлата и выложил на стол серебряный портсигар — массивный, с выгравированной звездой. Следом — большую золотую печатку с инициалами.
— Вот. Портсигар — наградной, от командующего округом. Печатка — ещё от деда. Не бог весть что, но для начала хватит. Пока нужно собрать небольшое количество серебра — на пробную партию. И золота, тоже на пробу. Призываю всех сдать в общий котёл. Последнее не прошу, но если есть чем поделиться, делитесь.
— А как чеканить? — спросил кто-то.
Генерал запустил руку в другой карман, вытащил что-то маленькое, блеснувшее, и бросил на стол. Монета покатилась, звякнула, легла. Сергей подался вперёд, разглядывая.
Серебряный кружок размером с пятирублёвик. На одной стороне — двуглавый орёл, на другой — лодка, отдалённо напоминающая драккар, с раздутым парусом и рядом вёсел. По краю шла надпись — мелкая, но читаемая: «НОВОРОССИЙСКЪ».
— Пробный экземпляр, — сказал Максимов. — Умелец нашёлся. У него и матрица, и пресс есть. Говорит, если материала дадим — начеканит сколько нужно. Так что вопрос чеканки решён.
— А матрица откуда? — спросил кто-то.
— Сувенирами человек занимался, заготовки остались, в том числе эта. — ответил генерал.
Монета пошла по рукам. Офицеры разглядывали, вертели, пробовали на зуб. Дошла до Сергея. Он покрутил её в пальцах, ощущая тяжесть, и отмечая что она совсем не похожа на самодельную, словно самая настоящая монета.
Вдруг подал голос Кузнецов:
— Товарищ генерал, а что, если из алюминия чеканить? В древние времена алюминий дороже золота был. Представляете, какая валюта получится?
Генерал поморщился.
— Алюминий, говоришь… — он потёр переносицу. — С одной стороны — мысль интересная. С другой — алюминий у нас стратегический материал, мало ли, ещё пригодится. Да и кто его тут оценит? Местные серебро знают, золото знают. А алюминий для них — просто лёгкое железо. Но ладно, подумаем.
Он взял со стола монету, подбросил на ладони, поймал.
— А пока — собираем серебро. Петров, составь список: кто, что, сколько. Кузнецов — учёт и хранение. Через неделю доложите о первой партии. И базаром займитесь. Всё, совещание окончено. Все свободны.
Глава 9
Посол от князя
Неделя прошла в хлопотах. Кораблей больше не было — ни торговых, ни военных. Море стояло пустое, гладкое, как начищенный поднос. То ли сезон заканчивался, то ли слухи о каменной крепости с огненными стрелами разнеслись по побережью быстрее, чем рассчитывали. Так или иначе, на горизонте ничего не появлялось.
Сергей тренировался со своим отрядом каждый день. Иван Сергеич гонял их нещадно: фехтование, метание ножей и топоров, стрельба из лука. Ножи
