Конечно, в этих водах водились пираты, но боги их миловали, они на нас не нарвались, в общем, до материка добрались без проблем. Несмотря на все мои уговоры, капитан не хотел везти нас дальше, требовалось искать новый корабль.
Находиться в империи для меня также небезопасно. Я помнил слова мага Гагиела, что у имперской знати на меня имеются серьёзные планы. В общем, чем быстрее мы её покинем, тем лучше. Плыли в тот самый порт, в который я прибыл с рабским ошейником, блокирующим магию, по сути, оттуда и началось моё возвышение в магическом плане. Сначала имперская школа, потом турниры и побег к лесовикам.
Некоторое беспокойство вызывали матросы, да и капитан тоже. Один раз меня уже сдали, где гарантия, что не попытаются выгодно продать интересную информацию кому-нибудь из имперцев. Похоже, капитан тоже понимал мои опасения, поэтому он сам поинтересовался, где высаживать моего питомца, после чего заверил, что никого на берег не отпустит. Высадит нас и сразу же отчалит, даже не станет закупать продовольствие в дорогу, остановится позже в каком-нибудь мелком порту. Его можно понять, заработал немало, теперь не хотел рисковать деньгами и жизнью.
Сделали всё так же, как и в Содружестве. Питомца с частью людей высадили на безлюдный берег, правда, сначала пришлось высаживаться самим и делать плот. Даже использовал магию для скорости, больно не хотелось надолго оставлять корабль. Хотя капитан тоже сошёл на берег и с любопытством наблюдал за нашей деятельностью. После этого мы отправились в крупнейший порт империи.
По своему прошлому посещению я помнил, что в этом порту маги нечастые гости. Конечно, могут посетить, если сами собирались куда-то отправляться. Стражников в порту хватало, что не удивляло, рядом трущобы, в которых чуть ли не каждый второй — бандит. Помню я, как мы с Саиром носились по этим трущобам, а потом снимали ошейник у какого-то мастера.
Хорошо, что именно в порту имелась таверна, где собирались капитаны, чтобы найти возможных клиентов, а также договаривались с торговцами, у которых не было своих кораблей. В эту таверну мы и отправились, она была самой приличной и хорошо охранялась. Конечно, лучше было идти одному, но беда в том, что спокойно дойти не дадут, одиночку обязательно попытаются ограбить. Сейчас по порту шёл благородный человек с серьёзным отрядом. Всё же интересная у меня жизнь.
О том, в какую таверну нужно идти, нам рассказал местный паренёк за небольшую плату, даже проводил. Когда мы до неё дошли, то сразу стало понятно, что мы здесь уже гостили. Правда, не в самом постоялом дворе, а в рабском загоне. Саир тоже узнал место нашего заточения, хмыкнул и показал глазами на то строение, где нас держали и откуда мы потом сбежали в трущобы.
Пришлось мне своего охранника сразу же отправить в снятую комнату. Конечно, нас могли и не помнить, ведь привезли тёмной ночью, но больно необычный товар, могли запомнить того же Саира. Насчёт себя не беспокоился, я вырос, возмужал, даже если знакомые встретят, то не должны узнать. Разве только работорговец капитан, но он мне рассказывал, какую добычу взял за мой счёт, и что теперь покинет порт и откроет какое-нибудь дело, после чего заживёт в своё удовольствие.
В порту я записал несколько названий крупных кораблей, которые должны нам подойти. Все записывать не стал, слишком их много, договорюсь с одним из капитанов, скажу, что нужно будет забрать трёх лошадей. Само собой, мне не поверят и, скорее всего, решат, что мы контрабандисты. Но тут с этим делом не так строго как в Содружестве, главное, чтобы заплатили за перевоз.
Таверна на самом деле оказалась приличной, никаких пьяных отморозков не было, всё чинно и благородно. За столами кучками сидели капитаны с помощниками и вели о чём-то беседы. Сразу же подходить к ним не собирался, сунул список в руки корчмарю, он всё разузнает и доложит, это нам тоже подсказали.
Повезло мне, что уселся боком к лестнице, которая вела в комнаты отдыха. Заказал себе ужин и дожидался, когда краем глаза увидел, что кто-то спускается по лестнице. Когда глянул в ту сторону, то моему удивлению не было предела. Вниз спускался знакомый работорговец, его вроде бы звали Салих, если меня не подводит память. Этот гад меня не заметил, он был пьян, взял только пару кувшинов и направился наверх.
— Тут меня ждите, — приказал я охране и пошёл следом.
Салих только у двери услышал мои шаги или почувствовал взгляд, он обернулся. Сказать я ему ничего не дал, пнул ногой, заставив рыбкой нырнуть в номер, сам зашёл следом.
— Ах ты, гад! — Взвыл Салих, из-за меня он разбил кувшины с вином, после этого выхватил меч и кинулся в атаку.
Три удара ему хватило, чтобы понять, что перед ним не простой человек. Потом я снова ударил его кулаком по морде, опять отправив на пол.
Хотел выдать какую-нибудь фразу о том, как я рад новой встрече, но не успел. Лицо Салиха за короткое время изменилось несколько раз. Сначала гнев, потом удивление, следом недоверие и страх.
— Тобиас! — Не спросил, а выдохнул он. — Вот уж не ожидал.
* * *
Герцог Олдрич был в ярости, причина была очень серьёзная. Совсем недавно служившие ему маги снова пожаловались на то, что охотники перестали продавать кристаллы. Сначала продавать стали меньше, чем обычно, а потом вообще прекратили. Такое могло произойти из-за неудачной охоты и прочего, тем более кристаллы нужны не все подряд, а конкретные. В общем, сначала не обратили внимания, но после заинтересовались.
Герцог послал грамотных людей, которые могут разговорить любого, и они выяснили, что появился новый покупатель. А когда Олдрич узнал, кто именно перебил цену, то чуть зубы не стёр от злости. Простолюдинка, мать наглого мага, убившего его родича, пусть и дальнего, но родича. Попытка поймать одарённого не увенчалась успехом, сначала сгинул родич с сильным отрядом, а потом ещё пришлось отдать крупную сумму проходимцу, который просто забрал деньги и скрылся с ними.
Для знати это не осталось надолго секретом, только ленивые не смеялись над герцогом. Те, за кем была сила, смели насмехаться прямо в лицо, пусть и завуалировано, но такие тонкости герцог прекрасно понимал. Даже с родственниками мага не удалось разобраться, причём с герцогом Олдричем имел беседу лично король, где прямо сказал, что если тот посмеет тронуть простолюдинку, то ответ будет такой, что многие сразу же начнут вести себя намного скромнее.
