содержимое. По кухне раздался металлический звон. Кунжут, будучи в прошлом купцом, оказался человеком запасливым и крайне осторожным: свою заначку «на черный день» он хранил в тайниках раздельно.
Кира деловито принялась сортировать богатство бандита. — Сто восемьдесят серебряных… — заключила она, раскладывая монеты. — И двадцать пять золотых.
Девушка явно не удивилась золоту, хотя состояние было приличным, подметил я — значит, раньше и сама в деньгах не нуждалась.
Кира быстро вывела пером новые цифры. — Если всё сложить и продать трофеи, — пробормотала она, хмуря лоб, — у нас получается тысяча сто тридцать пять серебряных монет. Или пятьдесят шесть золотых с лишним.
Мы переглянулись. Золото в Империи ценилось высоко. При стандартном курсе один золотой шел за двадцать серебряных.
— Звучит неплохо, — хмыкнул я.
— Но давайте прикинем расходы, — деловито продолжила Кира. — Коза стоит монет пять-семь, но она у нас уже есть. Кузнечный заказ на петли и засов для ворот обошелся вам в сорок пять серебряных, но вы его уже оплатили, осталось только забрать.
— Что у нас горит? — спросил я.
— Коровы Бира, — тут же отозвалась она, включаясь в режим управляющей. — Стадо неважно, так что отдаст он его дешево. Монет сорок-шестьдесят за всех.
— Принято. Дальше — стройка, — я загнул палец. — Нам нужен нормальный лес или доски от барона Корфа, чтобы восстановить коровник,
— Это съест еще от восьмидесяти до ста двадцати серебряных, — подхватила Кира. — Плюс, вы не собираетесь вечно спать в летнем домике. Нормальная кровать, стол и минимальная обстановка в барский дом — полтинник серебром минимум.
— Согласен, — киваю.
— И зерно, — добавила девушка. — Посевной материал и немного про запас в амбары. Около сорока монет.
Я подвел мысленный итог.
— Обязательных трат на ближайшее время у нас набирается монет на двести пятьдесят-двести восемьдесят.
Кира черкнула пером по бумаге, вычитая эту сумму из общего капитала.
— После трат останется примерно восемьсот сорок серебряных. Или сорок два золотых.
Я откинулся на спинку стула, глядя на ровные столбики монет. Цифры говорили сами за себя. Экспедиция с бароном Дрессом, в которую меня так активно сватал Роджер, сулила полсотни золотых за один выход — сумму, почти равную всему нашему нынешнему капиталу.
Кира посмотрела на меня испытывающе:
— Понимаете, что это значит, господин некромант?
— Это значит, госпожа Кира, — я устало потер глаза, — что у нас есть примерно месяц активного восстановления фермы, прежде чем нам придется крепко задуматься об источнике дохода. Ферма пока только жрет деньги и ничего не зарабатывает. Так что в монастырские развалины я пойду в любом случае. И камень добуду, и золотишком разживусь.
— Как скажете, — Кира явно была не в восторге от этого похода, вон как вздохнула.
— Наши сбережения я поручаю вести вам, если вы не против, — добавил я.
— Конечно, не против, — с готовностью кивнула Кира. — Спасибо за доверие,
Мое чутье некроманта тревожно звякнуло.
Я замер, прислушиваясь к ощущениям. В лесу, совсем рядом с границей поместья, появились посторонние. Не одинокий путник, не зверь. Несколько человеческих аур, двигающихся скрытно, перебежками.
Медленно переведя взгляд от разложенных на столе монет к окну, за которым уже сгустилась непроглядная темень, я ровным голосом произнес:
— Госпожа Кира, вам лучше сейчас побыть в доме.
Кира, до этого увлеченно сортировавшая серебро, замерла и подняла на меня глаза. — Займитесь упаковкой и сортировкой наших сбережений, — продолжил я, не сводя взгляда с черного квадрата окна. Я кивнул на оружие бандитов. — Подготовьте то, что мы послезавтра повезем на продажу в город. Мне как раз нужно будет смотаться в Сонмище, забрать у кузнеца петли и запор для ворот.
Пока я говорил, мое тело двигалось само собой. Старые, въевшиеся в мышечную память рефлексы. Я встал из-за стола, привычным движением поправил ножны и защелкнул на поясе крепление меча. Затем шагнул к углу, где были свалены трофеи, придирчиво выбрал самый хорошо сохранившийся трофейный арбалет и закинул на плечо тугой колчан с тяжелыми болтами.
Кира встревоженно посмотрела на мои приготовления. Ее пальцы нервно сжали край стола.
— У нас гости? — тихо спросила она.
Я щелкнул механизмом арбалета, проверяя натяжение тетивы. — Верно.
— Пожалуйста, хотя бы не идите один, — в ее голосе промелькнула неподдельная тревога.
Я усмехнулся, закидывая арбалет на сгиб локтя. — Конечно, нет. Куда ж я один? Прихвачу с собой Пятачка. Надо же ему выгуляться перед сном. Тем более, он всё равно ощущает себя собакой — вот пусть и поработает сторожевым псом.
Я подмигнул девушке и, толкнув дверь, шагнул в прохладную ночную темноту двора. Пора было встречать гостей.
* * *
Поместье Артура Горда
Соня, крепко сжимая в руках рукояти двух изогнутых сабель, вела свою бригаду в обход поместья. Ночной лес, пропитанный гнилостным духом Серой зоны, не пугал ее. Пугала скука.
Она чувствовала раздражение от того, что ей, отборному бойцу-физику, и ее парням, которых она нещадно гоняла на тренировках каждый день до седьмого пота, поручили такое непыльное дело. Брать какого-то фермера-недоучку? Дворянчика, беженца с севера? Да ее отряд мог бы городскую стражу или патрульных на куски порвать, а тут один сопляк на всё поместье. Ну что за бред?
Соня раздраженно поправила тугой рыжий хвост за спиной, чтобы волосы не лезли в лицо в случае драки. Впрочем, какая тут драка? Какое бы ни было плевое задание, это всё равно дело, а за дело барон Рокотов платит звонким золотом.
Позади нее, стараясь ступать бесшумно, шли двое ее бойцов. Они целенаправленно огибали главный дом, направляясь сразу к гостевому домику, где сквозь щели в ставнях пробивался тусклый свет масляной лампы. Соня заранее приметила удобный путь: они шли прямо к той прорехе в частоколе, где хозяин уже успел выкопать подгнившие бревна, но еще не вставил новые. Идеальный вход. Она была в кожаной безрукавке и шортиках — мускулистая и гибкая, но бойцы ее знали на своем опыте: смотреть на ее ножки не стоит, опасно, удар кулака мага-физика пробьет грудину.
Вдруг сзади раздался громкий, предательский хруст веток.
Соня резко обернулась.
— Не стойте столбом, болваны! — злобно зашипела она на своих людей. — Чего шумите, как…
Слова застряли у нее в горле.
Из густого подлеска, ломая кусты, как сухие спички, выскочил огромный, покрытый костяными наростами вепрь. Тварь неслась с пугающей скоростью, прямо на ее бойцов. Соня охреневшими глазами смотрела, как гигантский костяной набалдашник на конце хвоста мутанта со свистом рассек воздух и буквально располосовал одного из ее людей — крепкого, опытного физика — от ключицы до бедра.
Второй бандит даже не успел закричать, когда клыки вепря отбросили его в сторону,
