Ну а остальное…
Уверена, князь прогнозировал подобный исход. Не зря ведь предположил, что общение с его гостьями мне не понравится. Видимо, именно потому и не стал заморачиваться, придумывая титул и фамилию. В данном облике с «дальними родственницами» я точно никогда больше не встречусь. Это так же очевидно, как и то, что предложения руки и сердца от Разумовского не будет. А вот пожелание стать любовницей — скорее всего.
Погруженная в раздумья, не заметила, как очутились в отведенной мне комнате. Прикрыв дверь, Игорь шагнул ближе, осторожно обнял.
— Верни облик, — шепнул едва слышно.
Я крепко сжала кулон в ладони и мысленно скомандовала: «Отмена». А потом посмотрела в настороженные глаза мужчины. Он будто ждал от меня слов или действий. Зря беспокоится, не собираюсь его упрекать и уж тем более обвинять. Общаясь с «родственницами», князь вел себя поразительно корректно.
— Не волнуйся. Я все понимаю, — уверила тихо.
— Я рад, — вторя мне, отозвался Игорь.
Отчего-то на душе внезапно стало неспокойно. Предчувствие неумолимо надвигающейся беды тисками сдавило сердце. Перед тем как очутиться в чужом мире, я что-то подобное уже испытывала. Но сейчас тревога была несколько иной: не за себя, за кого-то другого.
Тем временем руки мужчины плавно скользнули по волосам и спине, лаская. А потом Игорь нежно провел тыльной стороной ладони по щеке, явно собираясь поцеловать.
— Тебе пора, — выдохнула ему в губы и отстранилась. — Доброй ночи.
Легонько взяв меня за подбородок, Разумовский долго-долго смотрел в глаза. Опять почудилось, словно что-то ищет. Очевидно, не найдя этого, он, грустно улыбнувшись, медленно опустил руку.
— Сладких снов, — произнес хрипловатым голосом и, резко развернувшись, вышел из спальни, плотно закрыв за собой дверь.
Проводив его взглядом, я печально вздохнула. Как же жаль, что обстоятельства сложились так, а не иначе. Игорь мне нравился все больше и больше. Если так и дальше продолжится, могу в него влюбиться, и потом опять придется мучиться.
Повернувшись к кровати, неторопливо разделась. Не желая идти в гардеробную за ночной сорочкой, в одних трусиках нырнула в постель, тщательно закуталась в одеяло, обняла подушку. На душе было удивительно паршиво.
Надо держать с Разумовским дистанцию — вот единственное верное решение.
Старательно отгоняя тревогу, принялась размышлять о делах насущных, но беспокойство мешало здраво мыслить.
Вроде ничего критичного нет, что же со мной происходит?! Видимо, совсем нервы ни к черту стали!
Вскорости усталость победила. В очередной раз широко зевнув, сама не заметила, как уплыла в царство Морфея.
* * *
В это же время
Несмотря на глубокую ночь, на руднике боярыни Изотовой вовсю шла трудовая деятельность. Гудела большегрузная техника, под ярким светом прожекторов то и дело деловито передвигались рабочие в спецодежде.
Выйдя из большого металлического ангара, темноволосый мужчина с заметным наслаждением расправил спину. Очередная ночная смена подошла к концу.
Сергей искренне радовался, что для них с Алексеем работа на руднике наконец-то закончилась. Правда, и для многих рабочих, заступающих сейчас на смену, она также станет последней. В прямом смысле слова. Впрочем, о планируемых разрушениях и неминуемых смертях мужчина ничуть не сожалел. Работа есть работа, и у каждого она своя.
Издалека увидев хозяина, к Сергею подбежал рыжий спаниель. Усевшись у ног, посмотрел с обожанием.
Наклонившись, мужчина ласково потрепал Лаки за уши. Пока он работал, пес отнес и зарыл последний артефакт.
«Умница. Как всегда, справился», — похвалил мысленно, с удивительной для его деятельности нежностью глядя в блестящие круглые глаза верного друга.
На руднике, кроме Лаки, собак не было. Однако умное животное непостижимым образом умудрилось расположить к себе охрану и стать любимцем многих трудяг буквально за несколько дней. Суровые воины не только пропускали спаниеля на рудник, но и даже украдкой баловали сахарными косточками и с удовольствием гладили. Никому из них и в голову не пришло, что дружелюбный пес таит опасность.
Собака зарывает в укромном уголке очередную подаренную косточку. Что может быть прозаичнее и невиннее? Сколько элитной охраны на этот трюк попалось, не сосчитать. Лаки — актер знатный.
А меж тем спаниель занес в своем ошейнике на строго охраняемую территорию множество смертоносных артефактов. Позднее по приказу хозяина часть из них украдкой прикопал в нужных местах.
Сергей усмехнулся и глянул на часы. Старший группы уже должен подниматься со своей сменой из шахты.
На долю щуплого Алексея выпало работать в забое. Но, естественно, не только добычей турина он там занимался. Незаметно установить артефакты в нужных местах, а сегодня еще и рассеять охровую пыль, задача крайне сложная.
Глянув на Лаки, Сергей неторопливо направился подальше от ангара. Лаки побежал следом. Отойдя на нужное расстояние, мужчина изобразил на лице жуткую усталость. Присев на небольшую кучку камней, принялся наглаживать пса, то и дело посматривая на вход в шахту. Для проходящих мимо охранников картина выглядела просто идеалистической: после тяжелого трудового дня хозяин рад встречи с другом.
Приближающегося мужчину Сергей заметил моментально. Не прекращая ласкать спаниеля, вроде бы случайно поднял голову и скупо улыбнулся. Этого человека он знал: они не только работали вместе, но и жили в соседних комнатах.
— Шикарная у тебя собака, Серега, — подойдя, добродушно произнес светловолосый худощавый мужчина лет пятидесяти.
— Есть такое, — не стал лукавить тот. — Устал сегодня зверски. Сил даже нет идти в общежитие, — вздохнув, он нарочито тяжело поднялся. Спаниель тотчас уселся у ног хозяина.
— В забое работенка и того хлеще, — уверенно сообщил собеседник. — Но и платят гораздо лучше, — он сокрушенно покачал головой. — Если бы здоровье позволяло, я б и сам пошел. Ты, пока молодой да здоровый, подумай о работе в шахте. Деньжат срубишь, — деловито предложил мужчина. — Вон, мой сын даже и не думает на поверхность переводиться. А смены постоянно самые тяжелые выпадают. Сегодня в четвертую опять идет. Мы спать, а он под землю. Но больших денег иначе и не заработать.
— Эх, деньги — это хорошо, — грустно протянул Сергей. — Но, скажу тебе по правде, Николай, — он таинственно понизил голос, — я вообще хочу уволиться. Попробовал и понял — не для меня такая работа. Силенок не хватает. Стыдно, конечно, а что поделать? — мужчина с неподкупной искренностью огорченно развел руками. — Сейчас помоюсь да на автобус. А утром дождусь открытия офиса и расчет заберу. Не выдержу я здесь больше, — едва слышно «поделился он планами» со словоохотливым коллегой.
— Так-то да, не каждый выдерживает, — с сочувствием похлопал его по плечу тот. — Ты не расстраивайся. Со всяким бывает. Пойдем, что ли, потихоньку? А-то, вон, охрана начала коситься. Из забоя мужики уже вышли, а мы все стоим.
Небрежно кивнув в сторону входа в шахту, Николай вразвалочку направился к дороге. Демонстративно свистнув Лаки, Сергей пошел следом за теперь уже бывшим коллегой. Вскорости мужчины смешались с толпой усталых шахтеров.
Словно ненароком очутившись рядом со старшим группы, Сергей привычно сделал вид, что они незнакомы. Без слов понимая хозяина, умный Лаки, тоже не реагируя на близость Алексея, просто шел рядом.
Перебрасываясь ничего не значащими фразами, часть мужчин направилась в баню. У входа в добротное здание, невзрачный, щуплый Алексей неожиданно громко сказал:
— Оторвусь сегодня! Сейчас помоюсь и махну в город. Там девочки!
Его поддержал дружный хохот усталых мужиков.
— Вот откуда в тебе столько сил-то?
— Ты ж с виду задохлик, а гляди-ка, еще и по бабам собрался!
Слушая добродушные подтрунивания шахтеров над Алексеем, Сергей незаметно отделился от группы работяг. Теперь он знал — старший справился.
