было не в обычном страхе перед темнотой — просто она давно уже перестала считать этот замок «самым безопасным местом в Британии».
— Проклятье, ну зачем Рону было именно так это высказывать?! — воскликнула вдруг Грейнджер, взмахнув левой рукой. Похоже, эту обиду она не смогла забыть так быстро, и ей требовалось высказаться. — Да, я виновата. Да, я ошиблась! Но думать, что я могла специально не помочь Гарри, просто стоять и смотреть, как он лезет в западню, чтобы что-то выгадать для себя или для другой команды… Он что, решил, что я совсем голову потеряла? Чёрт, мы с Матисом даже не встречаемся, откуда этот бред?!
— Неужели? — поинтересовался маг нейтрально. Сейчас ей требовалось высказаться, ему же было достаточно делать вид, что он внимательно слушает.
— Да! У него девушка в Шармбатоне осталась, он ей письма каждую неделю пишет — свитки фута по три-четыре. Может, прозвучит очень банально, но он мне — просто друг. Ну так уж вышло, что у нас совпали интересы. Ну, в конце концов, ты видел, чтобы мы хоть раз да просто за руки держались?
— Со стороны всё это выглядит иначе.
— Кому какое дело? Дураки пусть распускают слухи — ни его, ни меня это не задевает. Даже забавно было, такая вот игра, а уж как Скитер-то позорилась, придумывая про нас истории, одна другой нелепее… Но вот Рон — я считала, что он умнее. Хотя бы немного. Хоть чуть-чуть. А он устроил чёрт знает что. Да, всё произошло из-за меня… но я этого не хотела!
— Ты всё ещё считаешь себя опекуном Поттера? — нейтрально поинтересовался Кайнетт.
— А ты снова скажешь, что я никому ничего не должна? — в ответ спросила ведьма уже с лёгким раздражением в голосе. Продолжила торопливо: — Что это не моё дело? Что он сам виноват?
— Разумеется.
— Джеймс, — вздохнув и устало проведя рукой по волосам, она попросила уже тише: — Хотя бы сейчас не начинай на эту тему…
— Как будет угодно, — согласился маг.
— И давай без этого тоже. Ты бы ещё честь отдал. Это не приказ, я просто хочу, чтобы ты меня понял, а не подчинился, потому что я старше, — попыталась неумело она объяснить свой тон.
— Хорошо. Я понимаю, почему ты так считаешь. Я всего лишь не согласен с этим мнением.
— Пускай, хотя бы так.
Грейнджер оказалась права — лазарет действительно пустовал, только пара домовых эльфов быстро растаяла в воздухе, стоило студентам войти внутрь. Полностью убирать охрану было довольно легкомысленно, учитывая важность единственного оставшегося здесь пациента, но, возможно, директор знал что-то такое о врагах мальчишки, что позволяло не беспокоиться за жизнь Поттера прямо сейчас. Что сорванный ритуал уничтожил остатки души так называемого «тёмного лорда», к примеру? Но это звучало слишком хорошо, чтобы оказаться правдой.
— Гарри! — ведьма бросилась к единственной занятой кровати. Наклонилась над лежащим без сознания волшебником, осторожно коснулась его лица и намотанной на лбу белой повязки с парой проступивших пятен крови. — Слава богу, ничего серьёзного. Похоже, и правда такое же истощение, как было у меня. Гарри, прости… — добавила она тише.
— Я надеюсь, когда он очнётся, то услышит совсем не это. А что-нибудь о том, что ты не будешь возиться с ним, как с ребёнком, и дальше. И что пора научиться думать своей головой. По крайней мере, я так считаю, — заметил маг, подходя ближе.
— Главное, чтобы очнулся. А там я его отругаю так, что профессор МакГонагалл… нет, профессор Снейп позавидует! Так… так всех напугать! Насколько безответственным надо быть? — возмутилась ведьма, делая несколько торопливых шагов по проходу между рядами коек. Однако в её голосе слышалось облегчение.
Пройдя мимо неё, Кайнетт остановился рядом с кроватью. На первый взгляд, всё действительно выглядело неплохо. Нормальный цвет лица, ровное дыхание… Однако куда важнее было выяснить, что структура магических цепей не повреждена или на них не осталось каких-нибудь паразитов после сорванного ритуала. Мысленно просчитав стандартную мистерию, маг коснулся лба мальчишки, будто желая убедиться в отсутствии жара, и использовал духовное исцеление, оценивая состояние энергетической структуры волшебника.
В тот же момент, увидев и осознав результат, Арчибальд понял, что допустил непростительную ошибку. Его сложно было винить в этом — за два с половиной года знакомства с «героем Британии» они всегда держались отдалённо друг от друга, магу не представилось ни случая, ни необходимости проверить магические способности Поттера. Более того, не было даже повода поздороваться за руку или просто прикоснуться к нему, иначе бы он обязан был заметить что-то неладное уже давно. Качественные магические цепи, общий резерв, в теории, будет раза в полтора больше, чем у Грейнджер… И в общей структуре ярко выделяется посторонний элемент, больше всего напоминающий плохо сформированный магический герб — подсаженные в организм чужие прекрасно развитые магические цепи, ещё больше увеличивающие доступный потенциал и, кажется, содержащие фрагменты памяти, даже фрагменты личности. Это подобие герба объясняло доступ к другому стихийному элементу, помимо родных, объясняло ментальную устойчивость, а ещё оно объясняло, на что на самом деле был рассчитан тот ритуал. Он не проламывал стены, чтобы проложить путь к чужой душе, он всего лишь открывал дверь, давным-давно оставленную незапертой.
— Мы должны… — начал маг, быстро убирая руку. Однако ни закончить фразу, ни даже отвернуться он не успел, потому что в этот момент мальчишка очнулся и посмотрел ему в глаза совершенно чужим взглядом, полным уверенности и превосходства.
Кайнетт не успел подготовиться к полноценной атаке на разум, он никак не мог её здесь ожидать. Его демонстративный ментальный барьер разлетелся мгновенно, настоящие щиты под ним продержались секунду или две, но без возможности сфокусироваться на защите под тяжелым давлением поддались и они. Маг почувствовал чужое присутствие в голове, попытку прочитать мысли и одновременно подчинить себе, но это, кажется, длилось лишь доли секунды, прежде чем он смог отшатнуться в сторону, прикрывая лицо рукой и разрывая визуальный контакт, необходимый волшебникам для их легилеменции. Мгновенная передышка позволила восстановить защиту и принять решение о том, что же делать. Впрочем, тут как раз вариантов не было — чужак мог раскрыть его имя, его сомнительные поступки, даже мог бы увидеть его секреты и тайны семьи Арчибальд, если успел заглянуть достаточно глубоко. А потому выход только один, а с последствиями придётся разбираться уже потом.
Открытие цепей, простая манипуляция стихийным элементом, пусть теперь чужим, но всё ещё прекрасно знакомым. Короткий взмах рукой, с расстояния в пару футов лезвие ветра легко вспарывает подушку и матрас, но головы волшебника там уже не было — «Поттер» успел скатиться на пол, магией подбросив перед
