языке. Это был прикол покруче перевода, даже для избалованного нейронками организма — рот словно сам складывал нужные звуки в слова, язык и губы послушно принимали нужное положение. — Я не местный. Я вообще не отсюда. Долго обьяс…
— Дезертир, что ли? — родозрительно прищурился всадник, недвусмысленно опустив руку на рукоять висящего у седла меча. — Или беглый? Хотя уж больно чистенький.
Чистенький? Это после отдыха в канаве-то? Ну, видимо по местным меркам я выглядел действительно прилично.
— Я турист! — выдал первое, что пришло в голову. — То есть…путешественник. Странник, вот. Шел собачек посмотреть! Заблудился, и шел вот, искал дорогу.
— Путешественник… — Повторил всадник с такой интонацией, что сразу ясно стало, не верит он мне лично, в гробу видал всех путешественников в целом и вообще — сейчас будут проблемы. — Класс какой?
— Чего?
Класс, спрашиваю, какой, придурок⁈ И уровень. — ОН явно начал терять терпение, что с учетом ситуации было даже объяснимо. Мне, правда, не нравилось, но меня и не спрашивали.
— Я…менеджер. — честно ответил на вопрос. Среднего звена.
Не знаю, что в его понимании означало слово «менеджер» и как его перевел волшебный переводчик. Но, судя по тому, как перекосило его рожу, ничего хорошего.
— Пустышка, еще и перестарок, — вынес вердикт он и махнул рукой подтянувшимся пешим сопровождающим. — Этого тоже в ополчение, выдайте чего найдете.
— Стоп, стоп, стоп. — Я выставил перед собой руки, как будто это могло остановить здорового вооруженного мужика на лошади. — Какое, нафиг, ополчение⁈ Я никуда не записывался, я даже не служил — у меня белый билет. И вообще, я не местный, к вашим разборкам отношения не имею. Так что спасибо, но вынужден отказаться. Имею право.
Похоже, мне удалось рассмешить всадника.
— Имеешь, конечно, — весело хрюкнул он. — Ополчение — дело добровольное. Хочешь — вступай, не хочешь — повесим.
Ну, стоит признать, рекрутер из мужика получился неплохой — из предложенных вариантов я выбрал тот, где меня не убьют прямо сейчас.
— Ладно, тогда я доброволец.
— Вот и молодец…путешественник, — одобрительно кивнул всадник, мигом потеряв ко мне всякий интерес и поскакал дальше. Видимо, отлавливать следующих добровольцев.
А ко мне подвалил угрюмый лысый мужик из пеших и сунул в руки палку с привязанным к ней куском вроде бы острого железа — видимо, это было копье, только очень уж бюджетной модификации. Пока я рассматривал сие оружие возмездия, лысый толчком в спину отправил меня в строй, к остальным таким же бедолагам.
Копье, кстати, не внушало. И не впечатляло. Полное говно это было, а не копье, если честно — кусок отвратительного железа, прикрученный не менее отстойным ремешком к кривой палке. Возможно, это были знаменитое болотное железо и не менее знаменитая сыромятная кожа, и какой-нибудь реконструктор раннего железного века забрызгал бы штаны от счастья. Но мне не нравилось. Я держал эту хрень в руках и уже скучал по дому, потому что даже те, кого я дома считал откровенными упырями и уродами очень даже выигрышно смотрелись на фоне моего нового начальства. Да и на работу свою я зря батон крошил, теперь есть с чем сравнивать.
Нас согнали в кучу…ну, попытались в строй, но получилось, все же в кучу, сложно было ожидать другого от толпы заросших оборванных мужиков и меня, такого умного и красивого. Ладно, объективности ради мужики эти, хоть и выглядели неприглядно даже по меркам земных бомжей или удаленщиков, явно понимали в происходящем поболее меня. Вот только понимание их это не радовало, если не сказать больше. Кто-то уже хлюпал носом, кто-то стекленело смотрел в одну точку, кто-то пытался молится — откуда-то я понимал, что получается у него очень плохо, зато от души. Парень рядом со мной — моложе меня как бы не вдвое, а грязнее и вонючее на порядок, трясся так, что его копье, казалось, отбивало чечетку.
Я же стоял среди них и пытался не паниковать. Получалось так себе.
— Слушай сюда! — Привлек внимание толпы еще один всадник, видимо самый главный. Во всяком случае, доспех у него был самый нарядный, голос громкий и даже борода расчёсанная. Хотя, возможно это просто был средневековый метросексуал.
— Рядом с Бочарным открылся Разлом! — продолжил метросексуал. — Первая волна уже выплеснута, и скоро пойдет на деревню! Умных тварей в ранних волнах не будет, особо сильных тоже — смять вас не должны, обойти не догадаются. Ваша задача — встать здесь, вот на это гребне, и держать их! Держать столько, сколько сможете! С заставы уже выслали отряд бойцов, они скоро будут! Ваше дело — выиграть им время!
Ага. если перевести с пропагандонского на человеческий -мы должны сдохнуть на этом пригорке. Желательно не сразу, чтобы пока нас будут жрать уже виденные мной собачки, а может и кто еще, сюда успели подойти те, кто действительно умеет сражаться. А пара десятков удачно подвернувшихся бродяг всего лишь мясная затычка, прокладка между тварями и имуществом местного феодала. Расходный материал, от которого много не ждут — зато и не жалко. А уж если какого монстрика пришибем — так вообще песня, местной группе быстрого реагирования меньше работы будет.
В целом, я даже понимал такую математику, с практической точки зрения просто великолепный размен. Вот только один момент мне не нравится в этой, так-то рабочей схеме. Один из двух десятков бродяг — это я.
Глава 2
Мы заняли позицию на гребне холма. Ну как мы — так и не представившиеся всадники согнали свежих ополченцев, стимулируя слишком, по их мнению, неторопливых. Очень к месту вспомнилось происхождение слова «стимул» — палка которой подгоняют скот. Символичненько. Идти было недалеко, метров двести, но не сказать что удобно. Ноги скользили на влажной земле вперемешку с камнями, вроде бы небольшое копье оказалось тяжелым, неухватистым и уже успело натереть ладонь. Молодой парень таки сделал выбор, и попытался дать деру — рванул с неплохой такой скоростью по направлению к лесу. Неплохой скоростью для пешего, конный догнал его играючи, невидимым из- скорости взмахом чего-то типа шашки снес беглецу голову, чуть склонившись с седла подхватил ее за волосы, и вернулся к нам.
— Эта падаль легко отделалась. — Для убедительности
