рублей на человека.
— Завтра когда подходить? — деловито спросил работник, убирая деньги в карман.
— Пока сам не знаю. Аристотель занимается проектом, уточняйте у него.
Затем отправился к цеху. За день парни натаскали приличные кучи технического лома, но с новыми возможностями кайла, я разобрал все эти кучи на химические элементы за какие-то полчаса.
— Заканчиваем на сегодня, — распорядился я, — Грузите слитки в тачки. Поедем сдаваться.
В пункте приема Арнольдыч все взвесил. Я получил расчет от него, и сам расплатился с добытчиками.
— Дядь Вик, ты сегодня торопишься, — констатировал Мотька, когда мы вышли из здания пункта.
— Есть такое, Мотька. У меня на вечер назначена встреча. Нагреешь мне воды для бритья?
Мотька понимающе хмыкнул.
— Красивая? — спросил он с хитрым прищуром.
— Красивая-красивая… все тебе знать надо.
Вымыл голову под холодной водой, зато с мылом, побрился, надел выходную перуанку, бриджи и сандалии. Сделал все, что мог. Сам я красивей уже не стану. Вышел из Ривьеры и направился в сторону города. В компьютере у Арнольдыча посмотрел, что пересечение Серова-Репина — почти центр города, добираться придется далековато.
Тормознул попутку. Водитель ржавого Опеля согласился подвезти за пятьсот рублей. Дороговато, но пришлось согласиться. В восемь двадцать я стоял возле кафе Арт-Студия. На улице стемнело, а внутри кафешки все помещение было хорошо освещено желтым уютным светом. Через ростовые окна я видел находящихся там людей.
Похоже, название кафе не случайно. Здесь собираются люди искусства. Каждый одет по своему собственному предпочтению без оглядки на общепринятые стандарты. У одного посетителя на голове нахлобучен берет немыслимых размеров, у его соседа шея в несколько слоев замотана кислотно-желтым шарфом. У девушки, сидящей за столиком у самого окна, джинсы были в рукотворных дырах с нарочито небрежными полуоотодранными свисающими лоскутами.
Я догадался, что Аврора с умыслом выбрала это место. Она не знала, как я буду одет, возможно, допускала, что приду в своей рабочей одежде. Но в этом обществе даже в грязных до черноты джинсах я бы не выглядел слишком уж чужеродно. Молодец Аврора, проявила предусмотрительность.
Ее привезла большая черная машина. Высадила и сразу поехала дальше. Увидев меня, Аврора заулыбалась.
— Здравствуй, Вик, — она показала большой палец, — Отлично выглядишь.
Глава 25
— Ты выглядишь потрясающе, Аврора. У меня в голове не укладывается, как я мог принять тебя за парня подростка.
— Наверное, всему виной моя гениальная актерская игра и искусство перевоплощения? — предположила она.
— Точно. Как я сразу не догадался.
Мы зашли в кафе и заняли столик в глубине зала. Аврора заказала кофе, я не стал оригинальничать, тоже попросил кофе.
— Как твои дела, Вик? Ты говорил, хочешь заняться бизнесом.
— Так и есть. Я теперь бизнесмен. Разве не похож?
— Скорее ты похож на бандита, чем на бизнесмена. Что у тебя за бизнес, если не секрет?
— Собираю на свалке свинец и олово.
Аврора рассмеялась.
— Ну и как, прибыльное дело?
— Зря смеешься. Пари я у тебя выиграю.
— Вик, сделай одолжение, не вспоминай про пари.
— Извини. Брякнул, не подумав… я в самом деле не ожидал твоего звонка.
Видимо, не смог скрыть досады, Аврора заметила, как я помрачнел.
— Что? Думаешь, я тебя просто использовала, а потом просто вербовала? Ничего личного, просто… служба. Так, Вик?
— Да, именно так я и думал. Уж извини, не люблю ходить вокруг да около. Предпочитаю сразу говорить, как есть.
— Ты и сейчас думаешь, что я позвала тебя в кафе ради вербовки, — произнесла она с горечью в голосе.
— Ну… надежда умирает последней. Но в целом да. Именно так я и думаю.
— В таком случае, Вик, я сразу сообщу тебе все, что должна сказать в рамках вербовочных мероприятий, а потом мы просто попьем кофе. Просто посидим и повспоминаем, как сидели ночью у костра на берегу моря.
— Как скажешь, — я вздохнул, — Просто посидеть, я не против.
— Прошел слушок, Вик, что на побережье появился зерг с особыми способностями.
— Эка невидаль, — прокомментировал я.
— Во-первых, да, невидаль. Но главное не это. Этот зерг кустарным способом плавит тот самый свинец и олово, да так ловко плавит, что получает чуть ли не стопроцентно чистый состав. Представляешь? Целый химкомбинат не способен получить состав такой чистоты. Этот зерг прямо — золотое дно. Не находишь?
— Кто-то не поленился сделать спектральный анализ слитков, — предположил я.
— И спектральный тоже, — подтвердила Аврора, — Так вот, Вик, этим зергом заинтересовались серьезные и очень опасные люди.
— Да-да, понимаю. Отсюда вывод: мне надо срочно записываться в твою диверсантскую школу, где меня не достанут нехорошие злые дяди.
— Будь осторожен, Вик. Хотя бы просто будь предельно осторожен.
— Это все?
— Все… хотя нет. Есть еще кое-что.
— Слушаю.
— Если погибнешь по бараньей своей упертости, я тебе этого не прощу. Вот теперь все. Теперь просто сидим и болтаем.
Мы просто сидели, болтали и смеялись. Я вспоминал, как называл ее Аврелием. Она соглашалась, что имя нелепое, но ничего другого в голову ей в тот миг не пришло. Еще она вспомнила, что имя Аврелий я произносил с таким серьезным видом, что ей постоянно приходилось сдерживаться, чтобы не хохотнуть. Мы отлично провели время, а потом я пошел ее провожать. Довел до того самого особняка с высоченной стеной и охраной.
— Ну вот и все, — сказал я, — Передаю тебя в надежные руки бдительного бойца.
— Спасибо за вечер, Вик.
— Это тебе спасибо. Теперь буду надеяться, что ты снова мне позвонишь. Пусть даже в очередной раз предупредить об опасности. К черту опасности. Вечер с тобой того стоит.
Аврора приблизилась ко мне, чмокнула в щеку, обдав одуряющей волной, и упорхнула в калитку. Боец с лязгом закрыл за ней дверь, оставив меня на улице одного.
Время было не позднее, отправился обратно пешком. Весна набирала силу. В этой части города совсем не пахло свалкой, я никак не мог надышаться этим воздухом. Наверное, этот дурманящий воздух теперь всегда будет ассоциироваться у меня с Авророй. Шел, мечтая, что когда-нибудь удастся очистить побережье от зловонного мусора, чтобы люди могли загорать на пляже и купаться в чистом море.
До пригорода дошел в начале двенадцатого ночи. Как раз к тому времени, когда путаны
