Гонца в столицу уже послали. Церемонию вхождения на трон надо будет слегка переделать, всё-таки Дайцин теперь не империя, а провинция. Пусть и главная. Но там об этом позаботится главный распорядитель церемоний Сю. Если, конечно, он предпочтёт служить, а не умереть.
— Посмотрим, как они там город подготовят к нашему приходу, — кивнул я ему в ответ. — А то как бы не пришлось его штурмовать.
— Не думаю, что до этого дойдёт, мой император! — он показал глазами на склонённые передо мной фигуры. — Все, кто мог оказать хоть сколько-то достойное сопротивление, здесь. Самые известные военачальники Дайцин у твоих ног, повелитель. Может, если только маги…
— Давайте уже начнём совет, — проговорил я громко. — Прошу всех встать и сесть за стол. Мне так будет удобнее видеть ваши лица, а не затылки.
Длинный стол успели составить из нескольких столешниц, и теперь за ним сидели как мои старые соратники — Мархун, Гракх, Мунук, Рилдар, — так и эти новые «приобретения» в шелках и ламеллярах. Не хватало только Баян-Саира и разведчиков.
Военная бюрократия в империи Дайцин насчитывала тысячелетнюю историю и славилась своей монументальностью и торжеством буквы закона. Ей под стать была только военная машина Железной империи, с её множеством протоколов и инструкций на все случаи жизни. Но если в Ферруме уклон был в сторону инженерной мысли, идеально сбалансированной между использованием в войне людей и механизмов, то в Дайцин основной ударной силой всегда были люди. Поэтому управление большими массами народа во время военных походов тут довели до совершенства. И это было проблемой.
Если со своими степняками или орками мне достаточно было просто указать направление и поставить задачу моим полутысячникам, то для управления войском из пятнадцати тысяч легионеров и почти тридцати тысяч ополчения мне нужно было влезать в эту бюрократию.
— Генерал Вин Кунь, — я посмотрел на старика. — Сколько времени может потребоваться легионам, чтобы выйти на марш к столице?
Вин Кунь выпрямился.
— Мой император, согласно уставу Третьего эдикта, для передислокации пятнадцати полных легионов требуется три дня на свёртывание лагеря, выдачу сухого пайка, проверку обозных телег, подковку вьючных животных и распределение воды.
— Три дня? — Гракх хлопнул ладонью по столу. — Да мои орки за это время добегут до Небесного Трона, вырежут там всех и вернутся обратно с добычей!
— Мы не в степи, Гракх, — я осадил орка жестом. — Здесь другие правила. Ли, что скажешь?
Ли, сидевший по правую руку от меня, задумчиво вертел в пальцах пустой кубок.
— Генерал Вин Кунь прав в рамках доктрины бывшей империи. Но у нас нет трёх дней. Если мы застрянем здесь, нам скоро нечем будет кормить войска. А без жёсткого контроля в столице может подняться паника, которая скоро захлестнёт весь Дайцин. Нам нужно выдвигаться максимум через сорок восемь часов.
— Это нарушение протокола снабжения, — возразил Вин Кунь, но уже без былой уверенности. — Легионеры будут недовольны.
— Они будут сыты, если мы захватим столичные склады до того, как их успеют сжечь толпы обезумевших горожан, — я облокотился на стол, вглядываясь в лица генералов. — Слушайте меня. Мы выходим послезавтра. Вы забываете про этот ваш Третий эдикт и начинаете работать головой. Главный наместник Ли посоветует вам, как составлять обозы. Часть запасов мы оставим здесь, под охраной ополчения.
— Они разграбят их в ту же ночь, — подал голос Мунук.
— Значит, мы оставим здесь сотню твоих копейщиков для «присмотра», — я перевёл взгляд на легатов Дайцин. — Теперь о тактике. Легионы пойдут прямо по центральному тракту. Кавалерия и орки Гракха обеспечат фланги. Молох пойдёт в авангарде.
— Древолюд напугает жителей провинции, — заметил тот же Вин Кунь. — Это может вызвать волнения в деревнях.
— Пусть боятся, — отрезал я. — Страх лучше, чем сопротивление. Теперь по существу: Ли, что ты там говорил про магов?
Ли выпрямил спину.
— Башня магов в Небесном Троне — это действительно та ещё задачка. Если маги не признают твою власть, мой император, то Бессмертный мудрец может закрыть город куполом отрицания. Пробивать его силой очень трудно. Я слышал, что в Башне есть большие запасы Эфира. Древолюд, возможно, и сможет повредить купол, но лезть на него напролом — значит положить половину армии, да и жители города сильно пострадают. Нам нужно послать туда кого-то, кто сможет договориться с советом магов и мудрецом до нашего прихода.
Все посмотрели на единственного волшебника за столом. Этот старик отвечал в войске императора за магические атаки и был единственным, кто остался в живых. И то только потому, что прибыл с войском из Последнего Оплота и не участвовал в ночном сражении.
— Жуэнь, — обратился Ли к магу. — Сможешь договориться о лояльности столичных магов?
Старик поклонился, сложив руки в широких рукавах.
— Волшебники ценят Эфир и свои привилегии гораздо больше, чем память о Лун Вэе. Если им пообещать, что новый император сохранит их доходы и не станет вмешиваться в ритуалы… я думаю, они сами откроют ворота. Я попробую их уговорить.
Я увидел поднятую руку одного из генералов, имя которого я ранее не запомнил, и кивнул ему, предлагая высказаться.
— Есть ещё Мэйлинь, — проговорил тот. — Третья жена покойного императора и мать единственного наследника Лун Вэя. Она хитра и имеет влияние на дворцовую гвардию.
— Мэйлинь — женщина, — пренебрежительно бросил Вин Кунь.
Похоже, генерал совсем не уважал слабый пол.
— Эта «женщина» пережила пять заговоров, половину из которых, наверняка, сама и устроила, чтобы упрочить свои силы при дворе, — парировал Ли. — Не недооценивайте её. Мой император, я предлагаю отправить вперёд небольшой отряд. Без знамён. Чтобы оценить обстановку во дворце и довезти досточтимого Жуэня до Башни магов.
— Согласен, — я встал, давая понять, что совет окончен. — Генерал Вин Кунь, принимай командование южной армией. Через два дня легионы должны стоять на тракте. Гракх, твои орки обеспечат разведку на день пути вперёд. Ли, ты возьмёшь два легиона и пойдёшь в Последний Оплот. Тело Лун Вэя поедет с нами в столицу, а ты напиши манифест от имени моих генералов, чтобы гарнизон крепости не сопротивлялся новой власти. И подготовь текст указа о помиловании для тех, кто добровольно признает мою власть. Если они не послушают — поступай так, как считаешь нужным. Но нам нужен свободный переход
