лотоса. Крыса внимательно выслушала и заверила, что сделает все возможное, чтобы добыть этот ингредиент.
Оставив ее на своей кровати, я прошел на кухню и набрал угощений: кусок сахара, соленое печенье, несколько орешков и оладушку из овсяной каши. Крыса с благодарностью приняла всё и жадно начала есть.
Вскоре послышались голоса. Вернулись Иван с Анной, и крыса, попрощавшись, юркнула в свой угол. Я ожидал, что Авдотья тут же ринется рассказывать о произошедшем, но тут дверь моей комнаты открылась и показалась голова бабки.
— Отцу о случившемся ни слова, — шепнула она. — Сам понимаешь.
— Понимаю, — кивнул я.
Все-таки Авдотья — мудрая женщина. Знает, когда что можно говорить и о чем лучше промолчать.
Во время ужина Иван и Анна восторженно рассказывали, что растения на полях будто подменили. Теперь там не жалкие чахлые ростки с пожелтевшими листьями и тонкими стеблями, а пышущие здоровьем растения.
— Даже не верится, что навоз со свинарника… — начала было Анна, но, перехватив взгляд Ивана, замолчала.
Мужчина повернул ко мне голову, отложил ложку и спокойным голосом спросил:
— Егор, это снова твои «штучки»?
Я решил, что не стоит отпираться. Всем ясно, что никакое удобрение не способно за несколько дней так изменить посевы.
— Да, — кивнул и продолжил есть кашу со свиными шкварками.
— Что именно ты сделал? — осторожно поинтересовался он.
Я оторвался от своей тарелки и увидел, что все замерли и смотрят на меня. М-да, похоже, им нужно время, чтобы осознать, что я не обычный человек, а маг с источником силы.
— Просто поделился своей энергией, — пожал плечами.
— Как именно ты это сделал?
— Если хочешь, я могу показать, — предложил ему, с аппетитом уплетая соленые поджаристые шкварки.
— Хочу. Когда пойдем? — оживился он.
— В полночь.
Мужчина кивнул и вернулся к ужину. Первое время все молчали, пытаясь осознать все то, что происходит со мной, и осмысливая мои способности, но потом расслабились, и разговоры продолжились.
После ужина я занялся фигуркой льва, а Иван слонялся по дому, не зная, что делать до полуночи. В конце концов взял книгу про пиратов и окунулся в чтение.
Доделав нос, я взялся за массивную челюсть. Решил сделать его губы чуть изогнутыми, будто он снисходительно улыбается, глядя на своего владельца. Однако, когда приступил к делу, не сдержался и сделал оскал, обнажив клыки. Теперь мой лев олицетворял все дикое могущество хищников.
Когда думал взяться за округлые уши, обрамляя их гривой, взглянул на часы и отложил поделку. Пора. Уже полночь. Время за работой, как обычно, пролетело незаметно.
Иван посмотрел уставшим взглядом, когда я появился в дверях кухни.
— Идем.
Я накинул на плечи куртку, засунул ноги в высокие сапоги и вышел на улицу. Иван последовал за мной.
Сначала мы шли молча, но у меня из головы не выходил безумец из леса, поэтому я решил это обсудить с Иваном.
— Как думаешь, что случилось с Ефимом? Почему он вдруг обезумел?
— Не знаю. Может, у него уже давно «фляга свистела», просто никто не замечал. Может, поэтому он и не вернулся к людям, а ушел в лес, — он пожал плечами.
— Раньше такое бывало?
— Что именно? — Иван озадаченно посмотрел на меня.
— Раньше люди пропадали в Дебрях?
— Постоянно. Не то что отдельные люди — несколько лет назад целый караван пропал. Правда, потом нашлись повозки и машины, но людей там уже не было.
— На караваны, наверное, краты нападали, — предположил я.
— И это тоже. Но когда нападают краты, там море крови, все разломано и растерзано. А в тот раз люди просто пропали. Будто ушли.
— И никто не вернулся?
— Нет. Разом пропали почти тридцать человек.
— Неужели их никто не искал? — удивился я.
— Искали конечно. Но никого не нашли.
Мы какое-то время шли молча, но я снова не выдержал и продолжил задавать вопросы.
— Помнишь, ты говорил, что видел кого-то на двух ногах. Это мог быть человек?
— Не знаю, — задумчиво проговорил он и чуть не свалился, когда протез угодил в ямку в траве. — Будь оно неладно!.. После того как этот Ефим смог столько времени прожить в Дебрях, я уже ничему не удивлюсь. Но раньше я не встречал человека, который смог бы прожить несколько дней в лесу. Если честно, когда ты пропал и Глухарь признался, что кто-то усыпил его, отпер дверь в воротах и вышел на улицу, подумал, что ты уже мертв. Мать твоя настояла на том, чтобы я заплатил подпевалам наместника за твои поиски. Сам я не надеялся живым тебя увидеть, — с горечью проговорил он и покосился на меня.
Я будто почувствовал всю боль, что он испытал, когда Егор так необдуманно поступил, убежав в Дебри. Он был всего лишь мальчишкой, который хотел всем доказать, что на что-то способен. Но больше всего он хотел доказать своему отцу, что уже вырос и может позаботиться о себе. К сожалению, у него ничего не получилось и парень погиб от ужасной раны на боку.
Мы дошли до полей. Я присел и опустил руку в землю. Иван же стоял поодаль и пристально наблюдал за мной. Энергия побежала по руке и ринулась в землю через ладонь. Я так погрузился в этот процесс, что забыл про Ивана. Поэтому, когда он подал голос, от неожиданности вздрогнул.
— Это ты так делаешь? — настороженно спросил он.
— Ты о чем? — Я повернул к нему голову, продолжая свое дело.
— Об этом, — прошептал он, и тут я тоже почувствовал.
Земля дрожала. Такое ощущение, будто началось небольшое землетрясение.
— Нет, не я.
Вскочил на ноги и осмотрелся. Тишина. Но земля продолжала мелко дрожать.
— Раньше такое бывало? — почему-то шепотом спросил я.
— Никогда, — также шепотом ответил Иван.
И вдруг в это самое время издали, со стороны Первой улицы раздался глухой, протяжный рев, наполненный звериной яростью и напоминающий раскат грома. Судя по звуку, это просто гигантский крат.
Дрожь земли между тем увеличилась, и стало ясно, что это из-за тяжелых шагов исполина.
— Надеюсь, он пройдет мимо, — встревоженно проговорил Иван. — Пошли домой. Мать будет волноваться.
Я согласно кивнул, поднялся на ноги и, отряхнув колени, пошел рядом с Иваном. Когда мы уже подходили к дому, гигант снова взревел. Его крик звучал так сильно и так близко, что казалось, будто он совсем рядом. Стало очень тревожно. Но не за себя, а за всю общину. Если крат догадается ударить по воротам, то те просто разлетятся на мелкие щепки от натиска такого огромного существа.
Как только я об этом подумал, послышался глухой сильный удар, но не в ворота,
