я.
— Адская машина, — упрямо повторил Грубин. — Нарушаются все нормы по допустимому уровню шума…
— Я и не знал, что они есть.
— Ещё как есть, — развил успех бывший помощник губернатора. — И я вам легко это могу доказать. Как и то, что шуметь после десяти вечера не положено.
— Улицы необходимо патрулировать, — возразил я. — В целях общей безопасности.
— Патрулируйте, — милостиво разрешил пенсионер. — Но только не мою улицу. Или сделайте так, чтобы по ней ходили люди, а не эти металлические болваны. Ведь невозможно ж терпеть! Я старый человек, заслуженный работник муниципалитета! У меня вся стена в грамотах! Имейте уважение! И я ещё хотел с вами поговорить насчёт вывоза мусора…
Не выдержав, я просочился сквозь Грубина, врубив проницаемость, и, пока тот не опомнился, быстро зашагал в сторону периметра.
Бросил через плечо:
— Мой секретарь рассмотрит ваши жалобы, Павел Яковлевич!
— Вы мне эти фокусы бросайте, молодой человек! — заорал мне вслед Грубин. — Секретарей он мне, понимаешь, развёл! Плавали-знаем! Сплошные отмазки! Но я это так не оставлю! Я пойду дальше и выше! Я найду на вас всех управу!
Когда я пересёк линию периметра, крики постепенно утихли.
Вот же вредный старикашка! Сразу вспомнились некоторые из моих соседей из полузабытой советской эпохи. В детстве родители постоянно ругались с одной сумасшедшей бабкой, я же предпочитал убегать на заброшенный пустырь и упражняться там с кухонным ножом, который выносил из квартиры в холщовой сумке…
На дорогу я обычно тратил не меньше сорока минут.
Зависело от выбранной локации.
В этот раз справился быстрее, потому что спешил. Хотелось ещё выспаться, ведь с завтрашнего дня начинается охота. Да и Мастера способны преподнести сюрприз в любую секунду.
Добравшись до привычного «стрельбища», я натянул очки-консервы, распаковал АШ-12, вставил магазин и приступил к расстрелу жестяных банок. Мне нужно было отработать именно ночной режим боя с множественными целями, что я и сделал. Для экономии патронов выбрал одиночный режим. Перемещался по чётко выверенным траекториям, стрелял в полный рост, с колена и лёжа. Навесил подствольный фонарик и провёл ещё одну сессию. В целом остался доволен, хотя и расстрелял весь магазин. Патроны были обычные, не каббалистические. Но даже их жалко, так что я работал очень аккуратно.
Вернулся в усадьбу поздно вечером.
Посёлок уже погрузился во тьму. На небе проступили по-осеннему яркие и чёткие созвездия юга. В горной местности, если нет солнца, холод ощущается уже вечером. Так что я ни секунды не пожалел, что отправился на стрельбище в комбинезоне Михалыча.
Стоило мне переступить порог, как посыпались новости.
Удалось предотвратить поджоги на ещё двух складах. Скрутили курьера психопата, попытавшегося зарезать управляющего главным отделением «Стрижа» в Самарканде. Обезвредили каббалистическую ловушку в отделении Екатеринбурга. И всё это — за три-четыре часа. Ещё один странный случай произошёл на горной трассе между Тифлисом и Фазисом. Водитель фуры, доставлявшей товары на пункты выдачи, неожиданно съехал на обочину, а затем начал выгружать всё, до чего смог дотянуться и скидывать с обрыва. В итоге дурачка повязала дорожная полиция. Сейчас там идёт разбирательство, но в протоколе записано следующее: «Утверждает, что всё это ненастоящее, потому что происходит во сне. Требуется психиатрическое освидетельствование. Запрещённых веществ в крови не обнаружено».
Мужик, безусловно, сорвал кучу доставок.
Но при этом фура и большая часть тяжёлых товаров уцелели. Мебель, бытовая техника — всё это водитель не сумел вытащить наружу, поэтому в обрыв летела разная мелочь. Кухонные сервизы, книги, косметика, вазы и тому подобное.
В целом, я пришёл к выводу, что усиление мер безопасности принесло желаемые плоды.
Так я думал до полуночи.
А потом мне сообщили о том, что какой-то геомант устроил локальное землетрясение в Эривани, сровняв с землёй целый складской комплекс.
Мой комплекс.
И после этого внутри начала подниматься волна ярости.
Геомант сумел скрыться, его не поймали. Значит, этот ублюдок — часть тайного общества, бросившего мне вызов. Силовое крыло.
— Не хотите по хорошему — будет по плохому, — процедил я сквозь зубы.
Хотя фраза, наверное, не имела смысла.
Потому что я с самого начала решил обойтись с Сонными Мастерами по плохому.
Глава 23
Я сидел в удобном кресле, закинув ногу на ногу, и просматривал весёлые картинки.
Для удобства закрыв глаза.
Картинки мне сбрасывал Федя через Ольгу, а получал он их от своей призрачной проекции. Делать дубля материальным мы не стали — это не имело практического смысла. Сейчас мы просто наблюдали.
За корреспонденцией из боксов прибыли инкассаторы.
Нет, я не шучу.
Реальные инкассаторы, как в банке. Только с имперской символикой. При этом ребята были вооружены резиновыми полицейскими тонфами и боевыми ножами в набедренных чехлах. Имелись накладки и прозрачные ростовые щиты — такие обычно используют для разгона демонстрантов.
Микроавтобус почтальоны-боевики подогнали к чёрному ходу со стороны закрытого двора, поставили чуть ли не вплотную к дверям и откатили боковую дверь. Водитель остался в кабине. Боец с ростовым щитом занял позицию у распахнутого настежь салона. И ещё двое инкассаторов отправились за корреспонденцией.
Федя активировал метку.
Проекцию моментально притянуло к боксу, в который мы запихнули письмо накануне. Я не знаю, что оружейник испытывал, но через пару минут он заявил, что не может отвести дубля от конверта дальше, чем на полтора метра. И это, по его словам, не очень приятно.
Почтовые инкассаторы ввалились в комнату с боксами, вооружившись големом и здоровенным ящиком на колёсиках. Ящик, судя по всему, был металлическим. Голем закатил эту штуку в центр помещения, а один из почтальонов склонился, чтобы набрать цифровой код на барабанчике. Откинув крышку, он сделал знак своему напарнику, и тот встал у двери, положив руку на тонфу. Чётко, без суеты и лишних движений. Сразу видно профи.
Я бросил взгляд на часы.
Начало первого.
Значит, выемка производится не в конце рабочего дня, а перед обедом. Что ж, ещё лучше. Ночью приятнее спать, а не гоняться за дирижаблями.
Почтальон методично открывал боксы, пользуясь для этого универсальным кодом. Упаковывал в большие серые конверты, на которых шариковой ручкой писал какие-то цифры. В нескольких ящиках лежали ценные бандероли и посылки — их инкассатор пометил специальными стикерами. Содержимое боксов незамедлительно отправлялось в контейнер. Проекцию, естественно, никто не видел.
Удивительно, но мужик справился за полчаса.
Плюс-минус.
Я не учёл того простого факта, что большая часть камер хранения будет пустовать. Оно и понятно —
