сейчас я ждала с опаской ответа тёти Кати, тут все так по-разному реагировали на слова о вере.
— Крещёная, Мариночка, крещёная, — ответила тётя Катя. — Только в Бога то я не очень верю. Не приучили. Бабка моя — покойница меня окрестила тайком от родителей. Очень, говорили мне, набожной была. Померла только рано, не помню я её уже. А родители у меня не верующие были.
Тётя Катя замолчала ненадолго, погрузившись в воспоминания, потом встрепенулась и спросила:
— А ты зачем интересуешься-то?
— Хочу тебя попросить стать моей крестной матерью, — ответила я.
Тётя Катя посмотрела мне в глаза и тихо заплакала.
Глава 53. Марьяна
— Эх. Жаль, я не крещёный, — подал голос Саня. — А то стал бы крестным у твоего Даньки.
«Какое же счастье, что ты не крещёный*», — подумала я и почувствовала, что щёк мои горят от тех мыслей, что кружились сейчас в голове, а вслух сказала:
— Да, жаль, конечно.
— Ты чего вдруг покраснела, подруга? — спросила Ольга. — С тобой всё в порядке?
— А ты, Оль, крещёная? — спросила я, специально переводя разговор на другую тему.
— В крёстные к Данечке меня позвать хочешь? — хитро улыбнулась подруга. — Только тогда и ты моему младшенькому крёстной будешь.
— Договорились, — кивнула я и добавила. — А теперь, гости дорогие, давайте откушаем того, что вы тут наготовили.
Следующие дни пролетели во всяких заботах.
Во-первых, мы с Ольгой съездили в какой-то ЗАГС и оформили документ на ребенка. Свидетельство о рождении называется. Там были какие-то сложности, так как у нас не было паспорта муженька, но добрая тётенька пошла нам на встречу, услышав от Ольги про мою ситуацию.
Потом мы ждали домой врача, который должен был осмотреть Данечку и рассказать, когда мне нужно будет самой явиться в поликлинику на осмотр. Врач пришла после обеда, это была очень милая женщина, которая очень понравилась моему сынуле и он спокойно дал себя посмотреть. Мне она надавала кучу указаний и даже зачем-то осмотрела мою грудь. Ольга мне потом сказала, что так надо, они смотрят, чтобы застоя молока не было. Ну, хорошо, пусть смотрят. Я послушно делала всё, что мне советовали.
Врач дала мне направление, и я встала на учёт на молочную кухню. Там мне сразу дали банку молока и три коробки с яблочным соком. Лишними не будут. Сок выпью сама, а на молоке блинов напеку. Да, я тут освоила современные технологии. Научилась включать плиту, и теперь во всю пробовала готовить разные блюда, разрешённые по мнению всезнающего Гугла для кормящей матери.
Готовка, уборка, игры и прогулки с сыном, чтение, просмотр разных обучающих передач, общение с Ольгой и Милой — всем этим было наполнено моё время.
Ольга приходила ко мне со всеми своими четырьмя сыновьями. Это были очень воспитанные ребята, шумные, подвижные и ласковые. Я сразу к ним привязалась. Мы много гуляли, и постоянно обсуждали моё будущее.
На карточку пришли какие-то деньги. Их, но словам Ольги было не очень много, но на первое время мне должно хватить, а там алименты пойдут. Хорошо, хоть за съём на три месяца вперед оплачено. Мы посчитали мой бюджет. Не густо. Но мне много не требовалось, Данечке пока тоже. Получалось, что больше всего денег как-раз нужно было отдавать за квартиру.
— Нужно подумать над твоим доходом, — сказала Ольга. — Всё равно на работу свою ты вернуться не сможешь.
— Почему? — спросила я. — Неужто за три года я не смогу научиться вашей жизни?
С рождением сына мысли о том, чтобы мне вернуться назад, посещали меня все реже и реже. Как я могу вернуться туда, а Данечка останется здесь? Расставания с ним я себе представить уже не могла. Этот ребёнок крепко держал руками моё сердечко.
И был ещё Санька. Он приходил к нам почти каждый день, приносил пакет продуктов и памперсы для Дани, помогал в нашем нехитром быту, гулял с нами, постоянно меня смешил и сам смеялся над моими неловкими шутками. Самым большим счастьем для меня было теперь — накормить его повкуснее. Ради него я мучила Гугл в поисках блюд позаковыристее из тех нехитрых продуктов, которые имелись под рукой.
— Ох, Марин, ты меня закормишь! Я скоро в дверь не пролезу! — жаловался мне Санька после очередной тарелки лапши с мясом под грибным соусом моего собственного приготовления.
И я расставания с ним я себе тоже представить не могла.
Муженёк всё это время не объявлялся, и на первое заседание суда по поводу развода не явился. Это было не хорошо, и не плохо, как объяснил мне нанятый Олей адвокат. Всё равно разведут рано или поздно. Возможно, даже на следующем заседании. Главное же не развод — а раздел имущества и выплата алиментов.
Теперь, по прошествии времени деньги стали меня интересовать. Я уже разбиралась в ценах на продукты и вещи и понимала, что на одни декретные выплаты мне не прожить, даже если будут алименты. Про алименты, кстати, Ольга сказала, что они могут быть совсем небольшими, если мой муженёк захочет скрыть свои доходы.
Я понимала, что мне требуется работа, но не понимала, почему через три года я не смогу выйти на то место, где трудилась Марина.
— Да, потому что у тебя нет специального образования, — ответила Ольга. — Без обид, Марин. Но специалист по подбору кадров — это не стряпуха при княжьей кухне.
И тут она посмотрела на меня с каким-то особым интересом.
— Ты говорила, что умеешь хлебы выпекать по особому рецепту? — спросила она.
— Ну, да, — ответила я. — Мамкин у меня рецепт, а им с тёткой моя бабка его передала. Это семейный рецепт. Такого никто не знает. Только как это может мне пригодиться?
— Очень даже может пригодиться! — пропела Ольга. — Очень может!
И выпорхнула из квартиры, ну, насколько можно было выпорхнуть в её состоянии. Живот-то у неё был уже не маленький. Она дохаживала последний месяц.
Я только пожала плечами и продолжила заниматься домашними делами. Не успела я соскучится, как Ольга вернулась.
— Я нашла тебе работу, — с порога крикнула она.
— И какую? — с опаской спросила я. Я уже знала, что для мамочек в декрете в современном мире выбора большого по работе не было, потому что нужно было думать с кем оставить ребёнка. У меня такого человека на постоянной основе не было. Конечно, ко мне приходила тётя Катя. Она первое время мне очень помогала. Но у неё была своя работа и своя жизнь. Просить её сидеть с Данечкой жертвуя своей жизнью,
