моего импульса, но только выдирая их из почвы.
Рабы тоже… пусть и без серьезной прокачки, но я видел и огненные вспышки магов разрушения, и свет целебной магии при бестолковых попытках помочь кому-то, разрубленному по пояс надвое огромной секирой. Видел и бегущего с двумя стрелами в спине мужчину с заходящимся криком грудничком, прижатым к телу. Видел пацаненка, что сидел на пепелище двух обугленных тел и рыдал, что было сил.
Не думал я, что в своей жизни когда-то увижу подобную картину не в кино или еще где-то. Когда находишься здесь, видишь то, на что способен Человек, ужасаешься, словно встретил самого жуткого монстра из лавкрафтовских кошмаров. Ктулху, завоеватель миров, покажется плюшевым мишкой в сравнении.
Мы втроем, небыстро, но уверенно, добрались до задней части бараков, и Катя выдвинулась вперед, дабы показать свой схрон. Под одной из стен она указала связку из трех шашек, и объяснила жестами, куда должна пойти реакция. Замаскирована бомба была хорошо, но я все равно удивлен, что после команды Антона искать, динамит не нашли.
— Когда тебя поймали, при тебе нашли взрывчатку? — Вдруг спросил я, обливаясь ледяным потом, осознав несостыковку.
— Н-нет… — Удивилась Катя.
— Кать, — я шагнул ближе, и вид у меня был недобрый, — я только сейчас понял, что Антон ляпнул про детонацию. Твои руки, тебя пытали. Ты сказала им? — Меня переполняла буря, ведь я не знал чего-то очень важного. А Антон… ЗНАЛ, что мы готовим диверсию.
— Я… — Девушка отвернула голову в сторону, сжалась, как нашкодивший котенок, и молчала.
— Ты видел Антона живым⁈ — Гораздо громче, чем следовало бы, насела на меня Женя.
— Ты сказала⁈ — Я понял, что маскировка разрушена, когда Катя ее отменила.
— МАРК! — Женя дернула меня за повязку, и я едва не вскрикнул от боли.
— КАТЯ! — Затряс я кинжальщицу, но та словно язык проглотила.
— Берегись! — Я услышал чей-то выкрик со стороны центральной площадки. О боже…
Броненосец, которого я видел раньше в бою с медведепауком, катился огромным шаром прямо на форт. Со скоростью километров шестьдесят в час, не меньше, ведь из точки на удалении в сотню метров он моментально увеличивался, приближаясь. А затем, остановившись возле главных ворот, заорал.
Как тогда. Именно так, как рассказывал Леонид. Ужасающе громко, как будто я стоял под соплом истребителя, прямо в сантиметре ухом от ревущего двигателя. Голову пронзила кошмарная боль, я смог упасть на землю боком, чтобы заткнуть левое ухо землей, а правое изо всех сил зажимал ладонью. Между пальцев побежала моя горячая кровь, барабанные перепонки, скорее всего, лопнули.
Глава 17
Довольно быстро стало очевидно, что я потерял слух. Не знаю, надолго ли, быть может и навсегда, но прямо сейчас я своими глазами видел, как броненосец орет, но звука этого не слышал. Тошнота скрутила кишки в узел, а мозг, резко перегруженный такими децибелами, отказывался адекватно исполнять команды.
Девушки были не в лучшей форме. Катя скорчилась в три погибели, сидела на коленях, уткнувшись лбом в землю, и пыталась зажимать собственные уши и ладонями, и коленями. Женя рвала зубами на себе ворот хреновой, грязной рубахи, и сидя на пятой точке, зажимала оба уха руками.
Вот так сюрприз. Неужели звуки взрывов привели сюда броненосца, или же кто-то в этом лагере подчинил его разум себе и способен его контролировать? «Удача», стечение обстоятельств, что дикий, необузданный зверь появился именно в тот момент, когда рабы и прочие невольники дали маху отсюда, разбегаясь во все стороны.
А так — ультимативным оружием массового поражения, удалось заставить лечь на землю всех. Я глазами выискивал хоть кого-нибудь, кто мог бы остаться на ногах и контролировать процесс, но потерпел неудачу. Досталось, что называется, и нашим и вашим, досталось с лихвой, хватило всем.
Перестав ощущать давление звуковых волн, я, пусть и дезориентированный, смог подняться на две ноги, схвал за края ворота сначала Катю, подняв её на ноги, а затем этой же рукой Женю, и придерживая целительницу, принялся уволакивать её в сторону стены форта, спасительной в нашем случае. Катя тоже плелась за нами. Отряд потрёпанных героев блин…
Но в любом случае, сейчас лучший момент исчезнуть незамеченным. Бороться со зверем я не видел смысла, не в теперешнем положении. Да и как валить этот природный танк вообще?
Разрушив восточный выход из форта, вернее соорудив его, разложив участок стены, я обернулся напоследок. Большинство рабов сумели выбежать за территорию, но кое-кто, единичные случаи, остался либо раненым, но не убитым, либо застанным врасплох диким, первобытным ревом гиганта. В основном не столь ловкими и быстрыми оказались старики да дети.
Затолкав девушек буквально силой в проем в стене, я вынул из инвентаря три оставшихся у меня шашки, не считая неприкосновенного запаса в десять штук, которые схоронил на случай острой необходимости, и таки оставил свой прощальный подарок. Метнул их, поочередно, разрушив сначала барак, затем опустевшую темницу, и еще одну шашку почти забросил в центр форта, но моя рука была перехвачена Женей.
Я читал по губам, что она пытается мне что-то сказать, но кроме всепоглощающего гула в голове не слышал ничего. Я указал рукой с динамитной шашкой себе в ухо и пожал плечами, демонстрируя, что оглох. Женя принялась жестами показывать, что туда, куда я собирался бросить шашку, этого делать не следует.
На мое закономерное непонимание, почему, она, как сумела, жестами пояснила, что в яме-карцере сидит человек, и у него нет шанса на спасение, если не приложить к этому руку. Я воспрепятствовал, так же жестами одной руки показывал сначала на запястье, сигнализируя, что у нас нет на это времени, а затем водил рукой от броненосца до толп врагов внутри.
Я был понят, но не был услышан. Однако, посчитав, что убитая горем женщина имеет право не быть со мной в чем-то согласной, я решил хотя бы попытаться спасти бедолагу из ямы, кем бы он ни был. Наверное это еще и потому, что пытался оправдать сам себя перед ней, несмотря на то, что Женя еще не в курсе, из-за чего погиб ее муж. В любом случае, смотреть ей в глаза мне было трудно.
Согласившись, я приказал прятаться в скрытности и припрятать и меня, а сделать это жестами было труднее, Катя, с которой мне еще предстоит поговорить, команду исполнила. Я ринулся обратно в форт.
Повезло, что яма была на восточной части лагеря, так что преодолеть расстояние мне предстояло совсем небольшое. Быстро оказавшись возле нее, я
