было. Возмущаться тут же перестали. Так, вздыхали исподволь.
«Неужели кто-то задумался о минусах ограничения рождаемости?» — задалась я вопросом.
И начала готовить черновик стрима с мальчиком-гением, Бо Ченченом. Наглядно схему «2−4–8» рассмотреть с ним. Это где два — это молодая семейная пара, четыре — их родители, восемь — родители родителей. Когда четыре и восемь состарятся, забота о них ляжет на плечи двух. А у двух — только один «допущенный» ребенок…
Происшествие на фан-встрече надолго протолкнуло меня на верхние строчки в местном поисковике Байду. Канал Байсэ нынче первый по популярности в «Сокровищнице», у меня сейчас почти миллион подписчиков. Внезапно.
Долгое время там не появлялось новых роликов. Только запись с Гоу выложили по моему настоянию. И всё равно люди приходили, смотрели, оставляли комментарии и юани в виде доната.
Есть не иллюзорный шанс того, что к рассуждениям дошколят прислушаются. Хотя бы задуматься кто-то может.
Отвлеклась…
Шу Илинь просила её уволить. Ведь она при трудоустройстве умолчала о своей «специализации». Она, конечно, хорохорилась, но эта работа ей действительно была нужна.
— Запрещаю, — сказала эта ворона. — Можете поискать второго человека. Но Елена — мой учитель русского — уйти не может.
— М… — зависла тогда Шу.
— Раз всё прояснили, едем на фотосессию, — вздернула «клюв» я. — Быстрее, опоздаем же.
Рост моей популярности выражался не только в письмах и подарках. На ворону упало столько выгодных («сочных») контрактов, что аж глаза разбегались.
Фото и видео для «Росточков». Контракт на полтора миллиона юаней, без отягощений вроде «непременно использовать нашу продукцию».
Эту рекламу я отработала сразу же, как позволило здоровье. Так же, как и в прошлый раз — с собачкой. Две версии: обычная и в мультяшной рисовке.
Я попросила полную «закадровую» запись для своего канала. Разумеется, чтобы выложить уже после того, как «Росточки» выпустят официальную версию.
Натискалась с хвостатой моделью до писка: всех, начиная от шерстистого, заканчивая последним поправителем штатива. Стаф пищал от умиления. Хвостатый — потому что устал от ласк.
Мы внушим массовому зрителю, что собаки — это здорово. Не сразу, постепенно. Как в пошаговой стратегии. Позже ещё и на котиков перейдем.
Никто не уйдет от дела добра, заботы и шерстистой мимимишности! Кстати, а вы знали, что «мими» в китайском означает «тайна»? И есть фамилия (довольно редкая) Ми, в значении «рис». То есть, мимими — это тайна кого-то по фамилии Ми. Не забыть бы: хорошее название для детективной комедии.
Контракт для бренда детской и юношеской одежды ещё сочнее. Он принес мне почти три миллиона. Но этот с обязательствами. Нужно будет носить их вещи. Сошлись на курточках: это блузки и платья мама мне вышивает. Делать вышивку на верхней одежде уже перебор.
Фотосет проводили на улице, в холодрыгу. Это часть бизнеса, где торгуют лицом.
Как большинство пляжных роликов снимают зимой, когда пляжи пусты, а вода пробирает до костей. Возле пляжа дежурит бригада неотложной помощи, но даже с этим съемки пляжной атрибутики в холодное время года дешевле, чем арендовать территорию летом.
Ещё ряд интересных предложений мы отложили. Так, в интенсивном учебном режиме и неустанных трудах, прошел ноябрь. А за ним пришла зима.
Она обещала быть жаркой.
Глава 3
Декабрь 2001, Бэйцзин, КНР.
Как это обычно и происходит, что одному — боль, мучения и крах карьеры, то другому — нежданная милость небес.
Примерно так оценили новые рекомендации от правящей партии люди, занимающиеся выпуском «Шанхайского быка». Они вообще, по сути, вытащили карту-джокер в лице Жуй Синя.
Причем заполучили они его недорого, почти что даром. Он за те деньги, что ему заплатили за дораму (сорок серий, если что, в ней планировалось) нынче записал бы один рекламный ролик. А все их премиальные собрал бы с пары фотосессий.
За показ «кубиков» отвалили бы и того больше.
Не верите? А мои три (без малого) миллиона за два выходных дня и обязательство носить курточки от «Яркой жизни»? Ещё с полгода назад кто-то и помыслить о таких гонорарах за легкую работенку не мог.
Так что Жуй там на этих товарищей нынче пахал почти забесплатно. Относительно того, что мог бы затребовать. Мать моя госпожа директор была права: ему следовало подождать. Выход «Я помогу тебе взлететь» изменил многое.
Но речь не только о денежках. «Шанхайский бык» — история сама по себе «брутальная», с мощными драками, с противостоянием сильных мужчин. Женщины там есть, но все такие воздушные, нежные — сама женственность. А какую там любовную линию закрутили — это ж просто тушите свет!
Ещё с постеров начали. На них ещё фоновый французский квартал смотрится интересно, надо будет посетить при случае.
Никаких постельных сцен, не подумайте. Просто взаимное притяжение искрит аж через экраны.
«Химичат» Синь с партнершей так, что Мэйхуа всякий разговор-доклад с Чу-два заканчивает вопросом: «Нам уже пора готовиться к опровержениям?»
О том, что за Жуем по пятам таскается «хвост» из папарацци, Баочжэн уже докладывала. «Щеночков» с фотокамерами шугала охрана отеля, их не подпускали к павильонам, а на стыке зимы и осени даже полицию привлекли к «успокоению» самого нахального журналюги.
Так что, если искры взметнутся выше съемочной площадки, да разожгут пламя чего-то большего, шансов это утаить очень мало.
Чу-два клялась небом, что поводов для треволнений нет. Её подопечный отрабатывает по пятнадцать часов на съемочной площадке, урывками спит и ест, да ещё где-то между успевает реплики запоминать.
Не до «лубовей» нашему артисту. Мы верим, но с оглядкой. Готовимся реагировать, если вдруг «отожгут» ребятушки.
Как будто на заказ (партийный) ребята из Шанхая за эту историю взялись. Очень уж своевременно получилось. Тут говорят: «Попутный ветер раздувает парус». Ветер перемен сдул и притопил одних, другим же, наоборот, наполнил паруса.
Им даже тайм-слот сместили, выделили лучшее время в выходные дни. Потеснили сянься-дорамку с небожителями в «халатиках».
Не исключено, что дело было и в качестве. Та история о бессмертных явно вся снималась на зеленом фоне. Позднее натянули картинку в «пэ-эн-гэ» в слабеньком разрешении, а часть батальных сцен так и оставили: на картонных облаках посреди ничего. Небо же — оно бескрайнее.
Ещё эти светленькие синтетические парички (длины хватало в самый раз, чтоб пол мести). Они так явно натягивали кожу на лицах актеров, что через экран
