Воспитание мажорок - Руслан Иванович Аристов

— Попробуй и определи, — я загадочно улыбнулся. — Пока вы купались, я всё сделал!

— Ладно, я тоже попробую, — Анжелика наколола сырник.

Арина с подозрением наблюдала, как она откусывает его.

— О, вкусно! — моя пассия подмигнула мне.

— Приятного аппетита, в таком случае! Ешьте и будем работать!

— А где блины с икрой? Что-то мне тоже захотелось… — растерянно протянула Арина.

— Это всё позже — сырники полезнее, — заявил я.

Анжелика залилась смехом.

В общем, минут за двадцать мы моё поделие съели, закусывая бутербродами.

— Не так плохо, как я думала. Даже вкусно, — скорчила кислую мину Арина.

— А чем ты тогда недовольна? — полюбопытствовала Анжелика.

— В отличие от тебя, — вздохнула рыжая, — мне предстоит сейчас куча работы! А я ведь такая — если сказала, то сделаю!

— Неужели? — моя пассия посмотрела на меня — в её глазах бушевало веселье. — Как интересно, какие открытия чудные…

— Работатем, мои красавицы, — я поднял ладонь. — Сегодня — информационная подготовка, завтра — встреча с Семеновым и Хельгой.

— Это меня не волнует, — взмахнула кистью Арина и встала из-за стола. — Я ведь буду прикована к компьютеру, — с нотками страдания произнесла она.

— Вперёд, рыжая! — я посмотрел ей в глаза.

Она вздохнула и вышла из кухни.

— Я хочу на это посмотреть, — Анжелика промокнула губы салфеткой. — Собственно, этим и займусь.

— Зая, ты тоже лучше займись изучением форумов. А ещё надо собрать как можно больше информации про фирму Хуанга и Хельги.

— Там и так всё ясно — это опасная интрига, — покачала головой брюнетка, мило скривив губы. — Будем смотреть по ситуации. Ладно, меня ждёт маникюр!

— Ты куда-то поедешь? — удивился я.

— Нет, сама не пальцем деланная и в состоянии накрасить себе ноготки, пока рыжая будет изображать подобие работы, — она засмеялась, чмокнула меня в губы и выпорхнула из кухни.

Я доел свой бутерброд, допил кофе и оставив грязную посуду в раковине, забрал планшет и телефон и тоже направился в комнату.

Был весьма удивлён тем, что работа там, оказывается, кипела: Анжелика, уже одетая в лёгкое домашнее платье, сосредоточенно делала себе маникюр, живописно рассевшись на кровати со своими принадлежностями; Арина же сидела за компьютером и как я увидел — изучала объявления об аренде загородных домов, периодически фыркая; её лицо было сосредоточенным, что меня порадовало.

— Она мне мешает, сбивает с делового настроя, — пожаловалась рыжая, кивнув на мою пассию.

— А ты не сбивайся, рыжушечка, — хмыкнул я. — Она и тебе потом ноготки покрасит.

— Что⁈ С каких это делов? — подняла голову Анжелика.

— Тебе ведь не жалко для подруги? — я нежно улыбнулся.

— Я ей и глаза подкрашу… или подобью, — засмеялась брюнетка.

— Молча там, — высокомерно процедила Арина. — Мы тут делом занимаемся!

— Как успехи? — спросил я шепотом.

— Нашла пару хороших форумов и сайт риэлторов, — тихо ответила она. — Даже сама не ожидала, что так быстро будет.

Я похлопал рыжую по плечу и уселся в одно из кресел, оказавшись на равном расстоянии между девушками.

Включил свой планшет, синхронизировал его с домашней сетью Анжелики и углубился в изучение новостных лент.

Кроме чисто политических новостей — а оценки ситуации мне попались очень разные, наткнулся на деловую и судебную хронику — отдельный портал с пятым уровнем доступа, «Экономические Ведомости». Я очень увлекся пролистыванием, поскольку заголовки интриговали и мне очень хотелось понять, кто ещё является нашим потенциальным политическим противником помимо клана Марковых и их откровеных сателлитов.

На глаза попалась интересная статья: «Деникины развязали очередной раунд судебной войны с аграрным гигантом Дроздовских».

В статье утверждалось, что конфликт между семейством Дроздовских, крупнейшими производителями сельскохозяйственной продукции и удобрений, и семейством Деникиных, владеющих контрольным пакетом акций корпорации «Республиканские Железные Дороги», достиг своего апогея в прошлом месяце. Суть их многолетнего спора лежит в тарифной плоскости — Дроздовские утверждают, что стратегическая важность железнодорожных перевозок зерна, удобрений и прочего аграрного сырья к портам и вглубь страны должна производиться по минимально возможным тарифам, которые регулирует правительство; Деникины с этим в корне не согласны и через постановление ПНП в начале года в очередной раз провели «тарифную либерализацию».

Эксперт явно был настроен против Деникиных и писал, что текущее полугодие ознаменовались резким, экономически необоснованным повышением тарифов со стороны «РЖД». «Высокие тарифы Деникиных фактически создали монопольный ценовой коридор, что прямо угрожает рентабельности ведущего холдинга Дроздовских, прибыль которых зависит от своевременной и недорогой логистики».

Представитель фракции Дроздовских в ПНП заявил: «Мы не можем конкурировать на мировом рынке, когда две трети нашей прибыли съедается на перевозках. Это не рыночная экономика, это экономический террор». В ответ на это пресс-служба «РЖД» выпустила релиз, пространно объясняя «необходимость модернизации путей и возросшие операционные расходы».

«Однако, учитывая стабильную сверхприбыль „РЖД“, эти аргументы выглядят как минимум лукавыми. Этот конфликт — не просто бизнес-спор. Он отражает напряженность между аграрным (Дроздовские) и транспортно-промышленным (Деникины) лобби в условиях нестабильной политической коалиции. Семья Деникиных исторически является важной частью любой правящей коалиции, используя своё влияние на транспортные артерии для политического давления. С падением правительства Слащёва этот судебный спор может стать одним из рычагов влияния на будущие досрочные выборы и во многом определит их повестку», — сделал вывод автор статьи, один из депутатов ПНП.

Я тоже совершенно ясно припомнил, что тарифы на угольные перевозки по Транссибу для нашего, колчаковского, холдинга, ставят бизнес на грань рентабельности. Вспомнил, как отец периодически говорил, что с монополией Деникиных на железную дорогу надо что-то делать.

— Аришенька, — позвал я, не отрываясь от экрана. — А что там у твоей семьи за проблемы с кланом Деникиных? Смотрю, у вас тут серьёзные судебные споры.

Арина вздрогнула и медленно повернулась ко мне, её пальцы застыли над клавиатурой.

— А, что-что? Я тут почти нашла нам пару вариантов… Что ты сказал, Вит?

Я повторил вопрос, чем весьма озадачил рыжую.

— Я точно не знаю, Вит. Отец особо не распространяется, но он страшно недоволен железнодорожными тарифами, — она пожала плечами. — Это длится много лет. Эти Деникины всех стригут на перевозках, и особенно тех, кто возит сельхозпродукцию из Кубани и Крыма вглубь страны. Понимаешь, «Республиканские Железные Дороги» вроде как госкомпания, но Деникины имеют там контрольный пакет акций, а потому просто диктуют цены. Никакой свободной конкуренции, насколько я понимаю. Хотя я в этом и не разбираюсь.

— Не прибедняйся, рыжушка. Так значит, у твоего клана тоже вражда с Деникиными, как у и нашего?

— А у вас почему? — заинтересовалась она.

— У нас страдают угольные перевозки, прочее минеральное сырьё и полуфабрикаты. Не хватает полувагонов, а довести это всё по Транссибу