Воспитание мажорок - Руслан Иванович Аристов

— Нихера себе! — потрясённый услышанным, шепотом я вступил в диалог с видеозаписью. — А как же твоя собственная дочурка, господин министр? Про неё ты забыл, про Ирочку?

Министр госбезопасности в упор не увидел ключевую роль собственной дочери в ситуации и всё свалил на меня с Анжеликой. Я не ожидал настолько наглого перекручивания фактов.

Камера переместилась сначала на «колчаковскую», потом на «корниловскую» фракции. Их лидеры выглядели напряжёнными и застигнутыми врасплох.

Выступил «колчаковский» представитель, Валерий Каппель — старший брат мужа моей сестры Алёны, который попытался защитить меня, ссылаясь на «молодежную горячность» и «героическое спасение ребёнка». Но его голос прозвучал неубедительно и утонул в возмущении оппонентов.

— Плохенькая вышла защита, совсем не то, — я лишь покачал головой.

Осознал, что вся эта драка после гонки была лишь предлогом — спичкой, что подожгла бикфордов шнур давно вызревавшего кризиса. В котором я толком и не разобрался ещё. Фракция Марковых, «Народовластие», использовала произошедшее как идеальный повод для того, чтобы форсировать досрочные выборы.

Ирина Маркова с Викторией Образцовой, ведая или нет, дали для этого идеальный повод. Вопрос в том — спланированная это была провокация или нет, и вот с этим надо было разобраться, поскольку я всё-таки не хотел столь плохо думать об Ирине. Кроме того, роль Анжелики и Леры Яблонской тоже никак нельзя было преуменьшать. Да и журналистки этой…

Дальше на видео было видно, как напряжение в зале росло — политическая дискуссия ушла от вопроса «защиты прессы» к бюджетным дискуссиям, потом фракция «Народовластие» и союзные им четыре более мелких фракции потребовали немедленно принять изменения в бюджет, как всё это было с треском провалено «корниловцами» и «слащёвцами», их текущими партнерами по коалиции и правительству, и как министры «марковской группы» в знак протеста начали подавать в отставку…

Само заседание длилось пять часов, и к вечеру спикер объявила об отставке Кабинета Министров и назначении досрочных выборов из-за невозможности сформировать новую коалицию.

Это было впечатляюще и очень поучительно. Я был шокирован масштабом произошедшего, но за шоком последовала волна эйфории — моя мечта о политической карьере становилась реальностью. Конечно, моя репутация сейчас «выглядела неоднозначно» — маг, мажор и матерщинник, однако я спас ребёнка и в целом получил феноменальную узнаваемость, то бишь медийный вес.

— Вот и всё, — прошептал я, — старые расклады рухнули. А кто теперь станет новым лицом? Кто войдет в парламент на волне всего этого хайпа? Наверняка я! А ещё кто, Анжелика? Аришенька? — мне самому стало смешно. — Или… Ира? Интересно, что сказал ей министр-папаша по поводу произошедшего⁈ Может, всё это было запланировано?

Глава 2

Я закончил смотреть драматическую видеонарезку из парламента. Моя голова была забита фракционными войнами, юридическими коллизиями и электоральными стратегиями. На кону стояло будущее страны — и, что гораздо важнее, моё будущее.

Размышления о политическом кризисе и моей роли во всём этом были прерваны шорохом в коридоре и скрипом открываемой двери туалета.

Через пару минут на кухню заявилась Арина, зевая во весь рот.

В своём шёлковом пеньюаре рыжая выглядела, мягко говоря, аппетитно. Отсутствие макияжа лишь подчеркивало естественную красоту её заспанного, чуть припухшего личика.

Она медленно прошествовала мимо меня, демонстрируя сонную грацию, и плюхнулась на стул.

— Милый наш Вит, — голос её прозвучал капризно, — если ты сейчас не сделаешь мне чего-нибудь вкусненького, я снова лягу и буду спать до осени, как медведь в берлоге, — она продолжила зевать, театрально прикрыв рот ладошкой.

Я усмехнулся и отложил планшет.

— Медведи вообще-то спят зимой, — хмыкнул я, пристально глядя на неё. — А тебе поработать придётся!

Её глаза — такие синие, красивые, расширились от удивления.

— Э-э, о чём это ты? — Арина уставилась на меня. — Какая ещё работа? Не шути так, это не для меня! — она взмахнула ладошкой, как будто отгоняя назойливую муху.

— Во-первых, — я загнул палец, — надо найти нам дом на лето. Нельзя сидеть в столь тесной квартире, когда на носу предвыборная кампания. Нужен какой-нибудь укромный, но презентабельный особнячок вдали от лишних глаз. Во-вторых, — я загнул второй палец, — ты поможешь мне проанализировать политическую и экономическую ситуацию в стране и мире. Особенно то, что касается наших политических оппонентов.

Арина прикрыла ротик ладонью и засмеялась, слегка фыркнув.

— Я — пас, — заявила она и мотнула головой так, что рыжие волосы разметались по плечам. — Хочу кофе, круассан и тишины. Я на той гонке почти сгорела от волнения за всех нас, а ты затираешь про работу!

— Ах, ты почти сгорела? А кто у нас весьма тонкой магией воздуха спровоцировал огромный медийный скандал и последующий политический кризис? — подколол я, иронично улыбаясь. — Ты теперь, рыжушечка, не просто мажорка. Ты — скрытый политический игрок, а потому нужна мне!

— Вит, ну какая политика? Да ладно тебе! — она смутилась, её щёки слегка порозовели. — Ты же сам сказал, что это было «забавно»! К тому же, если я и «спровоцировала» что-то, — она тут же перешла в атаку, — то только победу Икорки! А политика — это скучно, там нет ни страсти, ни веселья, ни…

— Ничего романтичного, да? — закончил я за неё. — Зато там есть власть, деньги и влияние. А это, Аришенька, гораздо интереснее, чем твои девичьи увлечения.

— Ох, это какие же? — она надула губы и кокетливо облокотилась подбородком на руку.

— Вся эта твоя косметика, макияжи и всё эти женские прибамбасы, — наобум ответил я.

— Косметика — выгодный бизнес, между прочим.

— Я разве отрицаю? Но ведь у тебя его нет, этого бизнеса, — я мягко улыбнулся, пристально глядя на неё.

— Осторожнее со словами, героический спаситель детей, — она слегка прищурилась. — Моя магия, как ты видел, сработала идеально. И не надо говорить, что мои увлечения бесполезны! Косметика приносит моей семье миллионы! — она закинула ногу на ногу, демонстрируя своё сочное бедро.

— Твоей семье, но не тебе. Вот если бы у тебя была своя фирма — салон красоты, или косметический бутик, тогда другой разговор, а сейчас надо заниматься тем, что реально нам доступно!

— Политика меня не интересует, Вит! — весьма твёрдо ответила рыжая. — Я хочу заниматься красотой, как ты говоришь. Не политикой или военными делами, а макияжами, помадами и кремами, — она вздохнула. — Всегда этого хотела!

— Только готова ли ты к этому? — я внимательно смотрел на неё.

— Не знаю я, — взмахнула она рукой. — Я кофе хочу! А ещё мне кажется забавным твой новый статус, — она ехидно улыбнулась.

— Это какой