насторожила мага. Слишком много катастроф начиналось именно с неё. Что же до упоминания Аластора, то тут можно делать весьма обоснованные предположения. Например, что не имея возможности раньше срока обучать аппарации магглорождённого волшебника, их куратор решил таким вот обходным путём дать ему способ уйти от очередного сражения, если в том опять возникнет необходимость. В теории, во всяком случае. До этого новому владельцу потребуется не дать птице умереть от какой-нибудь банальности вроде сквозняка и простуды, умереть из-за каких-то внезапно обнаружившихся проблем и осложнений гибрида разных видов, умереть в ходе освоения пространственного перемещения… При ближайшем рассмотрении возможные плюсы обладания подобным практически уникальным существом почти перевешивались целым множеством минусов. А профессора, судя по всему, считали, что спасение потенциальной жертвы террористов зависит в первую очередь от её собственных усилий.
Кайнетт даже размышлял, не стоит ли сделать птицу своим фамилиаром традиционными методами, получив за счёт собственной магической энергии над ней почти полный контроль и тем самым избавив себя от будущей головной боли с дрессировкой. Однако подобное могло бы выглядеть слишком подозрительно — хотя похожие методы у волшебников и существуют, это далеко не уровень даже продвинутого студента школы. К тому же волшебники чаще практикуют привязку фамилиаров к местности, например в качестве охраны, а не к владельцу... Дамблдор не в счёт. А с учетом недавнего заседания клуба и «сюрприза» от куратора, теперь заговорила и его паранойя — а что если подобным образом Аластор хочет в очередной раз проверить уже взятого под подозрение Мерфи, подкинув ему сложно решаемую задачу? Более того, что если на птицу уже наложены чары слежения, чтобы после контролировать куда именно счастливый ученик будет перемещаться, вдруг получив в свои руки способ обходиться без аппарации.
— Жаль, ты не можешь об этом рассказать, — произнёс Арчибальд тихо, зная, что птица его не услышит и тем более не поймёт. Просунул палец сквозь прутья и погладил филина по голове между перьевыми «ушами». Магическое ядро существа было пока ещё слабым, но уже ощущалось вполне отчётливо. Если когда-нибудь канцелярские крысы из Министерств доберутся до данного образца магической селекции, то явно дадут ему не ниже третьего уровня опасности по своему классификатору.
В целом маг пока решил, что для начала лучше поостеречься. Потому дрессировка и самые обычные чары, ничего из его собственных знаний. И летом нужно будет в обязательном порядке взяться за аппарацию. Блэк, Люпин, да хотя бы Поттер — неважно, кто будет его учить, но за два месяца необходимо добиться стабильных результатов, это может стать вопросом жизни и смерти, а не только удобства или необходимости быть у кого-то в долгу.
Убрав руку от клетки, маг сцепил ладони перед собой и ещё раз оглядел разложенные на столе записи. Конспекты и эссе по дополнительным дисциплинам — здесь никаких проблем: и руны, и магию чисел он знал куда выше уровня первого года занятий в Хогвартсе, да и весьма поверхностный курс изучения мира обычных людей не доставлял каких-либо проблем. О факультативе по алхимии и говорить не приходилось — эту дисциплину он мог бы остальным читать и сам не хуже Снейпа. Но для того, чтобы находиться в списках лучших учеников по зельям, чарам и трансфигурации, уже приходилось прикладывать определенные усилия и тратить время, в том числе порой используя маховик — три главные для волшебников и ведьм дисциплины не были ему знакомы с детства. И хотя общие принципы оказались достаточно просты, требовалось изучать и сопоставлять множество мелких деталей, формул, констант, теорем и исключений, знание которых и отличает специалиста от профана.
Ко всему этому стоило прибавить собственные и совместные проекты. План занятий в клубе, план их с Грейнджер работы с чарами расширенного пространства, сложная схема со множеством цифр и переменных — для расчёта следующего прохода к «изнанке» замка. Взяв со стола ручку, маг по памяти дописал несколько новых значений в пустые строки таблиц, однако к приемлемой точности всё равно приблизиться удастся не раньше, чем через пару недель, пока ещё слишком мало данных даже с учетом так и оставшихся в разных точках замка фокусировщиков. Разумеется, здесь на виду у всех не нашлось его заметок по занятиям с Эмбер и Крауч, ещё пары личных проектов, и уж точно здесь не было материалов по дементорам, скопированных из библиотеки Блэков. В этом направлении, пожалуй, у Арчибальда наметились довольно занятные перспективы, но перейти к практике всё равно удастся не раньше и без того загруженного лета.
«А ведь через год ещё добавятся «обычные» предметы…» — подумал Кайнетт, рассеянно крутя ручку в пальцах. Раз уж он решил, что для дальнейшего удобства, равно как и в качестве примера однокурсникам, потребуется хотя бы сертификат о среднем образовании, который маг собрался получить в пятнадцать. Английский язык и литература, один иностранный или древний язык на выбор, математика, три естественные науки, ещё несколько иных предметов, включающих и искусства, и гуманитарные дисциплины. Он не сомневался в своих способностях всё это сдать без особых проблем. Однако, по словам Грейнджер, сейчас всё свободное от магии время посвящающей подготовке к этому тесту, по статистике GCSЕ на высший балл сдают только около трёх процентов учеников. Чтобы попасть в их число, уже потребуется приложить некие усилия и потратить ещё больше и без того ограниченного времени, но меньший результат Арчибальда просто не устроит, даже если ему всего лишь нужен официальный документ.
Мысленно оценив оставшиеся резервы, Кайнетт сбросил часть энергии в браслет-накопитель, после чего взял со стола справочник по трансфигурации. До подъёма ещё шесть часов, так что час или полтора можно потратить с пользой, прежде чем дать себе отдых.
***
— Таким образом, ты направляешь магическую энергию к поврежденному участку и восстанавливаешь его. Специалист может проделать это даже на расстоянии, однако пока что тебе потребуется физический контакт и если пациент — волшебник, то во время лечения он не должен колдовать, — объяснил Кайнетт, держа Тейлор за руку. Заранее оставленная на тыльной стороне её ладони царапина слабо светилась и затягивалась на глазах. — Самым главным здесь является точное направление своей внутренней магии именно на рану и только на неё. Если ошибешься или проявишь невнимательность, то либо эффекта вообще не будет, либо магия пойдёт на «Укрепление», а это может быть куда опаснее, чем само ранение.
— Почему это? — удивилась Карин. — Я вполне справляюсь с применением «Фирматума» даже на своей одежде, ты прекрасно видел сам.
Урок у Мерфи не доставлял магглорождённой никакого удовольствия, тем более что волшебнику раз за разом приходилось касаться её, наглядно демонстрируя, как правильно
